Sign in to follow this  
Followers 0
Pandukht

Арцахское противостояние. Хроники

24 posts in this topic

На различных армянских (и не только) ресурсах имеются темы под названием "Хронология Карабахской войны".

В данной теме будут собираться только документы, факты, публикации, при желании - личные воспоминания очевидцев тех событий. То есть попробуем здесь собрать как можно больше документального материала по теме, из которого в будущем можно будет составить некую летопись противостояния.

Офф-топ запрещается и будет безжалостно удаляться.

Share this post


Link to post
Share on other sites

События, предшествовавшие знаменитой сессии областного Совета народных депутатов НКАО:

http://forum.hayastan.com/index.php?s=&amp...st&p=692878

Share this post


Link to post
Share on other sites

В 1985 году в армянском селе Браджур (26 бакинских комиссаров) Ханларского района армянское население заставили продать свои дома, которые практически сразу были заселены азербайджанцами.

С середины 1986 и весь 1987 год в Москву без конца шли телеграммы и заказные письма. Авторы их уже не просили, а требовали решить вопрос Карабаха. Речь о тысячах и тысячах корреспонденций. Подготовленная в августе 1987 года Академией наук Армении петиция, содержавшая просьбу о передаче Армянской ССР Нагорного Карабаха и Нахичевана была подписана сотнями тысяч армян.

В 1986 году частично разрушена церковь Хрештакапетац (1816 год) у села Гарнакер Шамхорского района; разобрана на стройматериалы церковь (ХIХ век) села Патишен (Бадакенд) того же района.

В 1987 году срыта бульдозером и сброшена в ущелье церковь (IХ-ХI вв.) в 8 км южнее села Бананц Дашкесанского района; "для строительства железной дороги" разрушен взрывом мост "Нерки Анди" (ХII век) того же района.

События в Чардахлу в 1987 году:

http://sumgait.info/caucasus-conflicts/chardakhlu.htm

Конфликт был связан с попыткой районной азербайджанской администрации убрать директора совхоза, противившегося дальнейшему разорению богатого хозяйства испытанными методами властей республики. Здесь было и укрупнение хозяйства путем присоединения к мощному чардахлинскому совхозу убыточных хозяйств удаленных азербайджанских сел, и отрезание от армянского села земель и т. п. С июля по ноябрь 1987 года, первый секретарь Шамхорского райкома компартии М. Асадов, пользуясь безусловной поддержкой партийного руководства республики, проводил политику выживания армянского населения из села Чардахлу. Отчаявшиеся жители села направили в Москву делегацию из 18 человек. Делегация была принята во многих союзных инстанциях, но вмешательство Москвы ограничилось увещевательными звонками в Баку. За продажу 20 тонн ненужной совхозу соломы соседнему хозяйству Асадов отобрал партийный билет и освободил от занимаемой должности директора чардахлинского совхоза С. А. Егияна, предложив ему уехать в Ереван... Народ не согласился с противозаконными действиями Асадова. Последовали оскорбления и угрозы высылкой. За три месяца из района были посланы семь комиссий, чтобы найти компрометирующие материалы против Егияна. Однако, несмотря на тенденциозность проверки, улик не обнаружили. Не установили нарушений и две комиссии из Баку. Но Асадов не унимался. Посланный в Чардахлу секретарь райкома комсомола направил машину на возмущенных женщин, отстаивающих свои права, и нанес им увечья.

11 октября. Группа арцахских интеллигентов направляет заявление Генеральному прокурору СССР М. А. Рекункову, требуя на основе предъявленных ими обвинений, сопровождаемых стопкой документов, открыть судебное дело на Гейдара Алиева (в то время I секретарь ЦК Компартии Азербайджана) и действующие под его руководством власти. Однако адресат, не распечатав конверт, возвращает его обратно отправителю. Такое же заявление против алиевской администрации, согласно уголовному кодексу Азербайджанской ССР по ст.67 о "нарушении национального и расового равноправия", было отправлено главе советского государства М. С. Горбачеву. В заявлении азербайджанским властям и лично их лидеру Г. Алиеву предъявлялись следующие обвинения, касающиеся Нагорного Карабаха и других районов, где исконно проживали армяне: создание невыносимых условий для жизни и выдворение из собственных домов лиц армянской национальности; торможение развития социально-экономических условий; уничтожение и осквернение историко-архитектурных памятников армянской культуры, искажение истории и клевета на армянский народ.

18 октября 1987 г. в Ереване в парке им Пушкина под предводительством Игоря Мурадяна проходит демонстрация протеста в связи с событиями в селе Чардахлу Шамхорского района Азербайджанской ССР, на которую собралось порядка 250 человек.

18 ноября в интервью французской газете "Юманите" академик Абел Аганбегян изложил свою точку зрения на вопрос о Нагорном Карабахе: «Я бы хотел узнать о том, что Карабах, расположенный к северо-востоку от республики стал армянским. Как экономист я считаю, что он больше связан с Арменией, чем с Азербайджаном. В этом плане я внес одно предложение. Я надеюсь, что в условиях перестройки, демократии эта проблема найдет свое решение».

1 декабря 1987 года в 20:00 первый секретарь Шамхорского района Асадов лично, в сопровождении более полусотни сотрудников районной милиции и пожарных машин прибыл в Чардахлу, чтобы провести партийное собрание по решению вопроса о назначении нового директора совхоза. Когда этого сделать не удалось, последовали репрессии. Были избиты и арестованы 30 человек.

1 декабря 1987 г. В Москве делегация карабахских армян передала обращение к властям СССР заведующему приемной ЦК КПСС А. Кригину. Под переданным обращением к властям СССР о передаче Нагорного Карабаха из состава АзССР в состав Армении уже стояли подписи более 75 000 карабахских армян, собранные в течение 1986-1987 гг. Как выяснили имеющие доступ в высшие партийные государственные структуры представители армянской интеллигенции Москвы, документы так и остались в приемной.

7 января 1988 года Игорь Мурадян привозит в Москву большую делегацию из НКАО. Было подготовлено 84 документа исторического, этнографического значения и касающихся экономики и культуры Нагорного Карабаха, и порядка 81 тысячи петиций за подписями народных депутатов областных, районных советов, председателями колхозов. Делегацию принимает заведующий приемной ЦК КПСС А. Кригин.

8 января 1988 г. В Москве два члена очередной делегации карабахских армян - Вазген Балаян (Сос) и Артур Мкртчян (Гадрут) передали обращения, подписи, письма, требования о передачи НКАО в состав Армении кандидату в члены Политбюро ЦК КПСС, 1-му заместителю председателя Президиума Верховного Совета СССР П. Н. Демичеву . Под переданными документами уже стояли свыше 81 000 подписей карабахских армян – в том числе народных депутатов областных, районных советов, председателями колхозов. Демичев сообщил об озабоченности сотрудников ЦК по поводу выдвинутого вопроса, отметив, что после Великой Отечественной войны вопрос этот ставится третий раз. Одновременно он вселил надежду: "В годы застоя не удалось решить этот вопрос, но в условиях перестройки, несомненно, будет вынесено правильное решение". Он подтвердил, что в ЦК проводится изучение архивов и даже думают о создании комиссии по вопросу Нагорного Карабаха. П. Демичев обещал не квалифицировать встречу как визит преследующих националистические цели лиц. Более того, он заверил, что предпримет все меры по пресечению незаконных действий местных властей в отношении лиц, поднявших проблему. Артур Мкртчян показал ему документ о статусе НКАО, в котором об армянах и армянской области не было ни одного слова. Он сообщил Демичеву, что составители данного документа преследовали цель избавления от армянства, и в случае дальнейшего подобного отношения Карабах ждет участь Нахиджевана.

11 января делегации удается встретиться с зав. подотделом межнациональных отношений ЦК КПСС В. А. Михайловым. Ему были вручены третьи экземляры представленных ранее документов, а также несколько сот писем карабахцев. После состоявшейся встречи Михайлов обещал изучить проблему и доложить в секретариат ЦК, добавив, что вопрос Карабаха будет рассмотрен на предстоящей в июне партийной конференции . По его словам, Институту истории и этнографии Академии наук СССР было поручено подготовить соответствующие документы.

В течение января-февраля на всех предприятиях, в организациях, колхозах и совхозах области проходят общие собрания коллективов, первичных парторганизаций, сессии сельских, районных и городских Советов народных депутатов, на которых по требованию трудящихся обсуждается вопрос о воссоединении НКАО с Арменией. И везде единогласно постановляют просить вышестоящие органы решить этот вопрос положительно. Кроме того, в адрес центральных органов из НКАО начинают поступать телеграммы от отдельных лиц и трудовых коллективов с просьбой о воссоединении с Армянской ССР. В Степанакерте собирают подписи под петицией с требованием передать НКАО из Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР.

В начале февраля заведующий подотделом межнациональных отношений ЦК КПСС В. А. Михайлов принимает еще одну делегацию из Арцаха. Эту же делегацию принимает министр иностранных дел СССР А. А. Громыко. В это же время газеты Спюрка регулярно печатают материалы о проблеме Арцаха. Особо выделялись в феврале рамкаварские газеты "Миррор Спектейтор" и "Пайкар", которые издавались в Бостоне.

11 февраля — в Степанакерт для предотвращения в области движения за воссоединение, контроля и дублирования деятельности руководителей партийных и правоохранительных органов выезжает многочисленная группа представителей руководства и Компартии Азербайджана, которую возглавляет второй секретарь ЦК КПАз Василий Коновалов. В группу входят также заведующий отделом административных органов ЦК КПАз (ранее — первый секретарь Шамхорского райкома КПАз) М. Асадов, заместители руководителей республиканских КГБ, МВД, прокуратуры, Верховного суда и обеспечивающие их безопасность сотрудники правоохранительных органов. 11 февраля до начала митингов состоялось совещание. Оно было подобно митингу. Здесь присутствовали 1-й секретарь обкома Б. Кеворков и 3-й секретарь ЦК КП Азербайджана Коновалов, были и другие сотрудники ЦК КП Азербайджана. На собрании выступил Б. Кеворков. Он говорил об имеющемся в последние годы экономическом прогрессе, политических вопросах, дружбе, привел многочисленные цифры из области образования и культуры (в подтверждение, якобы, успешного развития). И когда он закончил свое выступление, В. Григорян (секретарь Аскеранского райкома партии) обратился к сидящим: "Вот видите, все обстоит нормально, чего вы еще хотите?" И неожиданно объявил совещание закрытым. Это вызвало у всех недоумение и после минутного замешательства директор средней школы села Бадара Армен Аванесян смело направился к трибуне. Без всякого страха он представил положение Карабаха, его зависимость от Азербайджана и проводимую последним политику. После него в том же духе выступил редактор газеты "Кармир дрош" Комитас Даниелян, во времы выступления которого Коновалов бросал с места реплики: "Никакой проблемы нет, в Москве никто не будет слушать вас по поводу вашего вопроса". Выступавший еще не завершил свое выступление, как у трибуны оказался преподаватель русского языка и литературы Норагюхской средней школы Джамиль Мартиросян. В своем выступлении он сказал, что заявления Коновалова необоснованны, что он вернулся из Москвы, все обстоит нормально и в Москве обещали рассмотреть наш вопрос в ЦК…

Ночь с 11 на 12 февраля — в Степанакерте проходит расширенное заседание бюро обкома КПАз с участием приехавших из Баку руководителей. Первый секретарь карабахского обкома партии Б. Кеворков самонадеянно сообщает, что из Баку пришла официальная информация, в которой подчеркивается: вопрос воссоединения НКАО с Арменией в ЦК КПСС не будет рассматриваться, в Кремле никто не принимает делегаций из НКАО. На бюро принимается решение осудить «националистические», «экстремистско-сепаратистские» процессы, набирающие силу в регионе, и провести 12-13 февраля «партийно-хозяйственные активы» в городе Степанакерте и во всех районных центрах НКАО.

12 февраля — В актовом зале Степанакертского горкома партии проводится городской партийно-хозяйственный актив с участием представителей из Баку, местных партийных руководителей, руководителей государственных учреждений, предприятий, профкомов и парторгов. В президиуме — Василий Коновалов, первый секретарь обкома Борис Кеворков, первый секретарь бюро горкома Завен Мовсесян. Мовсесян и Кеворков, выступая в начале собрания, заявляют, что за событиями в Карабахе стоят «экстремисты» и «сепаратисты», которым не удастся повести за собой народ. Василий Коновалов, продолжая эту мысль, заявляет, что организаторы известны и будут изолированы от общества, сепаратизм должен быть осуждён, а Карабах останется неотъемлемой частью Азербайджана. Первоначально собрание идёт по заранее подготовленному сценарию, и выступающие заявляют о нерушимом братстве азербайджанцев и армян и пытаются свести проблему к критике отдельных хозяйственных недостатков. Через некоторое время, однако, на трибуну прорывается Максим Мирзоян, который подвергает резкой критике Бориса Кеворкова за безразличие и пренебрежение национальной спецификой Карабаха, «азербайджанизацию» и проведение демографической политики, способствующей снижению доли армянского населения в регионе. Это выступление приводит к тому, что собрание выходит из-под контроля партийных руководителей, и члены президиума покидают зал. Известие о провале собрания дошло до Аскерана и Мардакерта, и районные партийно-хозяйственные активы также пошли не по намеченному сценарию. Попытка провести в тот же день партийно-хозяйственный актив в Гадрутском районе вообще привела к стихийному митингу (лишь в Мартуни партхозактив не состоялся из-за неявки прикрепленных лиц). Таким образом, планы азербайджанского руководства сгладить ситуацию оказались сорванными.

13 февраля 1988 года ровно в одиннадцать часов в Степанакерте на площади Ленина состоялся не спонтанный, а заранее организованный первый большой политический митинг - беспрецедентное для Советского Союза мероприятие. Одним из организаторов митинга был Игорь Мурадян. Открыл митинг своим выступлением Григорий Афанасян. На первом митинге собралось около 8 тысяч человек. Митинг продлился более часа. Главное требование - воссоединение НКАО с Матерью-Арменией. Звучали лозунги за перестройку, гласность, дружбу народов, в поддержку Горбачева. На транспарантах, которые несли митингующие, было: "Ленин, партия, Горбачев!" Вот слова одной из выступавших: "Выйдя сюда, карабахцы убили в себе раба". Здесь же впервые прозвучало слово, ставшее символом карабахского движения: "Миацум". К площади прибыла дивизия внутренних войск под командованием генерал-майоров Григорьева и Сафонова. Вечером члены бюро Гадрутского райкома партии были вызваны в Нагорно-Карабахский облкомитет партии, где присутствовали и руководители ЦК КП Азербайджана, которые засыпали районных руководителей обвинениями и упреками, говорили с ними в пренебрежительном и неуважительном тоне, переходя к открытым угрозам. В частности, небезызвестный Асадов попытался надавить на местное руководство НКАО: «Мы превратим Карабах в армянское кладбище». Информация об этом митинге от различных армянских общественных организаций пошла в американские газеты и в Посольство СССР в Вашингтоне.

14 февраля. Зав. отделом административных органов ЦК КП Азербайджана Асадов на совещании в Степанакертском горкоме партии заявил, что ожидается демонстрация азербайджанского населения, проживающего как в области, так и вне ее, и пригрозил: «Сто тысяч азербайджанцев готовы в любое время ворваться в Карабах и устроить бойню». Азербайджанское партийное руководство попыталось обратиться к населению НКАО через областную газету «Советский Карабах» с обращением, в котором происходящие события расценивались как «экстремистские и сепаратистские», инспирированные армянскими националистами. В результате вмешательства Совета директоров обращение так и не было опубликовано.

На заседании Союза писателей Армении — одной из наиболее влиятельных общественных организаций республики в поддержку карабахских армян выступила поэтесса Сильва Капутикян.

15 февраля. Степанакертский горисполком и райисполкомы проводят сессии Советов народных депутатов, где принимаются решения о воссоединении НКАО с Армянской ССР. В НКАО вводятся дополнительные милицейские силы из соседних с областью районов.

16 февраля. До этого митинги и демонстрации проводились лишь после рабочего дня, а начиная с этого числа и до 2 марта лю­ди уже не покидали центральную площадь города, и к ним присо­единялись посланцы со всех концов области. Так народ Нагорного Карабаха выразил свою волю. Все последующие дни митинги, также, как и первый, проходили без эксцессов - спокойно и дисциплинированно. Тем временем исполнительные власти области оказываются расколотыми и утрачивают контроль над ситуацией. Руководство берет на себя Совет директоров, в который вошли главы крупных предприятий области и отдельные активисты. Совет принимает решение провести сессии городских и районных советов, а затем созвать сессию областного Совета народных депутатов.

За несколько дней до знаменитой сессии облсовета в город Капан передислоцируется воинская часть «для предотвращения резни азербайджанцев, назначенной согласно поступившим в Москву сигналам на 20 февраля». В Армению еще в феврале-марте 1988-го введены внутренние войска и милиция, которые были сосредоточены преимущественно в Ереване и крупных городах.

18 февраля в Ереване состоялся митинг протеста против загрязнения окружающей среды. Демонстранты выражали недовольство состоянием озера Севан, экологической опасностью Мецаморской АЭС, химического комбината "Наирит" и т. д.

В Баку распространена информация о том, что количество беженцев–азербайджанцев, в результате насильственных действий покинувших Армению, достигло 4-х тыс.человек.

19 февраля 1988 г. 160 военнослужащих специального моторизованного батальона милиции, дислоцированного в Тбилиси, вооруженные пластмассовыми щитами и резиновыми дубинками, по распоряжению министра внутренних дел Александра Власова прибыли в НКАО.

Первый молодежный митинг в Баку перед зданием ЦК КПА, организованный активистами неформального кружка «Юрд» (Стойбище). Первая попытка армянского погрома в городе. После телевизионной программы "Время" было передано информационное сообщение Азеринформа о том, что ЦК КПСС никаких территориальных вопросов не рассматривал и рассматривать не будет.

20 февраля. 30-тысячный митинг на Театральной площади Еревана. Вообще, февральские митинги в Степанакерте и Ереване проходили с портретами Ленина, Горбачева и лозунгами «За перестройку, демократизацию, гласность». Ораторы апеллировали к ленинским принципам национальной политики — праву наций на самоопределение.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

20 февраля. Под председательством прибывшего в Степанакерт первого секретаря ЦК КП Азербайджана К. М. Багирова состоялось заседание бюро обкома партии, где принято постановление о совещании с частью партхозяйства НКАО для проведения разъяснительной работы. В день проведения областной сессии, на которой должен был решаться вопрос о воссоединении НКАО с Арменией, работники ГАИ, милиция, спецслужбы МВД, добровольцы из азербайджанского населения блокировали все дороги, связывающие Степанакерт с районами, чтобы не допустить на сессию делегатов-армян из глубинки. Объявленная на 16 ч. Внеочередная сессия областного Совета народных депутатов начинает свою работу около 20:00, на четыре с лишним часа позже намеченного срока, в крайне нервной атмосфере. Попытка пригласить в здание обкома партии из зала облисполкома коммунистов-депутатов для "беседы" не увенчалась успехом. Тогда партийные руководители республики и области прибыли в зал заседания сессии облсовета и попытались принудить депутатов отказаться от ее проведения. И это не увенчалось успехом. Уже ночью, обсудив единственный вопрос, включенный в повестку дня, 111 присутствовавших депутатов-армян единогласно проголосовали за резолюцию, призывавшую к воссоединению Нагорного Карабаха с Советской Арменией. Азербайджанские депутаты (39 человек) на сессию не явились. В отчаянной и едва ли не комичной попытке Кеворков попытался выкрасть официальную печать, которой требовалось скрепить текст принятого решения.

----------------------------------------------------------------

РЕШЕНИЕ

ВНЕОЧЕРЕДНОЙ СЕССИИ СОВЕТА НАРОДНЫХ ДЕПУТАТОВ НКАО XX СОЗЫВА

"О ХОДАТАЙСТВЕ ПЕРЕД ВЕРХОВНЫМИ СОВЕТАМИ АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ ССР И АРМЯНСКОЙ ССР О ПЕРЕДАЧЕ НКАО ИЗ СОСТАВА АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ ССР В СОСТАВ АРМЯНСКОЙ ССР"

от 20 февраля 1988 г.

Заслушав и обсудив выступления депутатов областного Совета народных депутатов НКАО о ходатайстве перед Верховными Советами Азербайджанской ССР и Армянской ССР о передаче НКАО из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР, внеочередная сессия Нагорно-Карабахского областного Совета народных депутатов решила:

идя навстречу пожеланиям трудящихся НКАО, просить Верховный Совет Азербайджанской ССР и Верховный Совет Армянской ССР проявить чувство глубокого понимания чаяний армянского населения Нагорного Карабаха и решить вопрос о передаче НКАО из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР, одновременно ходатайствовать перед Верховным Советом Союза ССР о положительном решении вопроса передачи НКАО из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

Начало современного этапа карабахского конфликта принято связывать с 20 февраля 1988 г., когда сессия облсовета НКАО приняла безобидное по последующим меркам решение: обратиться к Верховным Советам СССР, Азербайджанской ССР и Армянской ССР с просьбой о передачи автономии из состава Азербайджана в состав Армении. Острейшая реакция на это решение облсовета явилась показателем разлома эпох - хотя тогда об этом и никто не мог предполагать, заканчивался этап существования СССР и начинался период его распада. Одним концом этот акт был обращен в прошлое и апеллировал к системе, в которой некий партийный орган мог в течение суток принять решение об оставлении Нагорного Карабаха в составе Армении, а затем - о включении его в состав Азербайджана. Решение облсовета продолжало семидесятилетнюю традицию закрытых и открытых писем в ЦК КПСС, петиций и резолюций трудовых коллективов, просивших верховную власть пересмотреть статус Нагорного Карабаха. Это было явлением внутрисистемным. Но в решении облсовета было и принципиальное отличие. Прежние формы не нарушали принятых в системе правил: “трудящиеся” обращались с предложениями, не претендуя на участие в решении. Принимать же решения было монополией высших партийных органов, прежде всего - Политбюро. Только после принятия им решения “инициатива трудящихся” могла быть оформлена в виде решений облсоветов, Верховных Советов и т. д. Если демонстрации, митинги и даже забастовки хоть и исключительно редко, но имели место в истории СССР, то несанкционированное решение представительного органа создавало для существовавшей системы опаснейший прецедент. И если в декабре 1987 г. “ходоков” из Нагорного Карабаха, привезших петицию с 80 тысячами подписей достаточно лояльно приняли в ЦК КПСС, то решение облсовета вызвало на Старой площади крайне болезненную реакцию. Сразу же ТАСС распространил сообщение, в котором ничего не говорилось о самой сессии, а происшедшее квалифицировалось так: “В последние дни в НКАО Азербайджанской ССР имели место выступления части армянского населения о включении НКАО в состав Армянской ССР. В результате безответственных призывов отдельных экстремистски настроенных лиц были спровоцированы нарушения общественного порядка”(в дальнейшем выяснилось, что заявление ТАСС повторяло оценку Политбюро). Обвинение в экстремизме было политическим и влекло крайне опасные последствия. Это заявление должно было закрыть вопрос. Но через несколько дней появился дополнительный штрих, свидетельствующий о новых веяниях: обком компартии НКАО позволил себе выразить несогласие с решением Политбюро. В создавшейся ситуации местные функционеры предпочли поддержать требования населения, нежели беспрекословно исполнять инструкции из Москвы. Поскольку при централизованном иерархическом управлении контроль из Москвы осуществлялся через Баку, то, порывая связи с Баку, Нагорный Карабах по сути становился бесконтрольным, и местное руководство предпочло возглавить народное движение, нежели его подавлять (в дальнейшем подобную тактику избрало также руководство Армении и Азербайджана). А миллионные митинги и демонстрации в Армении в поддержку решения облсовета ставили под вопрос возможность компартии Армении управлять ситуацией. Такое в существовавшей системе в самом деле было “нарушением общественного порядка”, не могло быть прощено и подлежало искоренению. И судьба Карабаха оказалась в зависимости от того, насколько жизнестойкой окажется система: сумеет ли она покарать ослушников или же Карабах добьется своего? Центральные власти беспокоил не сам вопрос, а демократические формы его поднятия. Как было сформулировано в Постановлении Президиума Верховного Совета СССР от 23. 03. 1988, “признать недопустимым, когда сложные национально-территориальные вопросы пытаются решать путем давления на органы государственной власти”. Был пущен в ход термин “уличная демократии” (видимо, в противоположность ставшей дозволенной на Старой площади “кабинетной демократии”). Но еще существеннее стала задача дискредитации и подавления демократического движения путем трансформации его в межнациональный конфликт. Это подавление осуществлялось а двух измерениях. С одной стороны, традиционными для советского строя репрессивными методами (введение войск, аресты). Однако на первых порах провозгласивший курс на перестройку коммунистический режим основным средством избрал идеологическое и информационное подавление. А карательно-репрессивное измерение было предоставлено осуществлять “отбросам общества”( слова М. Горбачева о Сумгаитских погромщиках). Воскрешая напряженность в армяно-азербайджанских отношениях, власти Москвы и Азербайджана с самого начала - Сумгаитом и сумгаитами - спровоцировали именно конфликтообразующие компоненты проблемы. Вопрос Карабаха из сферы государственного права государственно организованными погромами был перенесен в кровавую трясину межнациональных отношений, постепенно засасывающую уже весь регион. Эти два якобы отдельно развивавшихся направления дополняли друг друга (погромы использовались для введения чрезвычайных мер, но эти меры использовались не для предотвращения насилия, а для репрессий) и в 1991 полностью слились - депортацию и погромы совместно осуществляли уже не т. н. “отбросы”, а солдаты Советской Армии и отряды милиции особого назначения Азербайджана.

Сурен Золян "НАГОРНЫЙ КАРАБАХ: ПРОБЛЕМА И КОНФЛИКТ", гл. 7

Share this post


Link to post
Share on other sites

21 февраля 1988 года в Кремле собралось Политбюро ЦК КПСС, рассматривался вопрос о Нагорном Карабахе. Разумовский сообщил, что 12 февраля в Степанакерте собрание партийных и хозяйственных руководителей высказалось за присоединение к Армении, а 13 февраля прошел митинг. Были названы и «два лица, которые будоражили публику», — сотрудник ереванского института Госплана Мурадян и инструктор обкома Карапетян. Была озвучена информация о позиции руководителей республик. Багиров настаивал, чтобы центр подтвердил и гарантировал неизменный статус НКАО. Демирчян выступал за то, чтобы рассмотреть обращение областного Совета НКАО в Верховных Советах Азербайджана, Армении и Советского Союза. Рыжков высказался, что «действовать надо конституционно». Чебриков выразил мнение, что нужен не один шаг, а несколько: провести совместное заседание, послать из Москвы людей, к которым прислушиваются. Лигачев буквально взбесился оттого, что "какие-то экстремисты позволяют себе говорить от имени народа". В итоге было принято постановление, согласно которому требование о включении Нагорного Карабаха в состав Армянской ССР было представлено как принятое в результате действий «экстремистов» и «националистов» и противоречащее интересам Азербайджанской ССР и Армянской ССР. Постановление ограничилось общими призывами к нормализации обстановки, выработке и осуществлению мер по дальнейшему социально-экономическому и культурному развитию автономной области. То есть по сути политическое решение проблемы центр пытался подменить социально-экономическими мерами. Центральные органы власти и в дальнейшем, несмотря на обострение обстановки, будут руководствоваться этим постановлением, непрерывно заявляя, что «перекройки границ не будет», "перестройка - не перекройка" и т. д.:

"Изучив информацию о развитии ситуации в Нагорно-Карабахской автономной области, Центральный Комитет КПСС считает, что действия и требования, направленные на пересмотр существующей национальной и территориальной структуры, противоречат интересам трудящихся Советского Азербайджана и Советской Армении и создают угрозу межнациональным отношениям".

На состоявшихся пленумах районных и городских комитетов партии области (кроме Шушинского р-на) с некоторыми выводами указанного постановления ЦК КПСС не согласились.

Власти Азербайджана пытались воспрепятствовать обнародованию решения сессии в газете "Советский Карабах", но народ, окружив типографию, дождался выхода в свет полного тиража газеты на армянском и русском языках. Попытка довезти оригинал решения до Еревана наткнулась у Шуши на блокпост азербайджанской милиции, пришлось повернуть, а потом инсценировать сценку с гробом старого большевика, где вместо покойника лежали бумаги, привезти "тело" в Степанакертский аэропорт и вертолетом направить в Ереван.

В этот же день радио и телевидение Азербайджанской ССР сообщили о том, что происходящие волнения в НКАО дело рук отдельных экстремистских группировок. Вечером 21 февраля в Агдаме состоялось расширенное совещание городского партийного актива с участием представителей ЦК компартии Азербайджана во главе с лидером азербайджанских коммунистов К. Багировым. Тем временем, в правоохранительные органы поступили первые сообщения об избиении лиц армянской национальности, ножевых ранениях, разбитых автомашинах.

22 февраля. В Степанакерт рано утром спецрейсом прибывает ряд партийных, советских, профсоюзных руководителей Азербайджана (некоторые уже были на месте), а чуть позже кандидаты в члены Политбюро ЦК КПСС Г. П. Разумовский (секретарь ЦК КПСС) и П. И. Демичев (зам. пред. Президиума ВС СССР), которые приняли участие и выступили на состоявшемся во второй половине дня партхозактиве области. В принятой резолюции, в частности, говорилось, что «действия и требования, направленные на пересмотр существующего национально-территориального устройства НКАО, противоречащие интересам трудящихся Азербайджанской ССР и Армянской ССР, наносят вред межнациональным отношениям, могут, если не принять сейчас ответственных мер, привести к непредсказуемым или даже трудно поправимым последствиям». Разумовский и Демичев находились в Степанакерте с 22 по 23 февраля; они встречались с партийными руководителями, представителями общественности - и даже выступили на непрекращающемся митинге с обещанием объективно изложить в Москве суть происходящего.

Стотысячный митинг в Ереване. Первый секретарь ЦК Компартии Армении Демирчян объявил по республиканскому телевидению, что требование о воссоединении не может быть удовлетворено и что "дружба между народами является нашим бесценным богатством и гарантией будущего развития армянского народа в семье братских советских народов". Когда же его, наконец, вынудили выступить перед митингующими на Театральной площади, Демирчян выглядел крайне раздраженным и даже бросил в толпу риторический вопрос: неужели люди считают, будто Карабах "лежит у него в кармане".

22-го февраля толпа азербайджанцев из Барды и Агдама (около 8 тыс. человек - рабочие, учащиеся техникумов, старшеклассники), вооруженная палками и камнями, двинулась на Степанакерт, чтобы «проучить армян» (Аскеранский инцидент). Вступив на территорию Аскеранского района НКАО, они разбились на группы и принялись "наводить поря­док": крушили все на своем пути, останавливали встречные автомобили, громили их, избивали водителей и пассажиров, громили объекты хозяйственного назначения, разгромили или сожгли несколько промышленных предприятий, сельскохозяйственных строений, торговые павильоны, автотранспорт и сельхозтехнику близлежащих армянских сел. Лишь на окраине Аскерана толпы погромщиков были остановлена силами двух сотен армян, вооруженных охотничьими ружьями, под руководством Самвела Карапетяна и двадцати отрядов милиции, в том числе и собственно агдамской. Сотни молодых жителей Степанакерта, прибывшие на подмогу аскеранцам, стояли в ожидании, готовые отразить натиск толпы, если бы ее не сдержали милиционеры. Два азербайджанца из числа нападавших были убиты. Точно известно, что одного из них сразила пуля азербайджанского милиционера.К вечеру все нападавшие были выдворены из района. Около полусотни раненых в результате этого жителей НКАО были доставлены в больницы. Следствие по делу о нападении азербайджанцев на Аскеранский район было начато прокуратурой СССР, но, подобно многим дру­гим, ничем не завершилось. Характерно, что в сообщении ТАСС, по­вторенном затем Центральным Телевидением и Всесоюзным Радио, говорилось о ги­бели двух азербайджанцев не в результате похода последних на Аскеран, а "в результате столкновения между жителями Агдама и Аскерана".

Одновременно в самом Агдаме был остановлен и подвергся нападению рейсовый автобус, следовавший из карабахского райцентра Мартуни в Ереван; пассажирам были нанесены телесные повреждения; сам автобус был разбит. В тот же день в Агдаме было совершено нападение на автомашину марки "КамАЗ", принадлежащую Межколхозстрою Нагорного Карабаха. Водитель М. Минасян и главный инженер В. Багдасарян подверглись жесточайшим избиениям толпы, в результате чего В. Багдасарян скончался, а М. Минасян потерял зрение.

22-23 февраля. Первые митинги в Баку и Сумгаите, в частности, митинг в здании АН Азербайджанской ССР с участием академика З. Буниятова. Основной лозунг: "НКАО - неотъемлимая часть Азербайджана".

23 февраля. Прекращатилось движение автотранспорта из Армении в НКАО. Митинг на Театральной площади Еревана собрал 300 тысяч человек. Ряд предприятий и учреждений, в частности, транспортники столицы Армении объявили забастовку в знак солидарности с карабахскими армянами. Собрание партактива Армении, обсудив постановление ЦК КПСС от 21 февраля 1988 г. принимает резолюцию, в пункте 3 которой говорится: "Просить ЦК КПСС при подготовке Пленума ЦК КПСС по проблемам национальной политики всесторонне рассмотреть в комплексе с другими проблемами вопрос Нагорного Карабаха". В общесоюзной прессе (газета "Известия") выходит первая публикация о Нагорном Карабахе - "Что имеем - сохранить", подготовленная в Баку.

24 февраля 1988 г. Сообщение ТАСС в "Правде" о «выступлениях части армянского населения с требованием о включении Нагорного Карабаха в состав Армянской ССР». В сообщении говорилось, что «в результате безответственных призывов отдельных экстремистски настроенных лиц с обеих сторон были спровоцированы нарушения общественного порядка». Таким образом, гласно выраженное стремление всего армянского населения НКАО, подтвержденное решением главного органа советской власти области, по существу, было приравнено к «провокации националистических элементов».

Пленум Нагорно-Карабахского обкома партии (80 голосами против 10) одобрил резолюцию областного Совета. Пленум освободил первого секретаря обкома Е. С. Кеворкова от занимаемой должности за недостатки в работе. Первым секретарем обкома избран его заместитель Г. А. Погосян. В работе пленума приняли участие Разумовский и Демичев. Однако избрание Погосяна создало новые проблемы для Москвы: спустя несколько месяцев он, пользовавшийся большим уважением среди карабахских армян, сам стал сторонником кампании за воссоединение с Арменией.

В Ереване создан Оргкомитет по воссоединению. Его почетными председателями избраны писательница С. Капутикян и президент АН Армении В. Амбарцумян. В Ереван продолжают прибывать колонны демонстрантов из городов и районов республики.

В самой области люди выражают недовольство тем, что сообщения центрального телевидения и печати о событиях в НКАО составлены на основе необъективной информации.

В этот же день состоялось собрание партактива Азербайджана, обсудившее положение в НКАО. В принятой резолюции полностью поддерживалась оценка, данная ЦК КПСС и указывалось, что "национальный вопрос требует пристального и постоянного внимания к национальным особенностям, психологии, учета жизненных интересов трудящихся".

В телеграмме проживающих в Москве старых большевиков О. Шатуновской, В. Вартаняна, Г. Акопяна и др. на имя М. Горбачева, говорилось об исторической несправедливости административно-территориального размежевания Нагорного Карабаха и Нахичевана, о коренной причине требований армянского населения НКАО, которая искажается и по существу поощряет азербайджанских руководителей на продолжение своей линии.

25 февраля состоялся телефонный разговор М. С. Горбачева с Г. А. Погосяном. Генсек ЦК КПСС интересовался обстановкой в области; в эти же дни телефонную связь с партий­ным руководством в Баку поддерживал по поручению Горбачева секретарь ЦК КПСС А. И. Лукьянов.

25 февраля в ереванском митинге участвовало более миллиона человек. Вообще в течение 8 дней, пока происходили демонстрации (в этом были признания даже в центральной прессе), не было зафиксировано ни одного правонарушения. В Ереване в связи с карабахскими событиями находится посланец Центра - секретарь ЦК КПСС В. И. Долгих. 25 февраля в город Ереван вводятся пять тысяч солдат внутренних войск, которые перекрывают движение по ряду улиц в центральной части города, а также блокируют площадь перед Оперным театром и прилегающий парк; за­тем прибывают новые подразделения.

26 февраля. Находившийся в Ереване секретарь ЦК КПСС В. И. Долгих по телевидению Армении зачитал обращение М. С. Горбачева «К трудящимся, к народам Азербайджана и Армении», в котором глава государства призывал "проявить гражданскую зрелость и выдержку, вернуться к нормальной жизни и работе, соблюдать общественный порядок". Обращение было опубликовано в центральной прессе. После оглашения обращения участники митинга в Ереване приняли решение прекратить массовые акции и «ударным трудом в субботние и воскресные дни наверстать упущенное».

Горбачев принимает в Москве армянских писателей Зория Балаяна и Сильву Капутикян и высказывает свою позицию видения карабахского вопроса, более смахивающую на подстрекательство, чем на защиту Закона, Конституции, прав человека и народов. Он впервые произносит зловещую фразу: "А вы подумали о судьбе 400 тысяч армян, которые живут в Азербайджане?" По словам Шахназарова, Горбачев охарактеризовал то, что происходит вокруг Карабаха, как «удар нам в спину. С трудом приходится сдерживать азербайджанцев, а главное — создается опасный прецедент. В стране несколько десятков потенциальных очагов противостояния на этнической почве, и пример Карабаха может толкнуть на безрассудство тех, кто пока не рискует прибегать к насильственным средствам». Горбачев отверг идею передачи Нагорного Карабаха Армении, но пообещал провести в регионе реформы в области культуры и экономики. Со своей стороны, Балаян и Капутикян согласились обратиться к людям на Театральной площади с призывом приостановить демонстрации на месяц.

Состоявшийся пленум ЦК КП Армении в принятом постановлении отмечал: "Пленум расчитывает на изучение и рассмотрение проблем Нагорного Карабаха в комплексе с другими вопросами, которые станут предметом обсуждения на пленуме ЦК КПСС по проблемам национальной политики, и просит ЦК КПСС образовать в связи с этим соответствующую комиссию".

В этот же день в г. Капан прибывает генерал А. Макашов с полномочиями мобилизовать войска из Нахичеванской АССР. В Капане тем временем работает комиссия под председательством заместителя начальника штаба войск Закавказского Военного Округа генерала В. И. Дреева. Проверяющие из ЦК КПСС, КГБ и МВД СССР, штаба ЗакВО никаких признаков готовящихся в Капане беспорядков не обнаруживают, а в отчете этой комиссии напрочь от­рицаются какие-либо инциденты в Капане на этнической почве. Было зафиксировано лишь два правонарушения: попытка поджога азербайджанской школы ее же директором-азербайджанцем и нападение на поезд Ереван-Капан.

27 февраля. В Степанакерте остановились все предприятия. В городе прошел митинг под лозунгами: «Не хотим ни хлеба, ни воды, нам нужна Мать-Армения!», «С Азербайджаном - никогда!». Сюда прибыл зам. зав. отделом ЦК КПСС К. Н. Буртенц с группой ответственных работников центральных органов (в их числе зам. пред. АПН К. А. Хачатуров, зам. директора ИМА при ЦК КПСС М. П. Мчедлов), которые провели встречи и беседы с представителями предприятий, творческой интеллигенции, ветеранами партии, войны и труда.

В Ереване после трансляции обращения Горбачева прекращаются митинги и демонстрации. Внезапный отъезд примерно 200 азербайджанцев из Капана в Баку одним поездом. По словам этих людей, причиной их отъезда были уговоры родственников из Азербайджана. По дороге поезд был задержан в райцентре Имишли, куда для бесед с пассажирами прибыли зампредсовмина АзССР А. Расизаде, руководители Имишлинского и Зангеланского районов Азербайджана и вызванные телефонограммой руководители Капанского района. Пассажиры заявили об отсутствии у них претензий к армянам, после чего поезд продолжал путь. При возвращении машины с представителями Капана на территории Азербайджана были забросаны камнями агрессивно настроенной толпой.

26-29 февраля. Сумгаит.

Все о Сумгаите:

http://sumgait.info/sumgait/sumgait-1988.htm

http://forum.hayastan.com/index.php?s=&amp...st&p=302641

http://sumgait.info/caucasus-conflicts/nag...akh-facts-7.htm

http://karabah88.ru/conflict/karabah/13.html

Добавление:

27-го февраля в Сумгаит прибыли I секретарь ЦК Компартии Азербайджана Багиров и председатель Совета Министров республики Сеидов. Они встретились с горожанами. Вопли и крики толпы заглушили их речи. Они вышли через черный ход клуба и буквально спаслись бегством в Баку.

28 февраля, осознавая, что нужна общеармянская организация, которая будет руководить Движением, на собрании активистов в Ереване, в Доме писателей, был создан Организационный комитет воссоединения "Карабах", ставший впоследствии неофициальным лидером общественного мнения республики. Членами комитета стали: Игорь Мурадян, Вазген Манукян, Ашот Манучарян, Амбарцум Галстян, Гагик Сафарян, Аркадий Карапетян и руководители карабахских районных организаций - Славик Арушанян, Виген Ширинян, Володя Хачатрян и Артур Мкртчян. Вскоре комитет возглавит Левон Тер-Петросян, будущий президент Армении.

28 февраля 1988 г. группа азербайджанской молодежи г. Кировабада общим числом до тысячи человек, вооруженная металлическими прутьями и палками, в сопровождении работников управления внутренних дел города, вторглась в армянские кварталы города. Толпа прошлась по центральным улицам (Шаумяна, Джапаридзе) армянской части города, ломая окна и двери армянских домов, избивая по пути прохожих-армян. Сопротивление армян в районе поселка инженерно-технических работников (ИТР), где местное армянское население, воспользовавшись компактностью проживания, сумело организовать оборону и вмешательство военнослужащих позволило приостановить погромы и избежать резни. Погромщики, получив достойный отпор, отступили. По пути они разбивали окна, забрасывали дома камнями. Несколько защитников города получили ранения различной степени тяжести, но обошлось без человеческих жертв, хотя и были понесены значительные материальные убытки: было разгромлено и разграблено несколько десятков армянских домов, сожжено несколько автомашин.

В следующие дни, впервые в городе появились военные патрули с дубинками и щитами. В течение нескольких дней силами местной власти были восстановлены и ''косметически'' отремонтированы дома и государственные объекты (магазины, киоски) в армянской части города.

Дальнейшие события в городе развернулись по следующему сценарию. В предприятиях и учреждениях армян заставляли подписывать письма о неправомерных действиях армянского населения НКАО. Дети в школу ходили только в сопровождении родителей.

Со стороны властей шла подготовка крупномасштабного погрома армян. Работники ЖЭК-ов составляли списки армян по адресам. Квартиры армян отмечались крестом, направлялись письменные угрозы, чтобы они покинули свои дома.

28 февраля 1988 – Верховный совет СССР отклонил требование Областного совета НКАО о воссоединении с Арменией.

29 февраля 1988 года - заседание Политбюро ЦК КПСС, на котором был рассмотрен вопрос «О дополнительных мерах в связи с событиями в Азербайджанской и Армянской ССР». http://sumgait.info/sumgait/politburo-meet...bruary-1988.htm

29 февраля, в последний день погромов в Сумгаите, в Степанакерт из Баку прибыл Демичев, объявивший на митинге, что Политбюро ЦК КПСС приняло решение вернуться к рассмотрению проблемы Нагорного Караба­ха. Митинг в АН АзССР. На "ковер" к учёным явился кандидат в члены бюро ЦК КПА, первый секретарь ЦК ЛКСМ Азербайджана Сахиб Алекперов. Уже выступил академик Буниятов и сообщил о свыше двухстах пятидесяти убитых. Выступил Сахиб Алекперов и заявил, что преступление совершили "экстремисты, рецидивисты и хулиганы". После комсомольского вожака на трибуну поднялась Лейла Юнусова, сотрудница Института истории АН. "Это - не рецидивисты и хулиганы совершили преступление. Это - воспитанники октябрятской, пионерской и комсомольской организаций. Этих преступников воспитала система!". В результате в Ереван, в Президиум АН АрмССР ушла телеграмма следующего содержания:

«Уведомление телеграфом. Ереван. Президенту Академии наук АрмССР тов. Амбарцумяну. Взываем к Вашей совести. В третий раз за неполные сто лет вы являетесь зачинщиками жестоких столкновений между братскими народами. Обратитесь к Вашей интеллигенции, остановите бесчинства ваших сограждан. Как можно требовать землю соседа. Азербайджан не пирог, от которого можно отрезать лакомый кусок. Если не Вы, то кто же остановит разбушевавшуюся толпу. Это ведь только на руку зарубежным армянам-экстремистам. Наш интернациональный долг предупредить об этом Вас. Сотрудники АН АзССР. 250 подписей».

В Ереван с миссией прибывают секретарь ЦК КПСС В. И. Долгих и депутат ВС А. И. Лукьянов. В марте 1988 года в НКАО введены части и подразделения внутренних войск МВД СССР.

1 марта 1988 г. в Степанакерте 1 марта на митинге в Степанакерте избираются 66 представителей народа, они на заседании создают общественно-политическую организацию армян «Крунк» («Журавль») во главе с директором Степанакертского комбината стройматериалов А. Манучаровым , заместители Вардан Акопян и Роберт Багдасарян. Организованные 10 комиссий курируют разные направления деятельности "Крунка". «Идеологической секцией» комитета руководил Роберт Кочарян, секретарь парткома Степанакертской шелкопрядильной фабрики. Заявленными целями комитета «Крунк» являлись изучение истории региона, его связей с Арменией, восстановление памятников старины. На деле комитет взял на себя функции организатора массовых протестов.

1 марта 1988 года на внутренней полосе «Известий» появилось небольшое сообщение ТАСС, в котором говорилось, что «28 февраля в Сумгаите (Азербайджанская ССР) группа хулиганствующих элементов спровоцировала беспорядки. Имели место случаи бесчинства и насилия...»

2 марта 1988 года рано утром в ЦК Компартии Армении были приглашены представители интеллигенции, где в кабинете первого секретаря ЦК КПА К. Демирчяна прошла их встреча с командированными Горбачевым партийными функционерами Долгих и Лукьяновым. Секретарь ЦК КПСС Долгих заявил: «Ну что, дождались? Позавчера в Сумгаите начались беспорядки, в результате которых имеются человеческие жертвы. Около двадцати человек убиты, двенадцать изнасилованных. Сожжено, разорено, ограблено более двухсот квартир. Сожжены сотни машин, магазинов, ларьков».

Присутствовавший на встрече один из самых авторитетных и активных деятелей Карабахского движения Игорь Мурадян сказал: «Вот именно, нельзя судьбы народов отдавать во власть необузданной и дикой стихии, зверей, способных лишь на погромы и геноцид, а не на мирные митинги с портретами Горбачева и проперестроечными лозунгами. В создавшейся ситуации вам придется взять Карабах под протекторат Москвы».

В НКАО по поручению ЦК КПСС прибывает группа ученых в составе академиков Т. С. Хачатурова и Н. С. Ениколопова, член-корреспондентов АН СССР И. Г. Атабекова и А. С. Саркисяна, профессоров М. А. Саркисова и Р. А. Срапинянца, которые в течение недели досконально изучали вопрос и сделали глубокий анализ происходящего.

3 марта 1988 г. Вопрос о НКАО рассматривается на внеочередном заседании Политбюро. В этот же день комитет по воссоединению Нагорного Карабаха с Армянской ССР выступает с обращением к ООН, парламентам и правительствам всех стран, Всемирному Совету церквей, Социалистическому Интернационалу, коммунистическим и рабочим партиям, Международному красному кресту, в котором говорилось: «Мы обвиняем руководство Советского Азербайджана, ряд ответственных работников ЦК КПСС в преступлении против армянского народа».

5 марта организация "Крунк" регистрируется официально.

6 марта в НКАО объявлен траур по жертвам сумгаитской трагедии. В Степанакерте на территории комплекса павшим воинам была установлена памятная плита по погибшим в Сумгаите.

8 марта начинается массовое переселение сумгаитских армян в Армянскую ССР, НКАО, города Российской Федерации. На бюро Нагорно-Карабахского обкома партии рассмотрен вопрос "О событиях, происшедших в гор. Сумгаите и об оскорблениях армянской нации в республиканской прессе и по телевидению".

9 марта в ЦК КПСС состоялось совещание, на котором были заслушаны сообщения руководителей партийных организаций Азербайджана (К. М. Багирова) и Армении (К. С. Демирчяна) об обстановке, складывающейся в этих республиках в связи с событиями Нагорном Карабахе, было решено при­знать наличие некоторых проблем экономического и культурного плана, породивших карабахское движение, и выразить готовность к разработке программ по их разрешению - но в рамках прежней автономии: "Решением политбюро Секретариату ЦК поручено организовать глубокое и всестороннее изучение накопившихся проблем в НКАО, причин межнациональных отношений вокруг нее, проработку соответствующих предложений и по мере готовности вносить на рассмотрение ЦК КПСС и правительства СССР".

В Степанакерт прибыли секретарь ЦК КП Азербайджана Оруджев, зам. председателя Совета Министров, председатель Госплана республики Муталибов, зав. экономотделом ЦК Самедзаде с группой министров республики с целью навязать проект постановления о социально-экономическом развитии области, что было категорически отклонено руководством области. Подобная попытка предпринималась и в последующие дни с участием ответственных работников союзных органов, которые также не дали результата ввиду затяжки решения основного вопроса - воссоединения НКАО с Армянской ССР.

Делегация "Крунка" во главе с Робертом Кочаряном 11 марта едет в Москву, встречается с секретарем ЦК КПСС Е.Лигачевым, Е.Примаковым, но возвращается разочарованной.

17 марта 1988 г. в Степанакерте прошел крупнейший митинг армянского населения НКАО, в котором приняли участие 75 тысяч человек. Собравшиеся люди требовали выхода Карабаха из АзССР и передачи его в состав Армении. В этот же день было направлено ходатайство местной советской власти Шаумянского сельского района и Геташенского подрайона о включении их в состав НКАО. Пленум Нагорно-Карабахского обкома КПСС поддержал решение облсовета НКАО о присоединении к Армении:

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ПЛЕНУМА НАГОРНО-КАРАБАХСКОГО ОБКОМА

КП АЗЕРБАЙДЖАНА О ТРЕБОВАНИИ ТРУДЯЩИХСЯ,

КОММУНИСТОВ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ ПО ВОПРОСУ

ПРИСОЕДИНЕНИЯ НКАО К АРМЯНСКОЙ ССР

                  • 17 марта 1988 г.

Пленум Нагорно-Карабахского обкома КП Азербайджана постановляет:

выражая чаяния армянского населения автономной области, волю подавляющего большинства коммунистов Нагорного Карабаха, просить Политбюро ЦК КПСС рассмотреть и положительно решить вопрос присоединения Нагорно-Карабахской автономной области к Армянской ССР, исправив тем самым допущенную в начале 20-х годов историческую ошибку при определении территориальной принадлежности Карабаха.

18 марта ряд членов и кандитатов в члены политбюро ЦК КПСС встретились с деятелями науки и культуры азербайджанской и армянской национальности, проживающих в Москве. На встрече говорилось о том, что "в развитии межнациональных отношений есть трудности, доставшиеся нам от прошлого, есть и проблемы, которые порождаются течением времени". В ЦК КПСС также состоялась беседа Е. К. Лигачева с группой представителей трудовых коллективов НКАО.

В Политбюро ЦК КПСС направлено письмо сотрудников Института мировой экономики и международных отношений АН СССР, в котором предлагалось "передать автономную область в непосредст­венное подчинение Москве или включить ее в состав РСФСР"; при этом авторы письма дали развернутый и точный прогноз раз­вития событий в случае отказа решить проблему политическим путем.

ЦК КП Азербайджана обсудил вопрос "О грубых недостатках в организаторской работе среди населения, политической близорукости и бездеятельности бюро Сумгаитского горкома партии в предотвращении трагических событий в городе".

19 марта на собрании движения «Карабах» было объявлено, что все многочисленные документы о преступлениях против армянского населения НКАО, собранные во время февральских демонстраций в Ереване и отправленные в прокуратуру СССР с просьбой хоть сейчас рассмотреть эти вопросы опять возвращены в прокуратуру Азербайджана.

21 марта 1988 года. Заседание Политбюро, большую часть которого заняли дебаты о том, как укрепить стремительно падающий авторитет партии в Армении. "Решается кардинальный вопрос, - заявил Горбачев на заседании. - Речь идет о судьбе нашего многонационального государства, о судьбе нашей национальной политики, заложенной Лениным". Горбачев выступал против использования силовых методов для подавления оппозиционного движения в Армении, однако наметил ряд жестких мер для подрыва авторитета "Комитета Карабах". Эти меры включали полный контроль над местными средствами массовой информации, отключение телефонной связи между Арменией и зарубежными странами, запрет на посещение региона иностранными журналистами и, в случае необходимости, арест активистов "Комитета Карабах": "Видимо, мы должны говорить в прессе более откровенно и изолировать, но так, чтобы не сделать из них героев".

Главная газета СССР, орган ЦК КПСС газета «Правда» опубликовала большой материал «Эмоции и разум.». Эта статья в значительной мере задала тон и направление всех последующих публикаций в центральной печати о проблеме Нагорного Карабаха. В статье, по сути дела, утверждалось, что кризис вокруг Нагорного Карабаха порожден не дискриминацией армянского населения в Азербайджанской ССР и стремлением народа Нагорного Карабаха исправить историческую несправедливость. Карабахское движение авторами статьи объяснялось происками безответственных экстремистов, разжигающих страсти и толкающих людей на нарушения общественного порядка; содер­жались в статье и намеки на то, что руководство Армянской ССР втайне поддерживает движение, тем самым отвлекая перестроечную критику в свой адрес. Корреспондент «Правды» по Армянской ССР Юрий Аракелян, чья фамилия значилась под материалом наряду с фамилиями московского и бакинского «правдистов», публично отказался от своей подписи под ним, заявив, что его информацию из Еревана просто выбросили, и что он не давал своего согласия на соавторство материала в том виде, в каком он появился в «Правде».

Первое письмо академика Андрея Сахарова Генсеку ЦК КПСС М. С. Горбачеву:

"Глубокоуважаемый Михаил Сергеевич!

Я решил обратиться к Вам по двум наиболее острым в настоящее время национальным вопросам: о возвращении крымских татар в Крым и о воссоединении Нагорного Карабаха и Армении. В каждом из этих случаев речь идет об исправлении несправедливости в отношении к одному из народов нашей страны. Автономная национальная область Нагорный Карабах была присоединена к Азербайджанской ССР в 1923 г. В настоящее время примерно 75 % населения составляют армяне, остальные - курды, русские, азербайджанцы. В 1923 году доля армян была еще выше - до 90 %. Исторически вся область Нагорный Карабах (Арцах) являлась частью Восточной Армении. Можно предполагать, что присоединение Нагорного Карабаха к Азербайджану было произведено по инициативе Сталина, в результате внутренних и внешнеполитических комбинаций того времени, вопреки воле населения Карабаха и вопреки предыдущим заявлениям Сталина и руководства Азербайджана, на протяжении последующих десятилетий оно явилось постоянным источником межнациональных трений. Вплоть до самого последнего времени имеют место многочисленные факты национальной дискриминации, диктата, ущемления армянской культуры. В обстановке перестройки у армянского населения Карабаха возникла надежда на конституционное решение вопроса. 20-го февраля на сессии областного Совета депутатов было принято решение о ходатайстве перед Верховными Советами Азербайджана, СССР о передаче области в состав Армянской ССР. Ранее аналогичные решения были приняты на сессиях четырех из пяти районных советов депутатов. Решения районных и областных советов были поддержаны многотысячными мирными демонстрациями в области и в Армении. Несомненно, во всем проявились новые демократические возможности, связанные с перестройкой. Однако дальнейшее развитие событий не было благоприятным. Вместо нормального конституционного рассмотрения ходатайства органов Советской власти начались маневры и уговоры, обращенные преимущественно к армянам. Одновременно появились сообщения в прессе и по телевидению, в которых события излагались неполно и односторонне, а законные просьбы армянского населения объявлялись экстремистскими, и заранее как бы предопределялся негативный ответ. К сожалению, приходится констатировать, что уже не в первый раз в обострившейся ситуации гласность оказывается подавленной как раз тогда, когда она особенно нужна. Все это не могло не вызвать соответствующей реакции. В Ереване, в Нагорном Карабахе и в других местах произошли забастовки и новые демонстрации, которые носили законный и мирный характер. Но в Азербайджане в последние дни февраля произошли события совсем другого рода: трагические, кровавые, вольно или невольно напоминающие 1915 год. Я думаю, что события в Азербайджане, как и волнения 1986г. в Алма- Ате, спровоцированы и, может, организованы силами местной антиперестроечной мафии в ее арьергардной борьбе. Так или иначе, перестройке брошен вызов. Я надеюсь, что руководство страны, Политбюро, ЦК КПСС, Верховный Совет найдут способ - соответствующий ситуации: решительный, демократический, конституционный.

Поднятые в этом письме проблемы стали пробным камнем для перестройки, ее способности преодолеть сопротивление и груз прошлого. Нельзя вновь на десятилетия откладывать справедливое решение этих вопросов и оставлять в стране постоянные зоны напряжения.

С глубоким уважением.

Академик Андрей Сахаров.

21 марта 1988 г.

Дополнение

Это письмо передано Генеральному секретарю 21 марта. Я считаю важным сделать к нему следующее дополнение. Я призываю к решениям, основанным на спокойном и по возможности беспристрастном учете интересов каждого из народов нашей страны. Мне представляется необходимым в соответствии с Конституцией СССР рассмотреть ходатайство Областного Совета народных депутатов Нагорного Карабаха в Верховном Совете Азербайджанской ССР и в Верховном Совете Армянской ССР. В случае разногласия арбитражное решение должен вынести Верховный Совет СССР. Я призываю Верховные Советы Азербайджана, Армении и СССР учесть ясно выраженную волю большинства населения автономной области и областного совета как главное основание для принятия конституционного решения. В эти тяжелые дни я обращаюсь с просьбой и призывом к народам Азербайджана и Армении полностью исключить насилие. Было бы величайшей трагедией, если бы ответом на уже совершенные чудовищные преступления стали бы новые. 24-го марта опубликовано постановление Президиума Верховного Совета СССР о положении в Нагорном Карабахе. Однако, в этом постановлении не высказано отношение к решению областного Совета. Я надеюсь, что это еще не последнее слово Верховного Совета СССР и его Президиума.

Андрей Сахаров".

Об этом письме, призывающем к справедливости, известный правозащитник напомнил в своей статье, опубликованной в газете «Московские новости» (№14 от 3 апреля1988 г.) под заголовком «За спокойствие и мудрость». Само же содержание письма стало известно общественности гораздо позже.

22 марта Президиумы Верховных Советов всех союзных республик провели заседания, на которых было обсуждено положение, сложившееся в НКАО, Азербайджанской и Армянской ССР и «выразили обеспокоенность и тревогу в связи с этим и просили Президиум Верховного Совета СССР принять решительные меры, направленные на соблюдение требований советской Конституции на территориях указанных республик, на дальнейшее укрепление Союза ССР и всех его государственных и автономных образований».

23 марта. Постановление Президиума Верховного Совета СССР «О мерах, связанных с обращением Союзных республик по поводу событий в Нагорном Карабахе, в Азербайджанской и Армянской ССР», в первом пункте которого, в частности, говорилось:

«…Признать недопустимым, когда сложные национально-территориальные вопросы пытаются решать путем давления на органы государственной власти, в обстановке нагнетания эмоций и страстей, создания всякого рода самочинных образований, выступающих за перекройку закрепленных в Конституции СССР национально-государственных и национально-административных границ, что может привести к непредсказуемым последствиям…»

Интересно, что Президиум ВС СССР в своем постановлении ссылается не на статью 73 Конституции СССР, позволяющую высшему органу государственной власти утверждать изменения границ между союзными республиками и образовывать новые автономные республики и автономные области в составе союзных республик, а на ст. 83, которая в первую очередь охраняет права союзных республик от посягательства из вне и о защите "революционных завоеваний трудящихся перед лицом империализма".

В Степанакерте начинается забастовка, связанная с публикацией в газете "Правда" статьи "Эмоции и разум". В область вводятся десантные войска.

24 марта 1988 года ЦК КПСС и Совет Министров СССР принимают Постановление «О мерах по ускорению социально-экономического развития Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР в 1988–1995 гг.». Это постановление фактически проигнорировало конституционное требование карабахских армян, трансформировав политическую проблему в сугубо экономическую. Особое внимание вызывал здесь следующий пункт: "Признать недопустимым... пересмотр закрепленных в Конституции СССР национально-государствен­ных и национально- административных границ". Между тем, в конституции никогда не было статей, оп­ределяющих границы каких бы то ни было государственных обра­зований - и, более того, Верховный Совет СССР, согласно Кон­ституции (статья 73) обладал правом не только изменять границы союзных республик, но даже образовывать в их составе новые ав­тономии. Однако в Постановлении, в частности, говорилось: «Разработать и осуществить комплекс мероприятий по дальнейшему проведению работ по реставрации и восстановлению памятников истории и культуры, находящихся на территории Нагорно-Карабахской автономной области, имея в виду привлекать к этим работам армянских мастеров-специалистов по реставрации», что фактически означало официальное признание армянского происхождения христианских храмов на территории Арцаха. Помимо этого семилетний план, на выполнение которого выделялось 400 млн. руб. предусматривал строительство в Нагорном Карабахе школ, больниц, заводов, дорог (в частности, реконструкцию дороги Горис-Лачин-Степанакерт), а также возможность принимать программу армянского телевидения.

В этот же день Президиум ВС Азербайджанской ССР принял постановление, в котором определялись задачи по выполнению постановления Президиума ВС СССР от 23 марта 1988 года. В частности, было решено распустить общество "Крунк" и возглавляющие его органы - комитет и совет (п. 4), запрещалось проведение несанкционированных собраний (п. 6) и т. д.

В тот же день Верховный Совет Армении запрещает деятельность комитета "Карабах".

26 марта 1988 г. в Ереван были введены дополнительные советские войска, хотя заместитель министра внутренних дел СССР В. Трушин констатировал, что в Ереване "не отмечено никаких нарушений общественного порядка"; в городе продолжались массовые митинги, сидячие забастовки и голодовки. Указ Президиума Верховного Совета Азербайджанской ССР о роспуске комитета "Крунк".

В марте 1988 года на должность второго секретаря (негласно действовавший институт наместничества в лице командируемых из центра "вторых секретарей" для контроля над местными лидерами) из Москвы прибыл некий Мальков. Однако он оказался не в состоянии управлять местными партийными функционерами, поскольку последние могли противостоять давлению "сверху", опираясь на поддержку "снизу".

31 марта. По областному радио передано и опубликовано в газете "Советский Карабах" обращение к коммунистам, всем трудящимся Нагорного Карабаха от имени обкома партии, облисполкома, облсовпрофа.

4 апреля. В связи с создавшейся тяжелой ситуацией члены и кандидаты в члены бюро обкома партии посылают письмо в Политбюро и Генсеку ЦК КПСС о положении дел в Нагорном Карабахе и просят решить поднятый народом вопрос положительно.

5 апреля. Трудящиеся области постепенно возвращаются к нормальному трудовому ритму, возобновляют занятия учебные заведения. В Степанакерт прибывает зам. Зав. отделом оргпартработы ЦК КПСС В. С. Бабичев, по инициативе которого на следующий день созывается бюро обкома партии с участием ряда руководящих работников области, где он просит наладить ритмичную работу всех предприятий области, что поможет ЦК КПСС в спокойной обстановке рассмотреть вопросы, поднятые трудящимися области. Поступают заявления лиц армянской национальности о фактах насилия над ними в Шуше, а также в соседних с областью районах.

10 апреля. Из Еревана в Степанакерт прибыл зав. отделом машиностроения ЦК КПСС А. И. Вольский, который выступил на ряде промышленных предприятий города. В частности он сказал: "А разве было бы плохо, если бы Верховные Советы обеих республик собрались бы вместе и обсудили возникший вопрос, и может быть, пришли бы к общему выводу". Начиная с этого дня он будет неоднократно посещать НКАО в качестве представителя ЦК КПСС, проводить совещания, давать инструкции, а с сентября 1988 г. фактически будет руководить введенными в регион войсками.

15 апреля. Глава правительства В. И. Воротников принял пятерых посланцев Нагорного Карабаха во главе с А. Манучаровым, которые вручили обращение арцахцев о возвращении Нагорного Карабаха в состав России, согласно Гюлистанскому и Туркменчайскому договорам между Россией и Персией, когда Нагорный Карабах вошел в состав России на "вечные времена" - так было подчернуто в них.

26 апреля. В эфир ЦТ выходит передача "Позиция" под заголовком "Нагорный Карабах - размышление вслух" (ведущий телепередачи публицист Г. Боровик месяцем раньше побывал в области со своей операторской группой), в которой правдиво и объективно освещались события в НКАО и "вокруг него".

27 апреля 1988 года Совмин АзССР утвердил постановлением №145 список памятников истории и культуры, находящихся в НКАО, подготовленный Минкультом АзССР, Академией наук республики и азербайджанским Добровольным обществом охраны памятников истории и культуры, в котором все памятники армянского зодчества назывались "албанскими" (самое смешное, что в постановлении Совета Министров АзССР № 140 от 2 апреля 1968 года, утверждавшем список памятников, подлежащих государственной охране, не было никаких «албанских» храмов).

1 мая. Первомайская демонстрация в Степанакерте переросла в митинг, участники которого вновь выдвинули требование о воссоединении Нагорного Карабаха с Армянской ССР.

3 мая подразделения МВД вводятся в смешанное село Тог.

8 мая в Степанакерте прошла сидячая забастовка, участники которой не высказывали никаких требований, а просто молчали. На постамент статуи Ленина был водружен флаг Армянской ССР. В связи с решением Верховного Совета Азербайджанской ССР, согласно которому деятельность комитета "Крунка" была запрещена, возникла необходимость в создании альтернативной структуры, способной возглавить Движение. Было решено восстановить деятельность функционировавшего еще до карабахских событий Совета директоров, что обуславливалось также тем обстоятельством, что более половины членов "Крунка" (порядка 35-40 человек) являлись директорами предприятий г. Степанакерта. Совет директоров возобновил свою работу в мае 1988 года, через 1,5 месяца после запрещения "Крунка", и действовал вплоть до конца 1991 года, когда были проведены выборы в Верховный Совет НКР.

11 мая. В связи с назначением на должность зам. прокурора области азербайджанца, в Степанакерте проходят демонстрации и митинги протеста, которые переходят в забастовку, прекращенную через два дня ввиду приостановки приказа о назначении зам. прокурора.

12 мая. Группа депутатов ВС СССР и республики, знатныелюди области послали обращение в Президиум ВС СССР и депутатам высшего органа госвласти страны с просьбой положительно решить просьбу о воссоединении НКАО с Арм. ССР.

14-15 мая. В Шуше прошли митинги, в каждом из которых приняли участие до 6 тысяч человек. Они носили явно националистический характер, высказывались угрозы расправы над армянами, проживающими здесь. Было принято обращение в ЦК КПСС, Президиум ВС СССР, содержащее антиармянские требования вплоть до ликвидации автономной области. Армяне Шуши начинают покидать город.

15 мая в Баку на площади им. Ленина состоялся первый большой общегородской митинг, собравший около 15 тысяч человек. На трибуне стояли ответработники ЦК, Совмина и Бакинского горкома. Те ораторы, которые угрожали армянам или же оскорбляли их, удостаивались аплодисментов. Ораторов, которые хотели успокоить людей и заверяли их в решимости и способности руководства республики «дать отпор», освистывали. Толпа ринулась к трибуне, большинство руководителей республики спешно бежало за железную ограду, во внутренний дворик Дома Советов. Толпу еле удалось остановить, уговорить направить 500 "делегатов" в Верховный Совет для встречи с "руководством".

В этот же день состоялся первый 30-минутный выход в эфир новосозданного Нагорно-Карабахского телевидения. Затем осуществлялась ежесуточная часовая программа вещания.

17 мая. Демонстрация в Ереване и всеобщая забастовка в Степанакерте в знак протеста против мягкого приговора сумгаитского суда, вынесенного днем ранее по делу «непосредственных участников в массовых волнениях».

Нагорно-Карабахский обком партии обсуждает вопрос "О провокациях в г. Шуше" и создает при обкоме пресс-центр, который стремится оперативно передавать сообщения о событиях в области. В этих же целях в Степанакертском горкоме партии создается телефонная линия "Доверие". От имени бюро обкома партии направляется новое письмо в ЦК КПСС.

18 мая. В газете "Бакинский рабочий" опубликовано обращение ЦК КП Азербайджана, Президиума ВС Аз. ССР, Совмина Аз. ССР в связи с новой волной "митинговой демократии", вызванной складывающейся ситуацией в Нагорном Карабахе, Азербайджане и Армении и "чреватой непредсказуемыми последствиями".

В этот же день в Баку состоялся еще один общегородской митинг, в котором участвовало около 30 тысяч человек, и где также бушевали страсти и по Карабаху, и по бездеятельности республиканского руководства.

20 мая. Группа депутатов ВС республики и облсовета в количестве 119 человек направила Обращение в Президиум ВС Аз. ССР и его депутатам, а также в Президиум ВС СССР и Арм. ССР с просьбой положительно решить вопрос о присоединении НКАО к Армении.

21 мая. К. Демирчян смещен с поста первого секретаря компартии Армении. Его место занял С. Арутюнян. В Баку на пленуме отправляют в отставку К. Багирова. На его место назначается доставленный Е. Лигачевым бывший посол СССР в Пакистане А. Везиров. По вопросу Нагорного Карабаха Лигачев на пленуме заявляет, что вопрос закрыт, исчерпан и никогда не будет рассматриваться. Погосяну, первому секретарю обкома Карабаха, который присутствовал там, слова не дали. Многотысячный митинг в Баку с требованиями восстановить Багирова и лозунгами: «Армяне, русские, евреи – вон из Азербайджана!»

Войска вводятся в Степанакерт. Усиливается военный контингент в Ереване. В знак протеста против ввода войск и заявления Лигачева в Карабахе начинается новая забастовка. В мае же в Шуши проходят погромы армян, по инициативе Шушинского районного комитета КПСС проходит депортация практически всего четырехтысячного армянского населения Шуши (в городе после этих событий остается всего около 30 армянских семей). В результате жестоких побоев, нанесенных группой азербайджанцев, в городе Шуши погиб 23-летний житель города Валерий Петросян.

Еще одна делегация "Крунка" во главе с Гамлетом Григоряном едет в Москву, но ничего не меняется.

21 мая 1988 г. на Пленуме ЦК КП Азербайджана бывший первый секретарь Сумгаитского горкома КП Азербайджана Муслим-заде публично обвинил в трагических событиях в Сумгаите руководителей республики. Об этом более подробно он выказывался на бюро ЦК КП Азербайджана накануне при рассмотрении его персональной ответственности.

22 мая. Началась третья забастовка в Степанакерте. Она связана со слухами о том, что секретарь ЦК КПСС Е. Лигачев, находясь в Баку, заявил, что вопрос об НКАО решен и больше обсуждаться не будет. Обком партии направил письмо в ЦК КПСС с просьбой подтвердить ранее данные заверения о том, что вопрос Нагорного Карабаха не снят с повестки дня. В газете "Бакинский рабочий" опубликовано постановление ЦК КП Азербайджана "Об ответственности Кеворкова Б. С. и других руководителей за события в НКАО".

26 мая в Ереване начинается сидячая демонстрация с требованием рассмотреть обращение областного Совета Карабаха и дать на него положительный ответ. Демонстрация продлилась 21 день.

27 мая. Бюро обкома партии и исполкома областного совета, первые секретари райкомов партии, председатели рай- и горисполкомов (кроме Шушинского) направили письмо в Политбюро ЦК КПСС с просьбой с учетом сложившейся тяжелой ситуации в области до окончательного решения статуса области временно вывести НКАО из подчинения Аз. ССР с тем, чтобы в спокойной обстановке глубоко и тщательно разобраться в проблеме Нагорного Карабаха и принять справедливые решения.

28 мая в день Первой республики в Ереване впервые вывешивается запрещенный флаг - красно-сине-оранжевый триколор.

29 мая. Состоялась встреча руководителей парторганизаций Азербайджана (А. Х. Везирова и В. Н. Коновалова) и Армении (С. Г. Арутюняна и Ю. П. Кочеткова), которые посетили районы двух республик (Иджеванский и Казахский) и рассмотрели вопросы, связанные с усилением экономических и культурных связей.

В мае руководителей комитета "Карабах" (З. Балаяна, И. Мурадяна и др.) заменяют новые имена: Левон Тер-Петросян, Вазген Манукян, Бабкен Араркцян, Амбарцум Галстян, Рафаэл Казарян, Ашот Манучарян, Вано Сирадегян, Самвел Геворкян, Давид Варданян, Самсон Казарян, Алексан Акопян.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

1 июня 1988 года началось регулярное вещание Карабахского телевидения через ретрансляционную станцию №5 города Шуши.

2 июня. В газете «Бакинский рабочий» сообщалось о заседании бюро ЦК КП Азербайджана, которое, «придавая важное значение последовательной реализации задач», определенных постановлением ЦК КПСС И СМ СССР «О мерах по ускорению социально-экономического развития НКАО в 1988-1995 гг.», «специально рассмотрело ход выполнения данного решения. Было решено: создать в Степанакерте в 1988 г. филиал ин-та «Азгоспроект», в 1991 г. в Баку начнет работу армянский драмтеатр; 64 (больше на 24 чел.) юношей и девушек из НКАО в 1988-1990 гг. по целевому назначению будут приняты в 11 вузах Арм. ССР, а также приняты и другие перспективные меры».

4 июня несколько человек в Ереване объявляют голодовку (среди них герой Социалистического Труда Гарник Манасян).

6 июня. На заседании Политбюро Горбачев высказывается следующим образом: «С чем мы никогда не согласимся, — это поддержать один народ в ущерб другому. Пусть нас на этот счет не шантажируют. Мы не позволим, не должны ни в коем случае допустить, чтобы истину искали через кровь!» Громыко призывает к привычному средству: «Появится на улице армия, и сразу будет порядок». Чебриков возражает. Яковлев предлагает на год взять «управление НКАО в Москву». Шеварднадзе высказывается за немедленное придание НКАО статуса автономной республики. Лигачев пытается синтезировать все эти идеи: «Уже сейчас 20 тысяч беженцев. Люди без крова. Если статус республики для НКАО не поможет — ввести войска, демонтировать заводы, распустить партийные организации, исполкомы, наводить порядок». Горбачев поддерживает предложение о повышении статуса НКАО до автономной республики.

9 июня первые секретари ЦК Компартий Азербайджана (А. Х. Везиров), Армении (С. Г. Арутюнян) и Нагорно-Карабахского обкома партии (Г. А. Погосян) были приглашены в ЦК КПСС для обсуждения вопроса Нагорного Карабаха.

10 июня 1988 г. Группа депутатов Верховного Совета АрмССР обратилась в Президиум Верховного Совета республики с предложением внести на рассмотрение сессии Верховного Совета АрмССР вопрос о решении внеочередной сессии областного Совета народных депутатов НКАО АзССР от 20 февраля 1988 г. «О ходатайстве перед Верховными Советами Азербайджанской ССР и Армянской ССР о передаче НКАО из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР».

Президиум Верховного Совета Арм. ССР сообщил, что данный вопрос будет внесен на рассмотрение предстоящей сессии Верховного Совета республики.

13 июня Президиум Верховного Совета Азербайджанской ССР рассмотрев, принял постановление «О ходатайстве депутатов Совета народных депутатов НКАО о передаче области из Азербайджанской ССР в состав Арм. ССР». Причем в нем речь идет не о решении сессии облсовета, принятого днем раньше, а о «ходатайстве депутатов» НКАО, которое было отклонено, как лишенное «законных оснований». Это постановление было затем подтверждено 7 сессией ВС Аз. ССР II созыва:

«Обсудив в соответствии со статьями 78 Конституции СССР и 70 Конституции Азербайджанской ССР, согласно которым территория республики не может быть изменена без ее согласия, ходатайство депутатов областного Совета, Президиум Верховного Совета Азербайджана счел его неприемлемым. Но решил: внести этот вопрос в повестку дня сессии».

По инициативе новоиспеченного руководителя Азербайджанской ССР А. Везирова в Баку созывается общегородской митинг, после которого толпа отправилась громить армянские районы города; правоохранителям Баку удалось удержать толпу.

15 июня 1988 года в день сессии, на которой должен был обсуждаться Карабахский вопрос, на Театральной площади Еревана собралось много народу. Участники сидячей демонстрации вынесли из здания Оперного театра телевизор, и все, кто пришел на площадь, могли следить за ходом сессии (по требованию демонстрантов правительство согласилось вести прямую трансляцию из Дворца съездов). Депутатам, выступающим с принципиальных позиций (один из них, в частности, требовал осудить геноцид армян в Сумгаите), буквально затыкает рот председатель Верховного Совета, пытаясь протащить заготовленное заранее решение. В считанные минуты многотысячная толпа перемещается к зданию Дворца съездов. Здание окружают вооруженные солдаты. Демонстранты садятся и скандируют: «Позор! Предатели! Трусы!». Таким образом, спустя два с половиной месяца после погромов в Сумгаите и почти три месяца после исторической сессии областного совета народных депутатов НКАО, Верховный Совет Армянской ССР являет миру два своих постановления. Первое касалось событий в Сумгаите. Вот оно:

post-31580-1237801518.jpg

Второе постановление ВС Арм. ССР касалось решения сессии облсовета народных депутатов НКАО. Вот его текст:

post-31580-1237801555.jpg

К этому времени обстановка в регионе была чрезвычайно накалена. Что касалось беженцев из Сумгаита, то по официальным данным, предоставленным Комиссией по рассмотрению вопросов граждан, переехавших из Сумгаита, на июнь месяц 1988 года в республике находились 702 сумгаитские семьи - всего 2780 граждан. Был решен вопрос о постоянном месте жительства в Армянской ССР для 471 семьи - 1822 граждан. 45 семей изъявили желание обосноваться в Степанакерте, 46 - в Баграмяне. 85 семей пыталось обменять свои квартиры на квартиры и собственные дома азербайджанцев, изъявивших желание уехать из Масиса, Джермука и Капана в Азербайджанскую ССР. 118 семей собиралось получить земельные участки под строительство собственных домов в Абовяне, Аштараке и Наири.

Мои личные впечатления о так называемом изгнании азербайджанцев из Капана достаточно просты. Я призывался в ряды Советской армии в 1988 году, когда азербайджанцы еще жили здесь. Демобилизовался, соответственно, в 1990 году - азербайджанцев уже не было. Многие, естественно, оказались в выигрыше, получив взамен своих сельских домов в высокогорном Сюнике благоустроенные городские квартиры бакинских, кировабадских, шамхорских и т. д. армян.

К началу конфликта в Сюнике азербайджанцы проживали в селах Агуди (сейчас и до тюрков - Агиту), Урут (Воротан), Кзлджуг (Сапатадзор), Кзлшафаг (Торуник), Джомардлу (Танаhат), Аревис. Села Шаки и Вагуди (Вагатин) были смешанными; общая численность тюрков составляла около 37 тысяч человек, из них 3 тысячи - в Сисиане, 2 села в Горисе, село Нювади (Нрнадзор) в Мегри (последнее тюркское село в Армении, «обмененное» на Арцвашен) и 20 процентов (!) населения Капана, а также около 1500-1600 человек в окрестных селах.

Вообще, бывшие тюркские села в Сюнике достаточно легко даже сегодня отличить от чисто армянских. Армянский дом - обязательно четырехстенный, каменный, основательный, часто с облицованным фасадом. Дома тюрков в их горных селах были трехстенными, то есть дом задней своей частью как бы уходил в гору и, фактически, горный склон и являлся четвертой стеной дома. Сами дома обычно были простыми, без особых изысков и практически не облицовывались. Другой характерной приметой тюркского села служило его кладбище. Для армян похороны, и вообще все, что связано с погребением и кладбищем - очень важный ритуал, требующий серьезных материальных затрат. Могильные камни, как правило, представляют собой или орнаментированные хачкары или профессионально выполненные надгробья. В тюркских селах зачастую могильный камень представлял собой грубо обработанную глыбу камня с кустарно выполненными надписями на кириллице.

Возвращаясь к судьбе беженцев из Советского Азербайджана, скажу, что постсумгаитский период (с марта по октябрь1988 года) - время, когда, вследствие напряженности в межнациональных отношениях, начался массовый жилищный обмен между жителями Армянской и Азербайджанской ССР, это то короткое время, когда еще можно было что-то как-то обменять. В 1989 году погромы охватят весь Азербайджан и спасти что-либо, кроме собственной жизни, будет практически невозможно.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

17 июня 1988 года на своей 7-ой сессии Верховный Совет Азербайджана принимает решение о том, что Нагорный Карабах должен остаться в составе республики:

«В ответ на обращение Верховного Совета Армянской ССР Верховный Совет Азербайджанской ССР, исходя из интересов сохранения сложившегося национально-территориального устройства страны, закреплённого Конституцией СССР, руководствуясь принципами интернационализма, интересами азербайджанского и армянского народов, других наций и народностей республики, счёл передачу НКАО из Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР невозможной, так как это не отвечало бы целям укрепления дружбы народов нашей страны, задачам перестройки».

Данное решение, по большому счету, было вынесено несколько ранее – 13 июня на заседании Президиума Верховного Совета Азербайджанской ССР, где было рассмотрено ходатайство сессии Совета народных депутатов Нагорно-Карабахской Автономной Области о передаче области из Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР.

Выступая на сессии председатель Президиума ВС Азербайджанской ССР С. Б. Татлиев, в частности, сказал:

«Правовой статус НКАО в соответствии с Конституцией СССР и Конституцией Аз. ССР ныне определяется Законом НКАО, принятым 16 июня 1981 г. по представлению областного Совета народных депутатов Верховным Советом Аз. ССР и позволяет на практике в полном объёме удовлетворить экономические, социальные и духовные потребности представителей всех наций и народностей НКАО ... Вопрос о передаче НКАО из состава Аз. ССР в Арм. ССР имеет не местное значение, а глубоко затрагивает интересы и суверенные права Аз. ССР, непосредственно связан с интересами Союза ССР - единого союзного многонационального государства, его национально-государственного устройства».

Этим же вечером в районе 21:00 произошли инциденты в поселке Масис и селе Саят-Нова Масисского района. По этому поводу 19 июня по Армянскому телевидению выступил председатель Президиума Верховного Совета Армянской ССР Г. Восканян. Поскольку в инете текста этого обращения я не нашел, выставляю его здесь полностью:

«Дорогие товарищи!

Сложившаяся в Масисском районе ситуация диктует не­обходимость вновь обратить­ся к вам.

Как уже сообщалось, 17 июня в поселке Масис и селе Саят-Нова произошли бес­порядки, случаи хулиганства, разбиты стекла ряда домов, принадлежащих азербайджан­цам, в некоторых из них на­несен ущерб хозяйственному имуществу. Казалось, бла­годаря принятым мерам си­туация нормализовалась, од­нако вчера вечером обста­новка в районе вновь обост­рилась, когда группе безот­ветственных молодых людей, приехавших в Масисский район из Еревана, удалось спровоцировать на хулиган­ские действия некоторых местных жителей-армян. В результате столкновений 8 жителей армянской и 8 — азербайджанской националь­ностей получили телесные повреждения. Жертв нет. Соответствующими органи­зациями принимаются дей­ственные, решительные меры для восстановления порядка с тем, чтобы жизнь в районе вошла в нормальное русло. Ведется следствие, виновные будут строго наказаны. Пар­тийные, советские органы рай­она осуществляют все меры для окончательной нормали­зации обстановки, пресечения провокаций и беспорядков.

Вот почему в этих условиях от каждого из нас требуются самообладание, безграничная сдержанность. Мы должны быть осмотрительны, ни в коем случае не допускать, чтобы кто-то, кто бы он ни был, посеял неуместными разговорами, бессмысленны­ми действиями недоверие в отношении дружбы народов. Два наших народа живут и будут продолжать жить бок о бок. В связи с этим особо хотелось бы подчеркнуть слова из обращения товари­ща Горбачева М. С. к тру­дящимся, к народам Азер­байджана и Армении о том, что в этот час испытания мы должны защищать наш советский интернационализм, не­поколебимую веру в то, что только в дружной семье на­ших народов мы можем обес­печить прогресс нашего об­щества, благо всех его граж­дан. Армянский народ всегда доказывал свою преданность интернационализму, и наш долг — постоянно поддер­живать и умножать интерна­ционалистские традиции на­шего народа — гарант наше­го национального существо­вания и прогресса.

Я обращаюсь к армянско­му и азербайджанскому на­селению республики с при­зывом проявить сдержан­ность и здравомыслие, не поддаваться излишним эмо­циям и чувствам, не слушать тех, кто сеет межнациональ­ное недоверие и рознь. Ко­ренные интересы всех нас требуют находиться на уров­не задач, выдвинутых вре­менем, революционным про­цессом демократизации и пе­рестройки, повсеместно ут­верждать стабильную, спо­койную обстановку. Ведь у нас так много дел, на осу­ществление которых должны быть нацелены усилия и энергия всех и каждого из нас.

Еще раз вспомним о том, что нашему народу присущи политическая зрелость, ре­альное чувство обстановки. Мы все несем ответствен­ность за судьбу нашего на­рода, за честь и достоинство нашей республики».

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

21 июня 1988 года в Степанакерте состоялась внеочередная сессия Совета народных депутатов НКАО. В армянском инете я нашел лишь выборочные сведения о решении сессии, а если быть точным, только третий пункт, содержащий ходатайство перед Верховным Судом СССР в связи с событиями в Сумгаите.

Привожу текст Решения полностью:

Решение внеочередной сессии Совета народных депутатов Нагорно-Карабахской Автономной Области двадцатого созыва

«О сложившейся в области обстановке и мерах по ее стабилизации»

1. Совет народных депутатов НКАО на своей внеочередной сессии от 20 февраля 1988 г., идя навстречу пожеланиям трудящихся НКАО, просил Верховный Совет Азербайджанской ССР и Верховный Совет Армянской ССР проявить чувство глубокого понимания чаяний армянского населения Нагорного Карабаха и решить вопрос о передаче НКАО из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР, одновременно ходатайствовал перед Верховным Советом Союза ССР о положительном решении вопроса передачи НКАО из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР.

13 июня 1988 г. Президиум Верховного Совета Азербайджанской ССР, а также 17 июня 1988 г. седьмая сессия Верховного Совета Азербайджанской ССР XI созыва, рассмотрев указанный вопрос, нашли его неприемлемым. Детальное и обстоятельное исследование постановления и решения высших органов государственной власти Азербайджанской ССР по этому вопросу приводит к однозначному выводу, что как Президиум Верховного Совета Азербайджанской ССР, так и Верховный Совет Азербайджанской ССР неправильно понимают смысл и содержание решения Совета народных депутатов НКАО от 20 февраля 1988 г. Их ответ о неприемлемости этого решения скорее напоминает поспешную отписку, чем правовой акт высших органов государственной власти советской социалистической республики. Ибо в противном случае непризнание акта, направленного на осуществление ленинского принципа свободного самоопределения наций, никак несовместимо с призванием высших органов государственной власти советской социалистической республики.

2. Совет народных депутатов НКАО выражает свое несогласие с Постановлением Президиума Верховного Совета Азербайджанской ССР от 13 июня 1988 г. и решением седьмой сессии Верховного Совета Азербайджанской ССР от 17 июня 1988 г. «О ходатайстве депутатов Совета народных депутатов НКАО о передаче области из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР» и, учитывая создавшееся положение, выражая волю армянского населения Нагорного Карабаха, исходя из необходимости последовательного осуществления лежащего в основе национально-государственного устройства нашего единого союзного многонационального государства ленинского принципа о праве наций на свободное самоопределение, считает необходимым еще раз обратиться непосредственно в Верховный Совет СССР с просьбой со всем вниманием рассмотреть решение сессии Верховного Совета Армянской ССР от 15 июня 1988 г., давшей согласие принять НКАО в состав Армянской ССР и решение сессии областного Совета народных депутатов от 20 февраля 1988 г. «О передаче НКАО из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР» и положительно решить вопрос.

В целях стабилизации обстановки в области и возвращения к нормальному трудовому ритму, просить Президиум Верховного Совета СССР до окончательного и положительного решения вопроса о Нагорном Карабахе временно, как единственно приемлемый вариант на данном этапе, в кратчайший срок подчинить автономную область правительству СССР.

3. Совет народных депутатов НКАО ходатайствует перед Верховным судом СССР, учитывая необходимость принципиальной политико-правовой оценки событий в г. Сумгаите Азербайджанской ССР, злостное искажение сущности совершенных в этом городе массовых государственных преступлений - бандитизма и массовых беспорядков и имеющуюся попытку со стороны Верховного суда Азербайджанской ССР представить их в качестве убийств из хулиганских побуждений, а также то обстоятельство, что несовместимые с принципами социализма злодеяния сумгаитских погромщиков уже причинили огромный ущерб политико-нравственной жизни азербайджанского и армянского народов, их традиционным добрососедским отношениям, руководствуясь п. I ст. 27 Закона СССР о Верховном суде СССР, взять в свое производство уголовные дела об этих преступлениях, обстоятельно и объективно рассмотреть их в качестве суда первой инстанции и вынести суровый, но справедливый приговор от имени Союза Советских Социалистических Республик.

21 июня 1988 года

Одновременно участники сессии облсовета направили телеграмму Горбачеву, в которой выразили надежду, что «в процессе демократизации государственных институтов и комплексного подхода к проблемам межнациональных отношений вопрос Нагорного Карабаха найдет справедливое решение».

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

24 июня министр здравоохранения Армянской ССР Э. С. Габриелян, выступая по Армянскому телевидению, сообщил об отравлении 47 работниц швейного объединения «Гарун», расположенного в пригороде Еревана – поселке Масис. Отравление было вызвано быстро испаряющимся ядовитым газом неизвестного происхождения. По показаниям свидетелей, две работницы-азербайджанки пронесли в один из цехов отравляющее вещество и тотчас же скрылись из города на машине с азербайджанскими номерами. Среди отравившихся - две женщины находились в тяжелом состоянии; в некоторых случа­ях наступало прерывание беременности, длительная потеря трудоспособно­сти. Позднее стало известно о шести случаях новых отравлений. Из Москвы была вызвана экспертная комиссия для определения характера отравления и принятия в связи с этим неотложных мер.

Комиссия, прибывшая из Москвы, не стала давать никаких официальных разъяснений. Более того, последовали попытки характеризовать это отравление как аллергию, в то время как армянские специалисты – врачи-токсикологи квалифицировали произошедшее как отравление ядовитым газом. Армянская прокуратура начала расследование, но вынуждена была пре­кратить его под нажимом союзной прокуратуры.

Отравление 53 работниц швейного объединения и квалификация геноцида армянского населения Сумгаита как хулиганских проявлений послужили причиной начала новой забастовки. К тому же люди откровенно опасались нового, более масштабного применения злоумышленниками отравляющего вещества, что в условиях летней жары мегаполиса, потрясаемого многотысячными митингами, могло иметь поистине катастрофические последствия. Особое недовольство населения вызывало то обстоятельство, что следствие по поводу массового отравления было начато только после возобновления забастовки.

Таким образом, основные требования забастовщиков были следующими:

а) передать сумгаитское дело из ведения азербайджанских судов в ведение Верховного суда СССР;

б) начать следствие по массовым отравлениям населения;

в) вывести Нагорно-Карабахскую Автономную Область из состава Азербайджанской ССР, временно подчинив ее Верховному Совету СССР до окончательного решения вопроса.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

post-31580-1238391360.gif

30 июня в Москве состоялась XIX партконференция КПСС, на которую в армянском обществе возлагались большие надежды.

28 июня, накануне конференции, в полуторачасовой беседе с участниками делегации от Нагорно-Карабахской областной парторганизации на XIX конференции КПСС председатель Президиума ВС СССР А. А. Громыко ничего позитивного не обещал, и лишь заявил, что вопрос о Нагорном Карабахе будет изучен и рассмотрен в Президиуме ВС СССР, но при существующей Конституции СССР не представляется возможным без согласия Азербайджана решить положительно вопрос о передаче НКАО Армении.

Армянская делегация привезла на конференцию подготовленный доклад по карабахской тематике. Однако озвучить его не сумела. На передний план форума партийцев вышла полемика Горбачева с Ельциным и Абалкиным и другие вопросы. Карабахская проблема, таким образом, осталась благополучно обойденной. Вскользь ее коснулся лишь первый секретарь ЦК КП Азербайджана А. Везиров:

«Анализ событий со всей очевидностью показывает несовершенство в руководстве и управлении процессами межнационального взаимодействия». Он предложил образовать союзное министерство или Госкомитет по делам национальностей, «укрепить статус автономных округов, автономных областей и автономных республик, расширить их права, но в органическом соединении с обязанностями и ответственностью за общесоюзные интересы».

Итоговая резолюция партконференции хотя и содержала раздел «О межнациональных отношениях», однако его содержание было выдержано в лучших традициях советского официоза и, по существу, не несло никакой конкретики. Чтобы убедиться в этом, достаточно нескольких абзацев текста:

«Динамизм, присущий начальному этапу формирования многонационального государства Советов, был существенно утрачен и подорван отходом от ленинских принципов национальной политики, нарушениями законности в период культа личности, идеологией и психологией застоя. Абсолютизировались достигнутые результаты в решении национального вопроса, утверждались представления о беспроблемности национальных отношений. Недостаточно учитывались потребности социально-экономического, культурного развития как отдельных республик и автономных образований, так и национальных групп. Немало острых вопросов, выдвигавшихся самим ходом развития наций и народностей, не находили своевременного решения. Это приводило к общественной неудовлетворенности, которая приобретала порой конфликтный характер. Продолжают иметь место факты национального эгоизма и кичливости, иждивенческих настроений и местничества. Негативные явления, которые накапливались десятилетиями, долгое время игнорировались, загонялись внутрь, не получали должной партийной оценки. Перестройка, демократизация и гласность обнажили эти явления и в то же время создали необходимые условия для их демократического преодоления.

Конференция рекомендует осуществить с учетом новых реальностей развитие и обновление законодательства о союзных и автономных республиках, автономных областях и округах, более полно отразив их права и обязанности, принципы самоуправления и представительства всех национальностей в органах власти в центре и на местах. Это потребует внесения соответствующих изменений в Конституцию СССР, конституции союзных и автономных республик.

Жизнь убедительно показала: там, где обескровливается практика советского патриотизма и социалистического интернационализма, начинают активизироваться национальная ограниченность и шовинистическое чванство. Борьба с этими уродливыми отклонениями, устранение порождающих их причин — гражданский долг каждого советского человека. Всякие действия, разобщающие нации и народности, попытки ущемления прав граждан любой национальности нужно рассматривать как нравственно неприемлемые и противоречащие интересам Советского государства.

Надо научиться различать подлинно национальные интересы и их националистические искривления. Любые претензии на национальную исключительность недопустимы и оскорбительны, в том числе и для народа, от имени которого они высказываются. В духе ленинской традиций следует бороться прежде всего со «своим» национализмом и шовинизмом, и делать это должны в первую очередь представители соответствующей национальности.

Конференция поддерживает предложение Политбюро ЦК КПСС о проведении Пленума ЦК по вопросам национальных отношений».

Тем временем площадь Победы в Степанакерте оцеплена внутренними войсками с целью запрещения проведения на ней митингов трудящихся.

4 июля. М. Горбачев принял в Москве первого секретаря Нагорно-Карабахского обкома партии Г. Погосяна (до этого он имел беседу с секретарем ЦК КПСС А. Яковлевым), который проинформировал о событиях в Нагорном Карабахе и вокруг него.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

post-31580-1238782136.jpg

3-5 июля 1988 года. События в ереванском аэропорту «Звартноц»

К лету 1988 года позиция Кремля по карабахскому вопросу становится предельно ясной. Нарастающее демократическое движение в Армении и Арцахе беспокоит союзное руководство и угрожает Системе гораздо в большей степени, нежели зверства и бесчинства азербайджанских погромщиков. Отсюда и сходные формулировки в центральной прессе. Сравните:

«Группа экстремистских элементов устроила беспорядки» - это о мирных митингах в Ереване.

«Группа хулиганствующих элементов устроила беспорядки» - это о погромах в Сумгаите. Формулировки в двух случаях практически идентичны (3 июля в газете «Московские новости» появился материал, в котором утверждалось, что погромы и вандализм в Сумгаите - дело рук организаций «Братья-мусульмане», «Серые волки» и других гангстеров, связанных с лидерами подпольного бизнеса Азербайджана).

С целью удушения демократических устремлений и справедливых требований армянского народа центральным властям очень нужен был повод для применения силы против демонстрантов. Требовалась пролитая кровь именно в Ереване. И она не замедлила пролиться.

3 июля подразделениями МВД СССР обезоруживается ереванская милиция.

Тем временем, убедившись по результатам XIX партийной конференции в отсутствии намерений властей решать карабахскую проблему и не видя иного способа обратить на нее внимание общественности, в Армении начинается бессрочная забастовка. О забастовке объявили и служащие авиатехнического подразделения ереванского аэропорта «Звартноц», без работы которого было невозможно нормальное функционирование всего аэропорта. Произошедшие в дальнейшем события толком не расследованы и запутаны, и навевают мысли об организованной официальными органами провокации, поскольку сотрудников аэропорта фактически вызвали на работу, доставив их туда на автобусах лишь для того, чтобы сообщить решение администрации об однодневной забастовке в знак протеста против ввода войск в Армению. Несколько десятков человек уселись прямо на полу пятого этажа здания аэропорта; в залах ожидания появились группы пикетчиков, следивших за соблюдением порядка и разъяснявших пассажирам из других республик суть событий в Армении.

4 июля на очередном заседании Политбюро лейтмотив выступлений Лигачева, Воротникова, Соломенцева и других членов ЦК таков: «Хватит уступок, пора навести порядок!» Лукьянов добавляет, что аэропорт — союзный объект оборонного значения и мириться со сложившейся обстановкой в Центре не намерены. Из Москвы следует команда к разблокированию аэропорта «Звартноц».

5 июля взлётно-посадочная полоса аэропорта была блокирована. Самолет с возвращавшимся с партийной конференции первым секретарем ЦК КП Армении С. Арутюняном совершил вынужденную посадку в аэропорту Ленинакана. За не­сколько часов до окончания забастовки на летном поле высадился военный десант. Подразделения внутренних войск МВД СССР и десантников под командованием генерала А. Макашова, позднее заслужившего дурную славу своим участием в московском парламентском мятеже в октябре 1993 г., а также своими антисемитскими высказываниями, приступают к разгону пикета. Методы, которыми «наводился порядок» в аэропорту и на его подступах, адекватными назвать нельзя даже при большом желании. Солдаты, вооруженные дубинками, начали избиение всех находя­щихся в здании аэропорта - не только пикетчиков, но и пассажи­ров. Обезоруженная армянская милиция, как обычно бывает на митингах и демонстрациях, образовала шеренгу, встав между солдатами и демонстрантами. Милиционеры пытались предотвратить массовое избиение людей, дать им отойти. Люди же уйти не могли, поскольку сзади напирала толпа, все хотели узнать, что творится впереди, а передних, тем временем, уже начали избивать - в ход были пущены резиновые дубинки. Возникла паника и страшная давка. Избиениям подверглись также и армянские милиционеры, многие из которых сильно пострадали, и да­же прибывшие к аэропорту врачи "Скорой помощи", которые пы­тались оказать помощь многочисленным раненым или вывезти их. В результате этой акции сотни ни в чем не повинных людей, среди которых были женщины и дети, оказались избитыми, многие - ранеными. По официальным данным, озвученным министром здравоохранения Армянской ССР Э. Габриеляном, всего пострадало около ста человек. 9 жертв этого «наведения порядка» было доставлено в нейрохирургическое отделение Республиканской клинической больницы, 18 – в клинику больницы «Скорой помощи», остальные – в травматологические и хирургические отделения ереванских больниц и ЦРБ г. Эчмиадзина.

Побоище продолжалось и вне здания аэропорта, на Эчмиадзинском шоссе, где неустановленным офицером МВД выстрелом в упор был смертельно ранен 22-летний студент Хачик Закарян, пытавшийся запечатлеть на пленку столкновения демонстрантов с войсками. Свидетельства собственной жестокости военным были не нужны. Тогда и полетели в озверевших солдат камни и бутылки, в результате чего пострадал ни в чем не повинный капитан Федотов, одетый в военную форму, которая всегда воспринималась армянами с глубоким уважением, а в этот день стала олицетворением зла…

А Хачик Закарян, не приходя в сознание, скончался через полтора часа после поступления в больницу. За это убийство наказания, в итоге, никто так и не понес, более того, дело даже не дошло до суда. Таким образом, молодой фотожурналист стал первой жертвой «событий в Нагорном Карабахе и вокруг него» в Армении. Пытались застрелить и второго молодого человека, снимавшего побоище кинокамерой; однако ему удалось скрыться и сохранить пленку с фильмом, который был показан по ереванскому ТВ.

То, что побоище было спровоцировано именно военными с целью создать впечатление противоправного дебоша со стороны пикетчиков, доказывают следующие факты.

post-31580-1238782230.jpg

Сразу после трагических событий в ереванском аэропорту военные чины и органы внутренних дел затребовали в больницах списки пострадавших с целью заставить их изменить показания и даже привлечь к уголовной ответственности. Это вынуждало врачей выписывать больных недолеченными, в неудовлетворительном состоянии, дабы оградить их от «карающей руки советского закона».

К кампании травли присоединилась и Прокуратура СССР: генпрокурор Сухарев распорядился возбудить уголовное дело против организа­торов забастовки в аэропорту, одновременно воспрепятствовав по­пыткам армянской прокуратуры начать следствие по делу об убийстве Хачика Закаряна и массовых избиениях людей. Более того, выступая по союзному телевидению, Сухарев заявил, что убийство Закаряна никакого отношения к делу о "Звартноце" не имеет, поскольку студент-де погиб вне территории аэропорта - на шоссе в город.

Центральная пресса разразилась бранью и обвинениями в адрес «армянских экстремистов»; в московских изданиях появилась серия «разоблачающих» статей, были напечатаны фотографии перевязанных солдат - мужественных подчиненных генерала Макашо­ва, отразивших «очередную армянскую вылазку»; союзным читателям внушалось, что аэропорт «Звартноц» имеет серьезное стратегическое значение ввиду близости к государственной границе, - тем самым карательная акция приобретала характер военной операции по укрепле­нию обороны страны; ТАСС обвинял в пособничестве «экстремистам» армянскую милицию. К примеру, 7 июля в сюжете о событиях в аэропорту корреспондент программы «Время» – некто Барышников так «мастерски» изрезал взятые у пассажиров и работников аэропорта интервью, что даже ребенку было ясно, что эти люди говорили совсем не то, что хотелось бы услышать корреспонденту.

Еще более циничным искажением фактов стала передача Центрального телевидения от 14 июля, посвященная событиям в аэропорту «Звартноц». Телезрители в России и других республиках вряд ли смогли бы понять, почему, например, моряк с перевязанной головой начал интервью со слов: «Такого я никогда не видел… Это было страшно...» Ереванцы узнали правду благодаря редактору программы новостей Армянского телевидения на русском языке Эдуарду Сахинову, который, на свой страх и риск пустил в эфир это и другие интервью полностью 9 июля в перерыве между 1-ой и 2-ой сериями художественного фильма «Гамлет». Узнали о зверствах военных от избитых граждан, от пассажиров, продавцов в аэропорту, работников милиции, пытавшихся остановить озверевших вояк. Позднее на Бюро ЦК КП Армении Сахинова обвинят в «политической диверсии», уволят с работы и поставят вопрос об исключении его из партии.

В центральной прессе также утверждалось, что комитет "Крунк", возглавивший движение за воссоединение с Арменией, нагнетает страсти, что на митинги и демонстрации в Степанакерте горожан сгоняют насильно, не щадя при этом здоровье пожилых людей, что по вине забастовщи­ков на многих предприятиях страны из-за недопоставок нарушается нормальный трудовой ритм, а люди теряют а зарплате. Именно в эту пору центральной прессой было озвучено твердое убеждение властей в том, что армянское национальное движение инициировано коррумпированными «кланами», мафиозными элементами, пытающимися подорвать в стране процесс перестройки, угрожавшей их существованию. При этом журналисты центральных газет жаловались на демонстративное нежелание рядовых граждан на местах беседовать с ними. После этого в Карабахе и Армении вспыхнула новая волна демонстраций под более откровенными лозунгами, люди объявили бойкот журналистам центральной прессы, демонстративно отказывались от подписки и публично сжигали номера «Правды» и «Известий».

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

8 июля. После вынесения первого вердикта (16 мая) Верховный Суд СССР и Прокуратура СССР, не давая официальных разъяснений, приняли решение о выведении сумгаитского дела из-под юрисдикции Азербайджана.

10 июля возле Матенадарана состоялся митинг, в котором приняли участие сотни тысяч ереванцев. Основная тональность выступлений: на работу не выходить: во всяком случае – до назначенного на 18 июля заседания Президиума Верховного Совета СССР по карабахской проблеме.

В этот же день по республиканскому телевидению транслировалось выступление старшего помощника Генерального прокурора СССР А. Николаева, возглавившего следственную группу, которая уже несколько дней вела расследование драмы, произошедшей в ереванском аэропорту. Он подчеркнул, что действия военных были вызваны противоправной акцией группы безответственных лиц и выразил сожаление по поводу гибели молодого ереванца Хачика Закаряна.

Из материалов ленинградского отделения общества «Мемориал»:

ОБЪЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА

«Я, Фролов Сергей Валерьевич, проживающий по адресу: г. Ленинград, пр. Народного Ополчения, д. 181, кв. 33, находился с 4 по 7 июля 1988 г. в аэропорту «Звартноц». 4 июля я туда приехал где-то около 21–22 часов в расчете, что смогу улететь в Ленинград в 23:30. Я прибыл в аэропорт как раз в тот момент, когда там проходил митинг, на котором работниками аэропорта было принято решение о забастовке. Я могу подтвердить, что, кроме воли народа, никаких мер принуждения, никакого насилия к ним не было применено.

В ночь с 4 на 5 июля я находился в аэропорту, хотя армяне-забастовщики предлагали отвезти к себе домой. Я ходил абсолютно свободно, меня никто не обидел ни словом, ни делом, наоборот, встречал сочувствие пикетчиков. Где-то около 2-х часов ночи прибыла первая машина с хлебом, который раздавали пассажирам и пикетчикам бесплатно. Пикетчики наладили довольно сносное снабжение водой, молоком, хлебом всех находящихся в аэропорту.

5 июля в районе 17–18 часов я наблюдал за митингом, который принял решение об окончании забастовки. Комитет пошел внутрь здания, и в это время раздался крик: «Солдаты!»

Я прошел внутрь аэровокзала в 7-й сектор и увидел, что у международного аэропорта стояли автобусы и вокруг них строились в колонны солдаты. Я снова вышел на эстакаду. Солдаты в бронежилетах, в касках с забралами, с дубинками и автоматами в количестве около роты поднялись по верхней эстакаде. Люди с митинга начали им хлопать без всяких криков, жестов. Я побежал в 4-й сектор, где у меня были вещи. В зал я вбежал вместе с курсантами, которые, не останавливаясь, не предупреждая, ворвались в зал и начали побоище. Они на моих глазах ударили женщину, которая с перепугу вцепилась в ручки кресла, на котором она сидела, ей было лет 50–60; двух девушек-продавцов дубинками выгоняли из-за стойки, где они продавали продукты. В центре зала били кого-то лежачего, я сам был в шоке, поэтому у меня в памяти остались отрывочные картинки. Я видел злые красные лица курсантов, их остекленевшие глаза. Потом, ночью, вспоминая это, я решил, что они были под воздействием наркотиков. Они загнали нас в центральный зал, а сами минут через 10 покинули аэропорт, побежали наверх по дороге. В течение 1–1,5 часов нас продержали на галерее центрального аэровокзала, потом разрешили перемещаться.

8 июля 1988 г.

С. В. Фролов»

Говоришь, что мы погрязнем в безвестии

И безверии. Пожалуй, что прав ты,

Если лживыми приходят «Известия»

Если в «Правде» нет и толики правды.

Волком взвоешь. Да и как не кричать,

Лишь вчитаешься в газетное лихо,

Casus belli краснозвездной печати

& партийные программы для психов.

Роберт Казарян

1988 г.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

12 июля 1988 года в Степанакерте состоялась 8-ая сессия Совета народных депутатов НКАО ХХ-го созыва, которая, считая единственно приемлемой для области реализацию решения сессии ВС Арм. ССР от 15 июня 1988 г. по вопросу Нагорного Карабаха провозгласила выход НКАО из состава Аз. ССР:

«Выражая государственную волю подавляющего большинства населения Нагорного Карабаха и исходя из необходимости последовательного осуществления принципа о праве наций на свободное самоопределение, провозгласить выход Нагорно-Карабахской автономной области из состава Азербайджанской ССР».

Одновременно с этим облсовет проголосовал за переименование Нагорно-Карабахской автономной области:

«Облисполкому поручено возбудить в установленном порядке ходатайство о переименовании НКАО в Арцахскую Армянскую автономную область».

13 июля Президиум Верховного Совета Азербайджанской ССР с удивительной оперативностью принял постановление, в котором признал незаконным и не имеющим юридической силы решение сессии областного Совета народных депутатов Нагорно-Карабахской Автономной Области от 12 июля 1988 года о выходе НКАО из состава Азербайджанской ССР, ссылаясь при этом на статью 87 Конституции СССР, в которой говорилось:

«В Азербайджанской Советской Социалистической Республике состоит Нагорно-Карабахская автономная область» (при внимательном прочтении данной статьи Советской Конституции даже малое дитя обнаружит отсутствие слова «навечно»), а также ст. 114 Конституции Аз. ССР и ст. 42 Закона Аз. ССР о НКАО.

Интересный факт: в проекте постановления просьба депутатов карабахского облсовета была расценена как неприемлемая, «поскольку ее реализация противоречила бы интересам азербайджанского и армянского населения республики...» Это было признанием Баку того, что носителями государственности Аз.ССР являются две основные общины республики - азербайджанцы и армяне, как, в принципе и было заложено при образовании Азербайджанской ССР (тогда, правда, речь шла о мусульманах и армянах). На следующий же день в Баку спохватились и исправили «ошибку». В Постановлении ВС Аз. ССР речь идет уже не об азербайджанском и армянском народах республики, а об армянском и азербайджанском народах области!

Тем временем на 13 июля, по данным исполкомов районных Советов народных депутатов, в Армении находилось 7265 человек (1598 семей) из Баку, Сумгаита, Мингечаура, Казаха, Шамкора и других городов Азербайджанской ССР.

А это статья «Когда же наступит прозренье» из «Московской правды» от 14 июля 1988 г.

16 июля. Бюро обкома партии и облисполком направили телеграмму в ЦК КПСС с просьбой запретить средствам массовой информации обливать грязью карабахских армян и армянский народ.

В июле руководитель "Крунка" А. Манучаров (без ведома остальных, о чем он потом сожалел) встречается в Баку с первым секретарем ЦК КП Азербайджана А. Везировым (с которым когда-то учился в средней школе г. Физули). Позднее Манучаров признает упущением свой шаг и попытку добиться хоть какого-то прогресса, хотя бы за счет повышения статуса НКАО до республиканской автономии.

Совет директоров счел неверным этот ход Манучарова, о чем было сделано заявление после обсуждения. Примечательно, что КГБ гарантировал и обеспечил в июле безопасность Манучарова в Баку.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

Предлагаю вниманию уважаемых форумджан свою статью для сайта Voskanapat.info о заседании Президиума Верховного ССР 18 июля 1988 года.

------------------------------------------------------------------------

post-31580-1239556917.jpg

Учитывая подлинную сплоченность армянского населения Нагорно-Карабахской автономной области и его ясно выраженную волю, при четкой по­следовательности действий строго в рамках действующей союзной Конституции, воспрепят­ствовать реализации решения сессии облсовета НКАО союзное руководство могло лишь силой.

Понятно, что центральные власти не собира­лись отказываться от силовых методов, что и продемонстрировали события начала июля в ереванском аэропорту «Звартноц», однако им до поры до времени приходилось прибегать к конституционным методам воздействия. На этом фоне, усиленном прошедшей «войной республиканских законов» 18 июля в Кремле открылось заседание Президиума Верховного Совета СССР, посвященное Карабахскому вопросу, на которое были приглашены азербайджанские и армянские депутаты. Хотя Председателем Президиума Верховного Совета СССР в то время еще был А. А. Громыко (Горбачев сменил его на этом посту в октябре 1988-го), роль «первой скрипки» взял на себя именно Генеральный секретарь ЦК КПСС. Президиум Верховного Совета СССР рассмотрел обращение областного Совета НКАО к Верховным Советам Азербайджанской ССР и Армянской ССР о выходе из состава Азербайджанской ССР и присоединении к Армянской ССР, решение Верховного Совета Армянской ССР о согласии с обращением облсовета о присоединении НКАО к Армении и решение Верховного Совета Азербайджанской ССР о несогласии с обращением областного совета НКАО ввиду его неправомочности решать такие вопросы.

Чтобы не испытывать иллюзий по поводу тогдашнего уровня демократии и гласности, сразу оговоримся, что решение данного заседания было подготовлено заранее и перед началом заседания роздано всем участни­кам.

Теперь о ходе дебатов. Решение, принятое загодя, определило как тон основной части выступлений, так и характер аргументации: демагогия и традиционные рулады о необходимости укрепления дружбы между народами перемежались выступлениями откровенных провокаторов, наподобие «грузина» Е. Примакова, вдруг не к месту вспомнившего о Джавахке с его подавляющим армянским большинством населения, и задавшего присутствующим вопрос: «А не потребуют ли завтра и жители этого района присоединения к Армении?»

На блокирование коммуникаций и нереалистичность экономической части проекта решения попытался обратить внимание собравшихся партийный лидер НКАО Г. Погосян (полностью текст его выступления можно прочитать в следующем постинге) :

«Сейчас область пребывает в экстремальных условиях. Она практически находится в блокаде, и чрезвычайно трудно осуществлять какие-либо связи с внешним миром. Раньше жители области могли осуществлять свои связи с Арменией, где проживает более 150 тыс. карабахцев, по железной дороге, по двум автомобильным трассам и с помощью авиации. Аэрофлот остался последним средством сообщения, однако по чьему-то указанию рейсы сокращены до предела.

Производственная мощность на­ших строительных организаций - 20 миллионов рублей в год. Нам дали 400 миллионов рублей. Кто же будет их за нас осваивать, если у нас нет производственных мощностей?».

Помимо Карабахской проблемы, армянские делегаты подняли на заседании вопрос сумгаитских погромов, их квалификацию как геноцида против армянского народа, вопросы следственного и судебного рассмотрения Сумгаитского дела и дробления общего дела на многочисленные отдельные эпизоды. Но когда Председатель Союза писателей Армении Вардгес Петросян во всеуслышание назвал убийства и погромы в Сумгаите геноцидом армянского населения, Горбачев нервно прервал его выступление словами: «Вы понимаете, что вы говорите, вы знаете, что такое геноцид?»

Знаменитый армянский писатель ответил Горбачеву: «Я знаю, что такое геноцид, а тот, кто не знает, пусть спросит любого школьника-армянина».

Однако генсек (к слову, дипломированный юрист) завел рассуждения о неверном толковании термина «геноцид», объясняя писателю, а в его лице – и всему армянскому народу: «Геноцид – это определенная политика, расовая, организованная, а не стихийная. В Сумгаите же бесчинствовали отбросы общества. Установлено, кто они такие. А геноцид – это политика уничтожения, сознательно проводимая по отношению к какому-то народу или к меньшинству. Почему же выходку бандитов вы хотите приписать всему Азербайджану? О каком геноциде можно говорить?» Так же Горбачев заявил: «Трагедии в Сумгаите не было бы, если б войска не опоздали на три часа», - что было откровенной ложью, поскольку самые жестокие погромы и основная часть убийств произошли 29 февраля – на третий (!) день кровавой вакханалии.

Следом выступал депутат девяти созывов Верховного Совета СССР, дважды Герой Социалистического труда, академик Виктор Амбарцумян, который выдвинул свое видение решения карабахской проблемы, делая упор на выяснение породивших ее причин. Горбачев и его бестактно прервал. Тогда академик задал вопрос: «Кто был царем при Копернике?» В зале наступило гробовое молчание.

Выступавшего за ним от армянской делегации ректора Ереванского университета академика Сергея Амбарцумяна, предложившего правовой путь решения вопроса, генсек вообще грубо оборвал на полуслове: «И Вы так преподаете вашим студентам?»

«Товарищ Горбачев! Я преподаю точные науки».

Прозвучал на заседании и уже однажды озвученный Горбачевым вопрос к залу: «Сколько армян живет в Баку?» Когда ему ответили, что более 200 тысяч, он задал второй свой риторический вопрос-угрозу: «А вы подумали об армянах в Баку?» (Напомню, что аналогичный вопрос Горбачев задал армянским писателям Зорию Балаяну и Сильве Капутикян еще 26 февраля, принимая их в своем кабинете на Старой площади в Москве).

Вообще, ведя полемику с армянскими представителями, Горбачев постоянно их перебивал, порой делая это откровенно некорректно. Атмосфера накалилась до предела после того, как выведенный из себя генсек вступил в перепалку с армянскими делегатами: «Как вы хотите решить проблему, победить любой ценой? Армения хочет добиться включения Нагорного Карабаха в состав своей республики, Азербайджан — не намерен допустить это, не отступит ни на миллиметр. Но ведь это нереально! Надо найти компромисс, который устроил бы всех. Победа может быть только общей. Нельзя решать вопросы, когда идут стенка на стенку. Это политический тупик. Сумгаит, другие события вокруг Нагорного Карабаха (заметьте, даже здесь генсек уравнивает погромщика и его жертву! – П.) уже наложили глубокий отпечаток на отношения двух народов, потребуется время, чтобы это хоть как-то сгладилось. Но и сейчас надо идти навстречу друг другу, искать компромисс».

Таким образом, при рассмотрении Карабахской проблемы Президиум ВС безальтернативно опирался на ст. 78 Конституции СССР, в соответствии с которой «территория союзной республики не может быть изменена без ее согласия». Однако, если сравнивать стенограмму заседания Президиума ВС с июльскими публикациями в газетах «Правда», «Известия» или «Комсомольская правда», то станет прекрасно видно, что практически вся аргументация Горбачева на описываемом нами заседании основана на газетных статьях и сообщениях ТАСС, иногда вплоть до прямых цитат.

Заседание ограничилось дежурными предложениями об усилении гарантий жителям Нагорного Карабаха, дабы исключить повторение случившегося. Горбачев предложил сформировать в рамках Совета Национальностей специальную комиссию для рассмотрение высказанных предложений. Как позднее признавался в своих воспоминаниях сам Генеральный секретарь, сильное впечатление произвело на него выступление Расула Гамзатова, который сказал следующее:

«Положение нормализовано сразу не будет, потому что обстановка накалена. Может быть, до выработки общих принципиальных решений допустить в отношении к Нагорно­му Карабаху возможность промежуточных урегулирований? Мне видится это следующим образом: не касаясь сейчас вопроса административно-территориаль­ного и государственного статуса Нагорно-Карабахской автономной области, пе­редать временное управление областью непосредственно в ведение Верховного Совета или Совета Министров СССР или создать специальную временную форму...» Однако, что бы там не писал в своих мемуарах Горбачев, это не помешало ему, как, впрочем, и остальным присутствующим, предложение народного поэта Дагестана проигнорировать. Кстати сказать, выступление Гамзатова вызвало бурю негодования в Азербайджане, о чем он позднее с болью написал в «Открытом письме моему другу Наби Хазри», напечатанному в «Литературной газете» от 30 ноября 1988 г.

В своем выступлении Горбачев хотя и признал, что проблема Нагорного Карабаха «связана с серьезными нарушениями со стороны руководящих органов Азербайджана, что в прошлом много было обещаний и они оказались во многих случаях пустым звуком, больше того, обернулись, по сути дела, обманом по отношению к жителям Нагорного Карабаха», однако вместе с тем подтвердил «существующую реальность и тот факт», что НКАО входит в состав Аз. ССР, а в своем заключительном слове объявил: «Я скажу вам, что сегодняшнее совещание Президиума показало, что у азербайджанцев больше самокритики, чем у представителей Армении», и обвинил армянскую сторону в том, что она ведет «недопустимую кампанию, идущую вразрез с задачами перестройки».

В итоговом постановлении отмечалось, что, рассмотрев просьбу Верховного Совета Армянской ССР от 15 июня 1988 г. о переходе Нагорно-Карабахской автономной области в состав Армянской ССР (в связи с ходатайством Совета народных депутатов НКАО) и решение Верховного Совета Азербайджанской ССР от 17 июня 1988 г. о неприемлемости передачи НКАО в состав Армянской ССР, Президиум Верховного Совета считает невозможным изменение границ и установленного на конституционной основе национально-территориального деления Азербайджанской ССР и Армянской ССР. По сути, постановление повторяло предшествующее решение ЦК КПСС: принадлежность Нагорного Карабаха ос­тавалась прежней, а области выделялись средства для развития экономики, причем выделенные для этих целей 400 миллионов рублей направлялись не прямо в Степанакерт, а в Баку – в бюджет Азербайджанской ССР и, соответственно, распределяться должны были властями соседней республики.

20 июля постановление Президиума было опубликовано в прессе, а 21 июля запись заседания показали по Центральному телевидению. Надо сказать, что в телевизион­ной передаче, посвященной заседанию, были вырезаны многие нелицеприятные для властей эпизоды, так же, как опубликованная стенограмма заседания была сделана со значительными купюрами.

Заседание Президиума Верховного Совета 18 июля 1988 года, несмотря на то, что не оправдало связанных с ним надежд армянского народа, тем не менее, стало знаковым событием в общественной жизни огромного государства: впервые миллионы людей увидели на экранах те­левизоров руководителя страны в процессе принятия решений государствен­ного уровня, ведь речь шла о событиях, будораживших умы населения СССР на протяжении почти полугода. Однако недостаток культуры полемики, переходящий временами в подобие хамства, трудно скрываемая пристрастность и абсолютное неумение и нежелание выслушать иное, отличное от своего мнение, неприятно удивили тогда мно­гих. В Армении и Арцахе же последние сомневающиеся, наконец, поняли, что задекларированные и широко разрекламированные перестроечные лозунги оказались не более чем мыльными пузырями, а национально-освободительная борьба армянского народа продолжаться будет уже в условиях иной действительности.

Тем не менее, в постановлении заседания содержались и положительные для Армении и Карабаха моменты.

Впервые на государственном уровне прозвучал гласный разговор как о событиях в Сумгаите, так и о Карабахской проблеме в целом. Также впервые в официальном порядке из уст армянской делегации прозвучало предложение о временном подчинении НКАО непосредственно правительству СССР.

Достигнутый к этому времени уровень либерализации экономики в СССР позволял использовать решения 18 июля во благо Карабаха: создавать филиалы армянских и союзных предприятий в Арцахе, направлять туда финансовые средства и специалистов, заключать договора, не согласовывая их с азербайджанскими республиканскими структурами. Все это вело к упрочению связей Армении и Карабаха, то есть в экономической части наблюдалась явная положительная динамика.

В Армении с усилением карабахского движения набирала обороты тенденция к демократи­зации общества. И хотя партийный руководитель республики С. Арутюнян и занял принципиальную позицию на заседании Пре­зидиума Верховного Совета, а у себя в республике пытался вести диалог с членами комитета «Карабах», авторитет партийного руководства республики стремительно таял, и на позиции народных лидеров выходили новые, действительно поддерживаемые народом, неформальные общественные деятели.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

Речь Первого секретаря Нагорно-Карабахского обкома КП АзССР Г. Погосяна на заседании Президиума Верховного Совета СССР

Уважаемый Михаил Сергеевич!

Уважаемый Андрей Андреевич!

Уважаемые товарищи!

Я приношу от имени населения Нагорного Карабаха глубокую благодарность и признательность Президиуму Верховного Совета СССР за то, что сочли возможным глубже взглянуть на наш вопрос, попытаться найти его решение. Хотя – будь это обсуждение пораньше, не было бы тех негативных явлений, которые послужили поводом для очередной организованной и планомерной атаки средств информации. Хотел бы также подчеркнуть, что обком партии не только осуждает, но и направляет свои усилия против продолжающихся забастовок, считает их неприемлемой и вредной формой выражения протеста, наносящей материальный и моральный урон армянскому народу и стране в целом. Все это обостряет обстановку в регионе, деформирует психологию людей, лишая их возможности здраво оценивать ситуацию, видеть последствия предпринимаемых действий.

Подавляющее большинство населения страны имеет весьма смутные представления об истории и географии края, где развернулись события. Для посвященных нет никакого сомнения, что Нагорный Карабах извечно заселен армянами и является частью их Родины.

Как же тогда Нагорный Карабах оказался в составе Азербайджанской ССР?

К сожалению, это было уступкой аннексионистским устремлениям тогдашнего руководства Азербайджана, которое, пользуясь поддержкой Сталина и ловко спекулируя ситуацией, чрезвычайно сложной для Закавказья и России в целом, шантажируя угрозой лишить страну керосина, завлекая мнимой возможностью перетянуть кемалистов на сторону Советской России, не брезгуя угрозами и провокациями, подкупами и подтасовкой фактов, добилось включения в состав Азербайджанской ССР территории, где более 94 процентов населения составляли армяне.

Последовавшие 65 лет существования так называемой автономии были годами унижения, оскорблений и грубых притеснений армянского населения области.

Кадровая политика Азербайджана была подчинена цели выживания всяческими путями наиболее способной части молодежи из Нагорного Карабаха. На все ключевые позиции в руководстве области назначались, как правило, эмиссары из Баку.

В научных трудах, в школьных и вузовских учебниках, изданных в Азербайджане, общеизвестные аксиомные исторические факты зачастую трактуются упрощенно, а то и вовсе искажаются. В республике стал прямо-таки болезненным вопрос о происхождении коренного населения. Его освещение нередко сопровождается стремлением, так сказать, «удревнить» и «облагородить» историю своего народа в ущерб соседней.

Оскорбления, нанесенные нам, нашей культуре, нашему прошлому, поистине не имеют прецедента. Любые попытки протеста, выражавшиеся в требовании вывести Нагорный Карабах из Азербайджана, расценивались как националистические поползновения, подавлялись беспощадно.

Мы же, запуганные годами сталинского деспотического насилия или находясь в эйфории периода застоя, неистово, до изнеможения аплодировали сначала Мир-Джафару Багирову, затем Алиеву и как высшую милость принимали мелочные подарки в виде архаичных фабричек, отрезка рельсовых путей или попутно доставшегося нам от магистрали «Евлах – Нахичевань» газа. Между тем ежегодные отчисления области в бюджеты всех инстанций за последние годы составили в среднем за год 91 млн. рублей. Бюджет же самой области – 42 миллиона, или 46 процентов от отчислений. Так что подарков мы не получали. Кстати, и нахлебниками, как утверждают иные, мы никогда не являлись. Область производит на душу населения мяса – 67 килограммов против 27 килограммов по республике, молока – 320 кг против 155 кг. Дотациями мы не пользуемся. Наоборот, поставляем в республиканский фонд эти важнейшие виды продукции.

Мы внимательно следили за работой сессии Верховного Совета Азербайджанской ССР от 17 июня. Лейтмотивом на ней проходила мысль: мол, границы Азербайджана условны, мы никого не держим, кто не хочет жить у нас – пусть уезжает. Некоторые выражались куда прямолинейнее: «Пусть убираются вон!»

Хорошо, а как быть с тем обстоятельством, что мы вошли в состав Азербайджана автономией и со своей землей?

Как быть со статьей 11 Конституции, согласно которой в любом уголке Советского Союза земля находится в исключительной собственности государства, является общим достоянием всего советского народа?

Почему же тогда азербайджанский народ должен иметь право вето на решение вопроса?

Как можно допустить, чтобы в нашем социалистическом государстве один народ решал судьбу другого народа?

Некоторыми толкователями законов делаются попытки уйти от решения проблемы со ссылкой на соответствующие статьи Конституции. Для меня представляются неубедительными попытки доказать невозможность решения задачи Нагорного Карабаха в рамках действующей Конституции. Скорее ее пытаются использовать в качестве оружия для торпедирования самого вопроса.

Делаются попытки противопоставить требованиям армян Нагорного Карабаха, якобы противоположные мнения многочисленных армян, проживающих в других регионах республики. Мы отвергаем эти попытки. Во-первых, судьбу Нагорного Карабаха могут решить только живущие в Нагорном Карабахе, во-вторых, прижатые к стене призраком Сумгаита и многочисленными угрозами, армяне Баку и других местностей Азербайджанской ССР вынуждены подписаться под любым документом, лишь бы обезопасить себя и будущее своих детей.

У некоторых руководителей четко прослеживается мысль, что истинной причиной уклонения от решения вопроса является так называемый «азербайджанский фактор». Не это ли имел в виду также председатель Президиума Верховного Совета республики т. Татлиев в своем интервью газете «Бакинский рабочий» от 24 июня 1988 г.? Под этой формулировкой, видимо, надо понимать опасность новых погромов. Выходит, признавая фактическое наличие агрессивности отдельных групп населения республики по отношению к армянам, мы обрекаем их жить под этой постоянной угрозой, ведь агрессивные проявления могут вспыхнуть по любому поводу, в любом другом месте, в любое другое время. Впрочем, мы такого фактора не признаем, и не надо забывать, что подлинное сближение народов основывается не на каких-то сомнительных факторах, а на естественном их стремлении к политической, экономической и духовной общности.

В мировой практике, равно как и в нашей стране, известны многочисленные факты воссоединения двух частей одного народа, при этом без эксцессов решались также попутно возникающие территориальные вопросы. Советский Союз такие случаи приветствовал, расценивал их как акты гуманности и восстановления исторической справедливости. Почему же в нашем случае это расценивается как оскорбление и попрание достоинства азербайджанского народа, непреодолимых конституционных нарушений, граничащих чуть ли не с преступлением. Как же быть тогда с ленинскими идеями по данному вопросу?

Оппоненты выдвигают и такое возражение: Нагорный Карабах не может войти в состав Армении, ведь они не имеют даже общей границы, забывая при этом, что область находится в семь раз ближе к границе Армении, нежели Нахичевань к Азербайджанской ССР.

Товарищи! Прошу правильно понять меня: армянское население Нагорного Карабаха не может быть удовлетворено одними лишь материальными благами в ущерб национально-культурному и духовному развитию. Не случайно сотни тысяч армян-карабахцев, покинув свои дома, вынуждены жить сегодня за пределами области. Уж не от хорошей ли жизни они покидают родные очаги?!

Несправедливое решение проблемы Нагорного Карабаха, как показывает жизнь, непременно приведет к выживанию армянского этноса со своей Родины. Порукой и укором тому – трагическая судьба армян Нахичеванской АССР.

Добрые взаимоотношения армян и азербайджанцев дали серьезную трещину, и чтобы залечить рану, нужно время, нужны при всем нашем старании годы, чтобы забыть, загладить, вогнать вглубь души всколыхнувшиеся взаимные обиды и оскорбления, забыть Сумгаит. Между представителями этих двух национальностей ежедневно должны осуществляться тысячи и тысячи деловых контактов. Сейчас они не удаются и, будем реалистами, не скоро будут удаваться. Уследить же за всем, содействовать проявлению взаимной уступчивости и благожелательности – практически непосильная задача для любого органа. В создавшейся ситуации единственно верным решением может быть вывод Нагорного Карабаха из Азербайджана. Альтернативы не вижу.

Сейчас область пребывает в экстремальных условиях. Она практически находится в блокаде, и чрезвычайно трудно осуществлять какие-либо связи с внешним миром. В город Шушу, входящий в состав области, в села с азербайджанским населением, расположенные в непосредственной близости от Степанакерта, в город Мартуни вселены более 1500 так называемых беженцев азербайджанской национальности. Все это делается вопреки нашим протестам и якобы вопреки указанию тов. Везирова. Руководство частей внутренних войск вмешивается в действия местных властей, зачастую отменяя их указания или нейтрализуя действия.

Раньше жители области могли осуществлять свои связи с Арменией, где проживает более 150 тыс. карабахцев, по железной дороге, по двум автомобильным трассам и с помощью авиации. Аэрофлот остался последним средством сообщения, однако по чьему-то указанию рейсы сокращены до предела.

Товарищи! Я попытался, как говорится, без прикрас довести до вас в коротком выступлении сегодняшнюю ситуацию и причины, породившие ее. Не знаю, удалось ли мне, во всяком случае, я старался строго следовать принципу, провозглашенному М. С. Горбачевым на XIX партийной конференции: «Лучше правда, какая она есть, чем полуправда, какую хотят услышать!»

Что касается экономических связей Карабаха Низменного и Нагорного: никаких связей между Нагорным и Низменным Карабахом не существует. Есть очень сильно выраженная, очень четкая зависимость Нагорного Карабаха, экономическая зависимость Нагорного Карабаха от всего Азербайджана в целом. Нагорно-Карабахская автономная область на сегодня не имеет своего мукомольного завода, не имеет своего комбикормового завода, не имеет своего завода железобетонных изделий, не имеет своего домостроительного комбината.

Производственная мощность наших строительных организаций – 20 миллионов рублей в год. Нам дали 400 миллионов рублей. 400 миллионов надо освоить за семь лет. За семь лет можно из расчета 20 миллионов освоить 140 миллионов. Кто же будет их за нас осваивать, если у нас нет производственных мощностей?

18 июля 1988 года

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

Сразу же после заседания 18 июля академик Сахаров пишет новое – второе письмо Горбачеву. Это письмо Сахаров намеревался отправить от имени группы видных московских интеллектуалов, входивших в неформальную ассоциацию «Московская трибуна». Однако те отказались его подписать, поскольку считали, что подпись под письмом и, стало быть, согласие с идеями, в нем выраженными, недвусмысленно ставит их в оппозицию генсеку, с которым они продолжали связывать свои надежды. В итоге письмо так и осталось не отправленным, и было опубликовано только спустя четыре с лишним года – 27 октября 1992 г. в «Независимой газете». Вот его текст:

«Глубокоуважаемый Михаил Сергеевич!

Я вновь обращаюсь к Вам по проблеме Нагорного Карабаха. Я пытался звонить Вам до и после заседания Президиума Верховного Совета СССР от 18 июля, но не получилось. Я не могу выступать от имени целого народа, на это у меня нет права. Но мне кажется, я могу и обязан выступить от имени значительной части советской интеллигенции, а именно той ее части, которая наиболее активно поддерживает Вас и Вашу политику, поддерживает перестройку, страдает от ее неудач и промахов и готова искренне радоваться первым успехам. Я думаю, что не будет преувеличением сказать, что в этих слоях нашего общества принятая Вами линия поведения к проблеме Нагорного Карабаха и решение Президиума Верховного Совета СССР от 18 июля вызывают глубокое разочарование. Причем сложилось так, что проблема Нагорного Карабаха стала как бы пробным камнем всей политики перестройки. Люди говорят: если в этой проблеме пренебрегается волей народа целой области, пренебрегается решением Совета народных депутатов, что же остается от Советов, что же остается от перестройки? Для меня несомненно, что выбор линии в этом частном вопросе Нагорного Карабаха сильнейшим образом сказывается на Вашем авторитете, на общих перспективах перестройки. Люди ждут от Вас активности, наступательности на всех направлениях, во всех острых вопросах межнациональных отношений, начиная - так исторически получилось - с Нагорного Карабаха и с последовательным решением всего комплекса вопросов, подлинной, а не бумажной экономической реформы, ликвидации диктата ведомств и парторганов, ликвидации системы привилегий. Меры экономического и социального характера важны и необходимы, но сегодня их уже недостаточно! Болезнь, требующая хирургического лечения, загоняется внутрь. Не мне говорить Вам, как это опасно и как это разлагает и деморализует людей, лишает их жизненной и общественной активности. Больший удар по перестройке трудно было нанести! Это глубоко чувствуют не только армяне, но все, кому она дорога. Постановление Президиума Верховного Совета СССР вызвало глубокое разочарование во всем армянском народе, а в Нагорном Карабахе просто отчаяние. (Дискредитированы многочисленные заверения о роли Советов, народного волеизъявления, народной инициативы. Люди задумываются: неужели это были только слова?)

Трое суток длились чудовищная резня, издевательства над беззащитными людьми, насилия и убийства армян - все это в часе езды от Баку. Передо мной копии свидетельств о смерти и краткие описания судеб людей. Даты смерти в них 27, 28, 29 февраля. Это ужасающие документы (я мог бы Вам их переслать). Среди них - свидетельство об изнасиловании и зверском убийстве 75-летней женщины. Рассказ о группе армян, которые 8 часов держали оборону в верхнем этаже дома, на помощь убийцам была подогнана пожарная машина с раздвижными лестницами, после чего большинство было убито, среди убитых несколько вернувшихся из Афганистана военнослужащих, одного (или двоих) из них сожгли заживо, изнасилования с загонянием во влагалище водопроводной трубы. Говорят, что списки армян составлялись по домоуправлениям заранее по распоряжению райкомов и попали в руки убийц (но это последнее утверждение нуждается в проверке). Азербайджанцы, живущие рядом с армянами, были заранее предупреждены оставить включенным свет. Воинствующие толпы водили по улицам обнаженных женщин, подвергали их издевательствам и пыткам. Трупы изнасилованных уродовались, в глумлении над жертвами принимали участие подростки. В свете этого всего вряд ли можно говорить, что это были стихийные действия подонков, и что просто войска опоздали на несколько часов. Если кто-либо мог сомневаться в необходимости отделения Нагорного Карабаха от Азербайджана до Сумгаита, то после этой трагедии каждому должна быть ясна нравственная неизбежность этого решения. После этой трагедии не остается никакой нравственной возможности настаивать на сохранении территориальной принадлежности НКАО к Азербайджану. Официальные списки погибших в Сумгаите не опубликованы, это заставляет сомневаться в точности официальных данных о числе погибших. Нет сообщений о ходе следствия. Такое преступление не могло не иметь организаторов. Кто они? Не было официального соболезнования правительства СССР семьям погибших!

Перехожу к вопросу, имеющему принципиальное значение. На заседании Президиума были попытки утверждать, что вопрос о Нагорном Карабахе искусственно создан и раздут усилиями экстремистов (Щербицкий даже говорил о мифических антисоветских силах). Все это опасная нелепость, уводящая от правильного понимания проблемы и необходимости ее решать. Было бы ударом по перестройке, если нормализовать положение власти попытаются репрессивными методами, дополненными клеветой и провокациями в духе эпохи застоя (некоторые примеры подобной тактики мы уже имеем). В действительности, забастовки - законный акт волеизъявления народа. Чем скорее власти пойдут навстречу, отказавшись от иллюзий и маневрирования, тем меньше будет потерь.

Что же конкретно можно сделать сейчас? Проблема Нагорного Карабаха приобрела огромное значение. По существу от ее решения зависит, будут ли миллионы армян активными и инициативными участниками жизни нашей станы, или они окажутся на ее периферии, в глубокой апатии и разочаровании. Но и судьба перестройки во всей стране тоже в значительной степени зависит от того, будут ли удовлетворены законные требования армянского народа. (Глубокое разочарование Постановлением Президиума Верховного Совета - во всем армянском народе. А в Нагорном Карабахе - просто отчаяние. Я не знаю, что Вам докладывают о положении и настроениях людей в Армении и НКАО Ваши советники. Скажу, что известно мне из многочисленных бесед. Общее убеждение народа - абсолютная невозможность для автономной области оставаться в рамках Азербайджана. Это аксиома, вокруг которой группируются все остальные варианты и способы решения проблемы.) Слишком много наболело в душе армянского народа за прошедшие годы сталинизма и застоя, за всю его многовековую безмерно трагическую историю, чтобы можно было приглушить эту горечь косметическими средствами и обещаниями. Никакие полумеры не смогут успокоить людей, никакие разговоры о дружбе народов. Если кто-то мог сомневаться в этом до Сумгаита, то после этой трагедии ни у кого не остается никакой нравственной возможности настаивать на сохранении территориальной принадлежности НКАО к Азербайджану. (Вы неправильно говорили, что ввод войск запоздал на несколько часов. Чудовищная резня, издевательства над беззащитными людьми, насилие и убийства армян длились трое суток. Сумгаит в менее чем часе езды от Баку.)

Я убежден, что справедливое решение проблемы Нагорного Карабаха в соответствии с волей населения НКАО так же и в интересах азербайджанского народа. Есть такой прием - говорят, что нельзя решать проблемы одного народа за счет другого народа. Это, конечно, в принципе правильно, часто приходится искать компромиссные решения. Но в данном случае это чистейшая демагогия. Народ, который отказывает другому народу в праве на самоопределение, сам не может быть свободным. Так говорили Маркс, Энгельс, Ленин. И в Азербайджане это видно наглядно. Многие годы руководители республики искусно использовали карабахский вопрос для отвлечения народа от своих темных дел. Лжеученые им в этом помогали. Социальные проблемы уходили на задний план. Хлопок выращивался с пренебрежением требований экологии и здоровья людей. Расцветала коррупция. Азербайджанцам, которыми так долго манипулировала мафия, именно это надо объяснить!

Михаил Сергеевич! Вы упомянули в своем выступлении проблему Конституции. В постановлении Президиума Верховного Совета СССР и в ряде выступлений содержалась ссылка на статью 78 Конституции СССР, согласно которой территория союзной республики не может быть изменена без ее согласия. Эта статья противоречит в применении к малым национально-государственным образованиям, входящим в состав союзной республики, основополагающему принципу самоопределения наций и должна быть поэтому отменена. Я считаю чрезвычайно важным недвусмысленное заявление по этому поводу Политбюро или в специальном письме. Необходимо подчеркнуть, что очищая нашу жизнь от наследия прошлых лет, мы видим в сталинско-брежневской Конституции ряд дефектов, порожденных сталинизмом и застоем (как и во всей системе законодательства). Необходимо указать, что Конституция должна быть пересмотрена и в других отношениях (она должна отразить дух перестройки - демократизацию, роль Советов, гласность. Заявление будет способствовать развитию и укреплению авторитета ее лидеров. Такое заявление будет иметь очень большое политическое значение, способствуя вместе с другими мерами уменьшению напряжения в НКАО и в Армении в период, предшествующий кардинальному решению проблемы Нагорного Карабаха.). В Постановлении Президиума содержится важный пункт о посылке в НКАО представителей Верховного Совета СССР. Но я убежден, что этого совершенно недостаточно в реальной трагически острой ситуации, в особенности - в общем контексте Постановления, не содержащего указания на возможность выхода НКАО из Азербайджанской ССР в будущем и, наоборот, отвергающего такую возможность. (Михаил Сергеевич! В качестве минимальной и срочной меры необходима передача власти в автономной области временной администрации, непосредственно подчиненной верховным органам СССР. Ядром этой системы власти может стать комиссия Верховного Совета, создаваемая в рамках принятого Постановления Президиума. Для этого ее следует наделить соответствующими широкими полномочиями.)

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

Двухмесячный временной отрезок от заседания Президиума Верховного Совета СССР 18 июля до середины сентября 1988 года стал одним из самых спокойных периодов в новейшей истории национально-освободительного движения арцахских армян.

Сразу после заседания Президиума ВС СССР 18 июля 1988 г. была создана Комиссия Верховного Совета СССР по Нагорному Карабаху, в состав которой вошли члены Совета национальностей Верховного Совета СССР, известные ученые и деятели культуры. Комиссия впоследствии неоднократно посещала как НКАО, так и Ереван и Баку, и должна была по результатам своей работы представить в Верховный Совет заключение для последующего обсуждения. Первый пункт постановления Президиума Верховного Совета СССР от 18 июля 1988 г. об отказе передачи области из Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР, естественно, никак не мог удовлетворить население автономной области, более того, вызвал всеобщую забастовку в НКАО и многочисленные демонстрации протеста в Ереване и других городах Армении.

В июле 1988 года комитет «Карабах» принял план по организации длительной борьбы. Комитетом также рассматривались различные варианты дальнейших действий в случае окончательного отклонения центральными властями воссоединения Нагорного Карабаха с Арменией. Причем, с точки зрения сегодняшних реалий, планы эти были довольно фантастичными. Например, разрабатывался план, согласно которому карабахским армянам рекомендовалось добиться выхода из состава СССР, а затем обратиться с просьбой о вхождении обратно в Советский Союз, но уже в составе Армянской ССР. По другому плану, поскольку, согласно Конституции СССР, в отличие от Армянской ССР НКАО не обладала правом на самоопределение, то предполагалось, чтобы сама Армянская ССР заявила о своем вхождении в состав Нагорного Карабаха, образовав новую Армянскую Арцахскую республику со столицей в Степанакерте. Параллельно с этим комитет «Карабах» приступил к формированию национальной общественной организации, которая позднее получила наименование «Армянское общенациональное движение» (АОД). В программе движения не ставилось задачи по достижению Арменией независимости, но предусматривалось проведение в республике широкомасштабных реформ.

Результатом этих действий стало направление из Москвы в Ереван новых подразделений МВД СССР и введение в столице республики комендантского часа. Автор этих строк вспоминает те удивительные дни национального единения, когда при неработающем транспорте частники бесплатно подвозили людей, когда дарились цветы стоящим в оцеплении солдатам, а митингующим раздавалась бесплатная пища, когда создавалось ощущение беспрецедентного единения нации, когда порой казалось, что вся нация в едином порыве стала единым живым организмом…

По существу единственным реальным «проармянским» шагом генерального секретаря стало назначение в Нагорный Карабах «специального представителя» из Москвы для организации и координации выполнения принятых решений. Таким человеком 24 июля стал зав. отделом машиностроения ЦК КПСС, депутат ВС СССР, член ЦК КПСС Аркадий Иванович Вольский, уже посещавший автономную область в апреле 1988-го. «Представитель Центрального Комитета и Верховного Совета в НКАО» (а именно такое название носила новая должность Вольского), помимо всего прочего, был наделен полномочиями отменять в случае необходимости решения бакинского партийного руководства. 27 июля в союзных и республиканских органах печати было опубликовано постановление ЦК КПСС и Президиума Верховного Совета СССР «О практических мерах по реализации постановления Президиума ВС СССР по вопросу о Нагорном Карабахе». В тот же день, согласно данному постановлению, А. Вольский прибыл в Степанакерт, наделенный соответствующими полномочиями для организации и координации работы партийных, советских и хозяйственных органов Азербайджана, Армении и НКАО по выполнению решения союзных органов по Нагорному Карабаху. В НКАО он будет проводит совещания, давать инструкции, а с сентября 1988 г. станет фактическим руководителем над введенными в регион войсками. По его прибытии в области был восстановлен нормальный режим работы предприятий и организаций.

25 июля состоялся секретариат ЦК КП Азербайджана, на котором была заслушана информация А. Везирова о встрече с членами бюро Нагорно-Карабахского обкома партии. «Были рассмотрены высказанные ими просьбы и предложения, направленные на стабилизацию ситуации в НКАО, обеспечение нормального функционирования народного хозяйства автономной области».

Согласно положительным тенденциям, задекларированным в решениях заседания 18 июля, появилась реальная возможность создания филиалов армянских и союзных предприятий в Арцахе, направления в область финансовых средств и специалистов, заключения договоров без согласования их с азербайджанскими республиканскими структурами. И этой возможностью не преминул воспользоваться Президиум Верховного Совета Армянской ССР, который, во исполнение «решений ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР» 26 июля дал поручение Совету Министров Армянской ССР разработать и осуществить комплекс мероприятий по действенному оказанию помощи НКАО во всех сферах социально-культурной и хозяйственной жизни области и «систематически информировать общественность о ходе выполнения этих решений».

2 августа по приглашению А. Вольского в Степанакерте состоялась встреча руководителей партийных организаций Азербайджана и Армении А. Везирова и С. Арутюняна, которые имели беседу с членами бюро обкома партии и облисполкома, рядом областных работников. «Цель их приезда - координировать усилия для выполнения постановления партии и правительства о Нагорном Карабахе».

24 августа в Степанакерте состоялась IX сессия Нагорно-Карабахского областного совета народных депутатов ХХ-го созыва, которая обсудила ход выполнения постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 24 марта 1988 г. «О мерах по ускорению социально-экономического развития НКАО в 1988-1995 гг. и задачах местных Советов области по его реализации». Совет народных депутатов НКАО просил комиссию Совета национальностей Верховного Совета СССР по НКАО обобщить и представить в Верховный Совет предложения по справедливому решению проблемы Нагорного Карабаха. Сессия также избрала председателем исполнительного комитета Совета народных депутатов НКАО депутата С. А. Бабаяна, ранее работавшего директором Степанакертского завода сельхозмашин. Бабаян в своем выступлении заявил:

«Карабахцы на общегородском митинге пришли к выводу, что постановление Президиума Верховного Совета СССР является приемлемым выходом из создавшейся ситуации».

В принятом на сессии решении также констатировалось, что работа по реализации указанного постановления «союзными и республиканскими министерствами и ведомствами и областными органами ведется неудовлетворительно». Прямо противоположное мнение по этому вопросу высказал в своем интервью газете «Правда» от 28 августа руководитель Азербайджана А. Везиров:

«Ход выполнения программы находится под повседневным контролем ЦК КП Азербайджана и Совета министров республики».

Летом 1988 года в руководстве Азербайджанской ССР вызрело решение избавиться от карабахской проблемы путем изгнания из области армянского населения. Азербайджанские бандиты, пользуясь полным покровительством органов власти Аз. ССР и правоохранительных органов, устраивали засады на дорогах, убивали мирных жителей, поджигали дома и сельскохозяйственные угодья, захватывали людей в заложники, угоняли скот. Летом 1988 года на дорогах, ведущих в мятежную автономию, ужесточилась блокада. Интересно, что отвечая на вопрос о блокаде в интервью газете "Аргументы и факты" (№30) тогдашний союзный министр внутренних дел А. В. Власов заявил:

«Утверждения о блокаде Карабаха явно преувеличены».

В это же время в обиход входит новое выражение «каменная война». Это когда автомобили, вынужденно проезжающие через азербайджанские населенные пункты (плоды систематического перекраивания азербайджанскими властями карты региона), забрасывались камнями. Нападения на автотранспорт и избиения пассажиров происходили на дорогах Карабаха и ранее, но летом 1988-го они приобрели систематический характер.

В ответ во многих населенных пунктах НКАО начали создаваться отряды самообороны, карабахские армяне стали совершать ответные операции, направленные как против азербайджанских бандитов, так и против «крышующих» их азербайджанских силовых структур. Ситуация в области начала походить на партизанскую войну. В это же время (с августа 1988 года) в Степанакерте стал базироваться 366-й гвардейский мотострелковый полк 23-ей гвардейской мотострелковой Бранденбургской ордена Ленина Краснознаменной ордена Суворова дивизии.

В начале сентября в Степанакерте стало известно о выделении Советом министров Азербайджанской ССР ссуды в размере 3 млн. рублей на строительство домов в г. Шуши и азербайджанонаселенных селах Шушинского района для так называемых беженцев. Помимо этого прибытие в область многочисленных разнопрофильных республиканских комиссий, неприкрытое давление административных органов республики на соответствующие органы власти автономной области и другие факты вызвали новое обострение обстановки в НКАО, вылившееся в организации массовых шествий, митингов и забастовок в Нагорном Карабахе и Армении.

В Азербайджане также занимались лихорадочным поиском нестандартных решений, которые могли бы показать центральным властям меру заинтересованности азербайджанского руководства в урегулировании конфликта. Так 17 сентября газета «Известия» сообщала о проекте протокола о сотрудничестве и взаимодействии, который, по инициативе Комиссии по делам межнациональных отношений и интернациональному воспитанию Верховного Совета Аз. ССР (председатель Ф. Дашдамиров) был направлен в адрес аналогичных комиссий Грузии и Армении для рассмотрения и утверждения в Верховных Советах этих республик. «Смысл этого документа в том, - говорилось в статье, - чтобы впервые со времени существования Закавказской Федерации дать правовую основу для решения экономических и культурных проблем, обеспечения политических, социальных и личных прав представителей национальных меньшинств Закавказья, в том числе азербайджанцев, грузин, армян, проживающих вне пределов своих республик».

Как бы то ни было, регион словно бы замер в ожидании грозных событий, в одночасье изменивших жизни миллионов людей, событий, которые фактически станут своеобразной «точкой невозврата». Но об этом ниже.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

18 сентября 1988 года ситуация в автономной области значительно обострилась. В этот день в новостные ленты впервые попало название населенного пункта – Ходжалу. 20 сентября в газете «Правда» появилось сообщение под заголовком «К событиям в Нагорном Карабахе» следующего содержания:

«18 сентября в городе (Степанакерте – П.) проходил митинг, разрешенный городскими органами власти. На нем звучала обеспокоенность людей ситуацией, сложившейся в Нагорно-Карабахской автономной области, их стремление к нормализации создавшегося положения. Однако через некоторое время митинг был прерван в связи с подстрекательской информацией о столкновениях на межнациональной почве между армянским и азербайджанским населением в селе Ходжалы, вблизи Степанакерта. Когда многие участники митинга двинулись к этому селу, в обоюдных массовых драках было применено огнестрельное и холодное оружие. В результате 25 человек получили ранения различной тяжести, 17 госпитализированы. Есть обращения за медпомощью со стороны как армянского, так и азербайджанского населения».

Что же на самом деле случилось в тот день в Ходжалу, и вообще, что это за населенный пункт, вокруг которого возникло столько пересудов, противоречивой информации и просто откровенной лжи?

Топографических объектов с названием Ходжалу на территории региона существовало несколько. Конкретно данный населенный пункт в исторических документах XIX века не упоминается. Первые сведения о нем датированы 1909 годом. В то время там проживало около трех десятков семей.

Следующее упоминание о Ходжалу находим в «Кавказском календаре» за 1917 год, согласно ему село входило в Шушинский уезд Елизаветпольской губернии. При этом здесь не имелось ни учебных заведений, ни почты, ни полицейского участка, ни медицинских учреждений.

Согласно переписи населения 1926 года, произведенной Азербайджанским центральным статистическим управлением, Ходжалу зафиксировано как армянское (здесь и далее выделено мною – П.) село с населением в 888 человек.

Первые закавказские тюрки стали селиться в этой местности в конце 50-х годов прошлого века, а уже согласно административно-территориальному делению на 1 января 1961 года, возле армянского появилось и тюрконаселенное село Ходжалу. Согласно же административно-территориальному делению на 1 января 1977 г. армянское Ходжалу уже вовсе не упоминается. По последней всесоюзной переписи населения 1989 года село Ходжалу Аскеранского района НКАО было «азербайджанским» населенным пунктом, в котором проживал 1661 человек.

Для того чтобы понять причины столь стремительно изменившейся демографии небольшого населенного пункта, достаточно просто взглянуть на географическую карту региона. Населенный пункт Ходжалу располагается в стратегически важном месте, на дороге, связывающей столицу армянской автономии с населенными пунктами центральной части Нагорного Карабаха и Мартакертским районом. В случае возникновения боевых действий расположенные в Ходжалу реактивные системы залпового огня и тяжелые орудия могут держать под непрерывным огнем как Степанакерт, так и районный центр Аскеран и практически все села центральной части Нагорного Карабаха. Кроме того у поселка Ходжалу находится аэропорт города Степанакерта, который ко времени описываемых событий оставался для карабахских армян практически единственными воротами во внешний мир. Через Ходжалу также проходила и единственная на всю автономную область железнодорожная ветка из Агдама. Таким образом, ключевая роль в рассечении Арцаха надвое и блокировании его с восточного направления по планам неопантюркистских узурпаторов поручалась именно селению Ходжалу. Все упомянутые выше обстоятельства вкупе позволяют доходчиво объяснить повышенное внимание азербайджанских властей к этому населенному пункту.

К осени 1988 года, убедившись в нежелании центральных властей решать проблему Нагорного Карабаха на основе заявленных демократических принципов, а также вдохновившись фарсом сумгаитских судебных процессов и невероятно мягкими приговорами погромщикам и убийцам, незваные гости этой земли окончательно обнаглели.

18 сентября толпа азербайджанских тюрок неподалеку от села Ходжалу перекрыла автодорогу Степанакерт-Аскеран и стала нападать на принадлежащие армянам транспортные средства. Первым подвергся нападению автобус, перевозивший армянских студентов с сельскохозяйственных работ: вандалы забросали его булыжниками. За этим нападением последовала целая череда насильственных действий в отношении проезжавших через Ходжалу армян. Люди подвергались избиениям, принадлежащий им автотранспорт бандиты переворачивали, крушили и разбивали, также впервые было применено огнестрельное оружие. В результате избиения погиб пожилой рабочий Айрапет Шахраманян. Его свидетельство о смерти как две капли воды напоминает свидетельства о смерти жертв сумгаитских погромов, в частности, Александра Гамбаряна и Николая Даниеляна. Судите сами (по материалам сборника «Сумгаит… Геноцид… Гласность?» /Ереван, 1990/):

«Шахраманян Айрапет Сулейманович, 61 год, диагноз: тяжелая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени, открытый перелом свода черепа, эпидуральная гематома, ушибленные раны волосистой части головы. Умер в больнице».

А это выдержки из историй болезни других потерпевших-армян:

«Тонян Валерий Давидович, 38 лет, рабочий конденсаторного завода: огнестрельное дробовое проникающее ранение грудной клетки и грудной полости с ранением сердца, левого легкого, желудка, тонкого кишечника, брызжейки кишечника и малого солнышка с гематомами».

«Бегларян Равшан Максимович, 35 лет, слесарь: пулевое ранение левой височной области».

«Саркисян Альберт Артемович, 37 лет, электросварщик: огнестрельное проникающее ранение брюшной полости с повреждением кишечника и отрывом левого мочеточника».

«Гаспарян Далина Цатуровна, 37 лет, мастер РСУ: открытый перелом свода черепа, сотрясение головного мозга, ушибленные ссадины лица, тела».

«Аршакян Гриша Генрихович, 26 лет, рабочий РСУ: сквозное пулевое ранение правой подвязочной поясничной области. Пулевое ранение правого локтевого сустава» и пр.

В 18:30 на площади Победы в Степанакерте начался санкционированный городскими органами власти митинг. Час спустя после начала многотысячного митинга поступили первые известия о нападениях на армян в Ходжалу, после чего несколько сот человек, вооружившись топорами и охотничьими ружьями, двинулось из Степанакерта в сторону бандитского осиного гнезда. Части внутренних войск преградили им путь, большинство людей было остановлено, но некоторым все же удалось прорваться в Ходжалу, где около 21 ч. между прибывшими и ходжалинцами произошло столкновение, в результате которого по меньшей мере два десятка человек получили огнестрельные ранения разной степени тяжести.

В отношении ходжалинских погромщиков было возбуждено уголовное дело. 10 февраля 1989 года в газете «Известия» появилось сообщение ТАСС под заголовком «Нагорный Карабах: возвращение к спокойствию», в котором содержалась информация о ходе расследования инцидента в Ходжалу:

«Следователи установили, что в массовых беспорядках в селе Ходжалу участвовало практически всё его население азербайджанской национальности».

Однако выводы подопечных нового генерального прокурора СССР А. Сухарева, непосвященному читателю могут показаться удивительными:

«Было бы и юридически, и политически неверно привлекать к уголовной ответственности всех лиц, так или иначе вовлеченных в эти события».

Таким образом, по факту нападения к уголовной ответственности было привлечено… два человека. «Кроме них в ходе расследования были изобличены в преступлениях еще восемь человек. Но учитывая, что действия этих лиц не повлекли тяжких последствий, все они дали чистосердечные показания, раскаялись в содеянном, положительно характеризуются по месту работы и жительства, в отношении них уголовные дела прекращены. Этих лиц взяли на поруки трудовые коллективы. Принимаются во внимание и другие факторы. Среди тех, кто передан на поруки - рабочий совхоза Б. Ширинов. Он - отец девятерых детей и, конечно, следствие учло это немаловажное обстоятельство».

Нетрудно заметить, что в расследовании событий в Ходжалу явно прослеживается линия, взятая на вооружение еще при расследовании геноцидальных действий против сумгаитских армян: всячески замолчать преступление, переложить вину на незначительных персонажей, раздробить общее дело на отдельные фрагменты, вынести несоразмерно мягкие приговоры и т. д. Вся эта вакханалия безнаказанности и потакания убийцам в итоге в скором времени выльется в калейдоскоп новых чудовищных преступлений против армянского населения Азербайджанской ССР.

Зато в это же самое время союзная следственная группа начинает работу «по выявлению недовложе­ния камня в надгробные памятники» на Степанакертском городском кладбище: так начинался сбор обвинительного материала на чле­на комитета «Крунк», директора степанакертского комбината строительных мате­риалов Аркадия Манвеловича Манучарова (1931-2008) – человека, стоявшего у истоков современного этапа карабахского движения.

На следующий день - 19 сентября средства массовой информации НКАО обнародовали обращение бюро обкома партии и облисполкома «к коммунистам, всем трудящимся области о наведении в автономии порядка». В связи с положением в Нагорном Карабахе состоялось собрание актива работников партийных, советских и хозяйственных органов Азербайджанской ССР. В Степанакерте же не работали предприятия, строительные организации, стоял транспорт, прекратились занятия в учебных заведениях. В городах Армении возобновились митинги и забастовки, в частности, забастовка в Ереване продлилась до 29 сентября.

События в Ходжалу значительно обострили отношения между армянским и азербайджанским населением Нагорного Карабаха и спровоцировали беспорядки в Шуши и Степанакерте. В результате насильственных акций последние армяне покинули Шуши, в ответ из Степанакерта были изгнаны все азербайджанцы. В области участились столкновения на национальной почве, погромы и поджоги домов, имелись раненые с обеих сторон. Следствием всех этих событий стало введение 21 сентября в НКАО и соседнем с ней Агдамском районе Азербайджанской ССР режима особого положения и комендантского часа. Военным комендантом района особого положения был назначен заместитель начальника штаба внутренних войск МВД СССР по Северному Кавказу генерал-майор Владислав Сафонов, который с небольшими перерывами исполнял обязанности военного коменданта района чрезвычайного положения НКАО и прилегающих районов Аз. ССР в течение 1988-1990 гг.

С первых же дней установления режима особого положения в обком партии и другие областные структуры стали поступать многочисленные жалобы о грубостях и избиениях, чинимых военнослужащими Советской Армии по отношению к гражданам.

21 сентября по ереванскому телевидению было передано выступление армянской поэтессы Сильвы Капутикян, касающееся Арцаха. В нем выдающаяся поэтесса и общественный деятель, в частности, сказала:

«Эти события имели место не в результате экстремистских и националистических проявлений, а в результате несправедливого положения, которое сложилось с 5 июля 1921 года. Тогда в результате несправедливого решения неотъемлемая часть армянской земли и прилегающие к ней территории были введены в состав Азербайджанской республики.

Мы не хотели вмешиваться во внутренние дела нашей соседней республики. Мы понимали, что наше вмешательство в трагедию, в проблему наших братьев может быть воспринято как чувство национализма. Мы старались не замечать те муки, которые испытывали наши братья в Карабахе, при этом внутренне переживая все происходящее. Но некоторые ученые и руководители Азербайджана недооценили наше великодушие и решительно продолжали свое дело, пытаясь добиться, чтобы население Нагорного Карабаха покинуло исконно свои древние земли и уехало в Среднюю Азию, Россию, с тем, чтобы добиться значительного уменьшения здесь численности армянского населения.

Словом, они хотели добиться того, чего добились в Нахичевани, где в 20-х годах почти половину населения составляли армяне, а сейчас они составляют лишь 1- 2 процента, остались всего в одной-двух деревнях». (Полный текст выступления поэтессы - здесь).

27 сентября газета «Бакинский рабочий» на своих страницах поместила телеграмму-обращение Нагорно-Карабахского обкома партии и исполкома Совета Народных депутатов НКАО от 24 сентября к ЦК КП Армении, а также к редакциям газет. В ней говорилось, что общественностью области решительно осуждаются «распространяемые на митингах в Ереване слухи и домыслы в связи с событиями последних дней в Нагорном Карабахе. Введение особого положения и комендантского часа воспринято населением как крайняя, но необходимая мера». Текст данной телеграммы просили огласить на митинге в Ереване.

В эти же дни еще одна следственная группа, получив на вооружение горбачевские тезисы о том, что движение карабахских армян инспирировано некими «коррумпированными кланами», начинает «поиски» этих неуловимых кланов уже непосредственно в самой Армении. Такую бурную и не особо осмысленную деятельность в народе метко прозвали «одесский шум, похожий на работу». Остается добавить, что итоговый результат «кропотливой» работы следователей окажется предсказуемо нулевым. Однако это не помешает советской прессе, радио и телевидению, подхватив риторику генсека, на полную катушку поэксплуатировать сказку об антиперестроечных коррупционерах из комитета «Карабах». Аналогичным образом советские СМИ запустят в оборот и новые пропагандистские клише – «армянские боевики», «бородачи-чернорубашечники», «армянские экстремисты». Правда всё это произойдет несколько позже…

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

После сентябрьского обострения ситуации, вызванного нападениями и погромами армян в Ходжалу и Шуши, последующие за этим два месяца могут считаться относительно спокойными. А вышеупомянутые события стали предметом обсуждения на встрече представителей армянской общественности города Москвы с работниками Московского городского комитета КПСС, которая состоялась 4 октября в московском постпредстве Совета Министров Армянской ССР при Совете Министров СССР. Помимо этого на встрече шла речь о резне армян в Сумгаите и о комплексе вопросов, связанных с карабахской проблемой.

В Степанакерт же 3 октября 1988 г. прибыла Комиссия депутатов Совета Национальностей Верховного Совета СССР по вопросам межнациональных отношений, которая на месте приступила к изучению как проблемы Нагорного Карабаха, так и общего положения дел, касающихся межнациональных отношений в регионе.

7 октября комиссия разделилась: часть депутатов отбыла в Ереван, часть – в Баку, остальные члены комиссии продолжали работу в НКАО до 16 октября.

***

В соответствии с решениями Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 24 марта 1988 г. «О мерах по ускорению социально-экономического развития НКАО в 1988-1995 гг.», еще в первой половине осени 1988 г. группа армянских специалистов направила в министерство культуры Азербайджанской ССР пакет предложений о создании совместной экспедиции для изучения памятников истории и культуры, находящихся на территории Нагорного Карабаха. Официальный ответ азербайджанских «культурщиков» хотя и был ожидаем, все-таки не может не поразить своим цинизмом:

«Предложение о создании комплексной экспедиции для изучения памятников истории и культуры, находящихся на территории НКАО АзССР, на наш взгляд, противоречит положению о принадлежности союзной республике всех находящихся на ее территории памятников независимо от их национальной принадлежности, и в условиях сложившихся межнациональных отношений в регионе в настоящее время, не будет способствовать стабилизации обстановки».

Как говорится, попробуйте найти пару отличий с недавними истерическими обращениями в адрес организаторов конкурса Евровидения по поводу использования армянскими участниками картинки с изображением памятника работы армянского скульптора Саркиса Багдасаряна «Мы и наши горы». Что ж, остается констатировать, что за пару десятков лет в мировоззрении наших соседей мало что изменилось…

***

11 октября в Степанакерте состоялась очередная встреча новоназначенных первых секретарей ЦК компартий Армении и Азербайджана – Арутюняна и Везирова, как было заявлено, «для поиска компромиссных путей решения проблемы». 13 октября итоги этой встречи были обсуждены на заседании бюро ЦК КП Азербайджана. Однако в чем же заключался «компромисс», вряд ли удастся выяснить из подробной информации бакинских СМИ об этой встрече, поскольку как раз-таки слово «компромисс» в ней напрочь отсутствует. Зато присутствует туманное словосочетание «оптимальные пути», ну и, конечно же, подчеркивается «возможность обеспечения реальных гарантий безопасности населения независимо от национальной принадлежности (и это после Сумгаита, Ходжалу и Шуши – Пандухт), преодоления отчуждения между двумя народами». Одним словом, обычная и уже привычная словесная возня, в которой бросается в глаза уже успевший набить оскомину пропагандистский штамп «независимо от национальной принадлежности», который в то время присутствовал практически во всех цитируемых нами документах азербайджанских партийцев, встречался и встретится еще не раз и в наших публикациях.

Но вот что «не забыл» и не преминул сделать ЦК Аз. ССР, так это обсудить на бюро вопрос «О выступлениях газеты «Советский Карабах». Азербайджанских госмужей, согласно сообщению Азеринформа, в одночасье озаботила «политическая направленность этого печатного органа», ими же была дана «принципиальная оценка фактам публикаций, материалов, разжигающих межнациональную рознь».

Рознь рознью, а ведь 13 октября произошло еще одно знаковое и зловещее событие, особенно в свете последующей за этим цепи чудовищных преступлений против армянского населения Азербайджанской ССР и их трагических последствий для двух народов. Именно в этот день в Баку был создан Народный Фронт Азербайджана. Собственно говоря, сборища местных воинствующих «интеллигентов» имели место еще в августе 1988-го. По прошествии лет некоторые «умеренные» азербайджанские политики (например, один из основателей НФА Зардушт Ализаде) попытались приписать этой организации, запятнавшей себя кровью мирных армянских жителей республики, прогрессивные, и даже демократические устремления. Но, как бы то ни было, данная организация в октябре 1988-го «увидела свет».

***

16 октября в Москве в здании Верховного Суда СССР был оглашен вердикт по уголовному делу №18060232-88 по обвинению трех азербайджанцев - Ахмедова, Исмаилова и Джафарова – в погромах и жестоких убийствах в Сумгаите. Один из убийц – Ахмед Ахмедов, согласно вердикту суда, был приговорен к смертной казни. Суд квалифицировал его действия как «совершенные из хулиганских побуждений» и постановил взыскать с Ахмедова в доход государства судебные издержки в сумме 4018 рублей 04 копейки. Предъявленные по делу гражданские иски суд оставил без рассмотрения, а приобщенные к делу вещественные доказательства постановил уничтожить. Этот приговор в итоге окажется единственным смертным приговорам сумгаитским погромщикам и убийцам. Общее дело о геноциде армян в Сумгаите, стараниями властей страны и послушных их воле представителей советской Фемиды, было раздроблено на множество отдельных эпизодов, убийства на почве национальной ненависти были квалифицированы как совершенные из хулиганских побуждений, организаторы людоедских акций, как и большинство исполнителей оных, остались неустановленными и неназванными и, соответственно, счастливо избежали справедливого возмездия.

***

23 октября в советской печати были опубликованы два проекта - Закона СССР об изменениях и дополнениях в Конституцию (Основной закон) СССР и Закона СССР «О выборах народных депутатов СССР». В рамках данной публикации мы не будем обсуждать антиармянские и антикарабахские моменты в текстах этих проектов. Скажем только, что на сессии Верховного Совета СССР 1 декабря 1988 г. оба этих закона будут приняты, а это, в свою очередь, могло только отдалить справедливое решение проблемы Нагорного Карабаха.

На следующий день, согласно сообщениям азербайджанских СМИ, вопрос организации обсуждения указанных проектов решался на бюро ЦК КП Азербайджана. По традиции на нем рассматривался также и вопрос о нормализации положения в НКАО. Были даже определены некие «конкретные меры». Кроме того, был рассмотрен вопрос «О мерах по ускорению социально-экономического развития районов равнинного (выделено мной – П.) Карабаха в 1989 - 1995 гг.». Я не зря выделил данное слово. Дело в том, что к этому времени руководство Азербайджанской ССР уже начало активное освоение щедрых финансовых вливаний союзного центра, направляемых в Арцах (через Баку – П.). Так, активное строительство развернулось в азербайджанонаселенных селах Ходжалу и Малибейли Аскеранского района, ряде азербайджанонаселенных сел Мартунинского района НКАО (причем делалось это вызывающе нагло, без согласования с местными районными властями, без отвода земельных участков и т. д.). И вот теперь под прикрытием заветного названия «Карабах» планировалось направлять финансовые средства на «социально-экономическое развитие» полностью деарменизированных районов бывших армянских провинций Арцах, Утик и Пайтакаран – в прилегающие к НКАО Агдамский и другие районы Азербайджанской ССР.

И опять, вольно или невольно, вырисовываются параллели с днем сегодняшним. Недавнее решение Палаты Представителей и Сената США о выделении Нагорно-Карабахской республике 8 млн. долларов (9 декабря 2009 г.) вызвало форменную истерику у владельцев «многомиллиардного бюджета» и «самой стремительно развивающейся экономики мира». Начались упреки, полились горькие слезы, потянулись сопли, посыпались шантаж и откровенные угрозы в адрес США (звучащие достаточно комично, если сопоставить адресата и адресанта). Во всем этом видится непреодолимое желание наложить свою лапу на деньги, направляемые в Арцах. Поистине репертуар хора алиевских мальчиков-кастратов ничем не отличается от репертуара азеротюркских партийцев конца 80-х. Но, однако, вернемся к хронологии событий осени 1988 г.

***

27 октября в Ереване началось трехдневное пленарное заседание Верховного Совета Армянской ССР. В связи с этим забастовщиками было принято решение о приостановлении демонстраций и забастовок на территории Армении до приемлемого решения проблемы Карабаха. Однако сессия никаких решений не вынесла.

Руководствуясь решениями Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР №371 от 24 марта 1988 г., а также отвечая на развернутое азербайджанцами строительство в Ходжалу и Малыбейли, 28 октября 1988 г. исполком Совета народных депутатов Аскеранского района НКАО принял решение об отводе земельного участка площадью 6 гектаров в местности Хачин Тап, находящегося в пользовании колхоза им. Энгельса, под строительство пансионата для работников Канакерского алюминиевого завода. 1 ноября исполком Совета народных депутатов НКАО своим решением утвердил данное решение аскеранских депутатов. Это явилось законным основанием для начала строительства здания пансионата, а также производственных и других объектов кооператива, созданного при заводе «КанАЗ».

4 ноября в Степанакерте прошла сессия Совета народных депутатов НКАО XX созыва, по итогам которой был принят целый ряд важных решений, в частности, об уже упоминаемых в данной статье проектах Законов «Об изменениях и дополнениях в Конституцию (Основной Закон) СССР» и «О выборах народных депутатов СССР».

Нас же больше интересует решение сессии «О ходе выполнения постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 24 марта 1988 г. №371 «О мерах по ускорению социально-экономического развития НКАО в 1988-1995 гг.». В решении депутатов, в частности, говорилось:

«Сессия областного Совета отмечает, что Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР выполняется неудовлетворительно. В целях обеспечения гарантий по осуществлению в области всех мер социально-экономического характера, предусмотренных вышеназванным постановлением, Совет народных депутатов НКАО просит Совет Министров СССР передать выделенные на реализацию постановления средства и фонды на материально-технические ресурсы в распоряжение области, сделав исполком областного Совета единым заказчиком на территории НКАО.

Совет народных депутатов НКАО отмечает, что руководство республики, воспользовавшись введением в НКАО особого положения и комендантского часа, грубо попирая конституционные права автономной области, развернуло в селах Ходжалу, Малыбейли и ряде азербайджанских сел Мартунинского района незаконное, без отвода участков, строительство филиалов ряда промышленных предприятий, объектов социально-культурного назначения. Такие действия еще более обострили ситуацию в НКАО.

Сессия поручает УВД НКАО (т. Туманянц Р. С.) немедленно приостановить эти незаконные действия, принять меры для восстановления законности и порядка, причиненного ущерба и привлечения виновных к ответственности».

По поводу непринятия мер со стороны прокурора НКАО к пресечению данного незаконного строительства депутаты приняли обращение к Генеральному прокурору СССР с просьбой рассмотреть вопрос о соответствии В. Василенко занимаемой должности.

Сессия также обратилась к военному коменданту НКАО с просьбой обратить, наконец, внимание на тот факт, что особое положение и комендантский час используются руководством Азербайджана для «закрепления незаконно заселенных в Шушинском районе так называемых беженцев азербайджанской национальности».

Отдельное решение сессия Нагорно-Карабахского областного Совета народных депутатов приняла «Об отношении средств массовой информации к освещению проблемы Нагорного Карабаха». В этом решении говорилось:

«Сессия отмечает недовольство населения области тенденциозностью освещения карабахских событий средствами массовой информации. Пресса и телевидение сами усугубили кризис замалчиванием, недомолвками, односторонностью, тенденциозностью, а порой и прямой неправдой. Трибуна предоставлялась специально подобранным людям. Вокруг карабахского вопроса фактически была создана атмосфера антигласности. Это препятствовало работе партийных и советских органов автономной области по разрешению возникающих конфликтных ситуаций, восстановлению трудового ритма. Только благодаря гражданской выдержке и политической сознательности трудящихся области не достигали цели отдельные, прямо подстрекательские выступления печати и телевидения.

Возмущение всех честных людей вызывает попытка средств массовой информации скрыть подлинную картину преступлений в Сумгаите. Погромщиков, насильников и убийц надо назвать их действительным именем, а не «хулиганствующими элементами». Не замалчивание преступлений, а только решительное отмежевание от них – прежде всего в самом Азербайджане – может проложить путь межнациональному примирению.

Сессия отмечает, что СМИ не предоставили возможности населению области гласно высказаться о положении в области и ее проблемах, отстаивать свои интересы».

В связи с вышесказанным Нагорно-Карабахский областной Совет народных депутатов решил:

«1. Осудить тенденциозные и подстрекательские выступления, имевшие место в центральной и азербайджанской республиканской печати и на телевидении, как политически вредные, оскорбляющие национальное достоинство армянского народа, наносящие вред делу перестройки и не отвечающие нормам советской журналистики.

2. Возбудить перед ЦК КПСС и Верховным Советом СССР вопрос о предоставлении возможности партийным и советским руководителям, общественности области выступать перед всесоюзной аудиторией в печати, по телевидению и радио с освещением происходящих событий, изложением и разъяснением своей позиции.

3. Ходатайствовать перед Верховным Советом СССР при подготовке Закона о печати учесть карабахский прецедент, чтобы впредь не допустить нарушений принципа гласности и социалистической демократии».

Касаясь освещения событий в Нагорном Карабахе «и вокруг него» обязательно нужно упомянуть и об еще одном событии осени 1988 года: в городе Ленинакане состоялись стилизованные «торжественные похороны» газет «Правда» и «Известия». Тогда демонстранты пронесли по городу два символических декоративных гроба с экземплярами данных газет и, указывая на состояние гласности в стране, после соответствующей церемонии предали их земле.

9 ноября строительство пансионата Канакерского алюминиевого завода согласно решению исполкома Совета народных депутатов Аскеранского района от 28 октября, утвержденного решением облисполкома НКАО 1 ноября того же года, в местности Хачин Тап в аскеранском селе Шош началось. Одновременно со строительством пансионата началась и сборка финских домиков для армян, изгнанных ранее из Шуши.

На следующий день в газете «Коммунист» прошла информация, соответствующая решительному настрою армянской стороны:

«В соответствии с постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР ЦК КП Армении и Совета Министров АрмССР разработали план мероприятий по оказанию помощи НКАО, в частности, в развертывании жилых домов, объектов социально-культурного и промышленного назначения, автомобильных дорог, газификации населенных пунктов.

Работа по реализации намеченной программы находится под постоянным контролем ЦК КП АрмССР и правительства республики».

Позднее (29 ноября) Совет Министров Аз. ССР попытается отменить решение карабахских органов власти, ссылаясь на статью 47 Закона Аз. ССР о НКАО.

***

12 ноября Президиум Верховного Совета Арм. ССР принял постановление «О решении Нагорно-Карабахского областного Совета народных депутатов «О проектах законов об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) СССР и о выборах народных депутатов СССР»:

«Президиум Верховного Совета Арм. ССР рассмотрел решение, принятое на девятой сессии Нагорно-Карабахского областного Совета народных депутатов двадцатого созыва 4 ноября с. г. «О проектах Законов об изменениях и дополнениях Конституции (Основного закона) СССР и о выборах народных депутатов СССР».

Президиум Верховного Совета Арм. ССР постановил поддержать предложения областного Совета народных депутатов НКАО по проектам Законов СССР об изменениях и дополнениях Конституции СССР и о выборах народных депутатов».

14 ноября в Нагорном Карабахе началась очередная забастовка работников промышленных предприятий. Среди основных требований трудовых коллективов первым пунктом значилось: депутатам Верховного Совета СССР от НКАО поставить на обсуждение вопрос немедленного воссоединения НКАО с Арменией, а Верховному Совету СССР обязательно рассмотреть на предстоящей сессии поправки к Конституции СССР, предложенные сессией областного Совета народных депутатов НКАО с целью разрешения настоящего кризиса.

Вторым пунктом звучал призыв к Верховному Совету СССР дать, наконец, политическую оценку резне армян в Сумгаите и привлечь к ответственности руководство Азербайджана.

Четвертым пунктом требований забастовщиков значилось немедленное прекращение строительных работ в селах Ходжалу и Малыбейли, имеющих целью изменение демографического состава населения автономной области.

Девятым пунктом в этом списке шло требование о незамедлительном разблокировании транспортных коммуникаций в Нагорно-Карабахскую автономную область...

***

15 ноября 1988 г. в республиканском филиале ТАСС - Азеринформе имел место брифинг, на котором шла речь о выполнении и, согласно сложившейся традиции, перевыполнении решений и постановлений ЦК КПСС и союзного правительства в отношении НКАО в свете выделяемой центром финансовой помощи. На следующий день по этому поводу в местной прессе появился материал Азеринформа под заголовком «НКАО: оказывается практическая помощь».

А 20 ноября 1988 года газета «Советский Карабах» оперативно откликнулась на это событие своей статьей «Брифинг в Азеринформе, или как обманывают общественность», в котором населению области разъяснялось, что на деле происходит с выделяемыми союзным центром средствами:

«Интересно было бы узнать, сообщили ли организаторы брифинга, как смогли республиканские органы ввести в заблуждение ЦК КПСС и Совет Министров СССР и добиться такого размещения создаваемых в области филиалов промышленных предприятий, при котором из 1980 новых рабочих мест 1090, или 55 процентов, приходится на г. Шушу, где проживает в основном азербайджанское население, составляющее всего 7,3 процента населения области».

***

В ночь с 16 на 17 ноября была предпринята попытка с применением силы и без санкции прокуратуры взять под арест директора Степанакертского комбината стройматериалов, председателя комитета «Крунк» и признанного лидера Карабахского движения Аркадия Манучарова. Воспользовавшись комендантским часом как прикрытием, спецназ внутренних войск попытался ворваться в его квартиру. Сбежались соседи по дому, завязалась потасовка, к дому стали подтягиваться все новые группы горожан, и спецназовцы ретировались. Однако уже было ясно, что власти готовят аресты активистов под предлогом их замешанности в коррупции и экономических махинациях.

А с 17 ноября 1988 г. в Баку и других городах Азербайджанской ССР начинаются затяжные антиармянские митинги…

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

post-31580-1265024024_thumb.jpg

17 ноября 1988 года на площади Ленина в Баку начался массовый митинг, фактически продлившийся 18 дней - до силового разгона митингующих милицией 5 декабря. Мнимым поводом к выступлениям послужило сообщение агентства Азеринформ со ссылкой на некое письмо от группы жителей города Шуши, направленное ими в орган компартии Азербайджана - газету «Коммунист», и озаглавленное «Вопль Топханы»:

«В местности Топхана близ Шуши в экологически чистой зоне, известной как историческая достопримечательность, кооператорами из Армении вырубаются деревья ценных и редких пород».

В письме выражался протест против начала строительства в местечке Хачин Тап на противоположной от Шуши стороне каньона санатория-профилактория для рабочих Канакерского алюминиевого завода. В который уже раз умело раздутая провокация в легко подверженной зомбированию азеротюркской массе вызвала настоящий психоз. Вначале санаторий «едва заметным движением руки» превратился у них в «промышленное предприятие». Затем выяснилось, что Топхана является для тюрков важнейшей национальной и религиозной святыней, что, в свою очередь, незамедлительно вызвало к жизни радикальные исламские лозунги, зеленые знамена и портреты аятоллы Хомейни. Местные ботаники задним числом объявили Топхану заповедником с реликтовыми рощами из ценных пород дерева, на которую посмели посягнуть «грязные армянские руки», местные энтомологи поведали об уникальных бабочках, нигде в мире, кроме Топханы не встречающихся, историки быстренько припомнили, что эти самые реликтовые деревья есть не что иное, как «свидетели славы азербайджанского народа». О массовом психозе, разыгравшемся в те дни в Баку, рассказал очевидец тех событий российский морской офицер Александр Сафаров в своих мемуарах под красноречивым названием «Черный январь»:

«...«Топ Хана» для азербайджанцев, это тоже самое, что Бородино для русских! - просвещает меня мичман Керимов Зейнал Агабаба-оглы, еще год назад требовавший у меня справку, освобождающую его детей от изучения азербайджанского языка. ...Теперь в нем неожиданно проснулось чувство патриотизма.

- Что-то не припомню, чтобы Азербайджан с кем-нибудь воевал, - искренне изумился я, - тем более кого-то побеждал. Насколько я знаю историю, Азербайджан всегда сдавался без боя. О каком азербайджанском Бородино ты говоришь? Откуда ему взяться?

Скоро история с «Топ Ханой» прояснилась. Оказывается, действительно есть место с таким названием. Никакой победы там никто, естественно, не одерживал, а представляет оно собой ничем не примечательную местность с небольшой рощей...».

И в самом деле, нейтральная комиссия из Москвы, составленная из представителей Госстроя и Госкомприроды СССР, по горячим следам посетившая место действия, в своем официальном заключении охарактеризовала место предполагаемого строительства, - снова подчеркнем - не промышленного, - как «закустаренный выгон для скота с одиноко растущей на нем грушей». К аналогичным выводам пришел и академик Андрей Дмитриевич Сахаров, побывавший в Хачин Тапе 25 декабря 1988 года во время своей миротворческой миссии в регион (http://lib.rus.ec/b/177045/read#t6).

Но цель провокации уже была достигнута: тюркская серая масса вновь пришла в готовность к очередным погромам и геноцидальным действиям.

post-31580-1265024069_thumb.jpg

Отстраняясь от истории с Топханой, можно констатировать, что создание вымышленной истории и «изготовление» национальных святынь на заказ - ремесло, существовавшее в Азербайджане и до Топханы, и после нее, и процветающее в современном нефтяном султанате и поныне. Приведем один из последних примеров: в декабре 2005 года информационное агентство «Азери-Пресс» запустило в эфир информацию о разрушении армянами «святилища «Агадеде», расположенного в 10 километрах от Еревана и существовавшего более тысячи лет». Различные новостные порталы, в том числе, к сожалению, и российские, подхватили эту «новость»: «Святилище «Агадеде», расположенное южнее Еревана рядом с поселком Зангибасар, было одним из основных святилищ азеpбайджанцев, живущих в Аpмении. Разрушены и разграблены материалы древних построек и каменных строений, сотни надгробных памятников. На этом кладбище находились могилы сефевидов, гаджарских беков и иреванских ханов».

История тут же начала обрастать удивительными подробностями. Некий Сохбат Мамедов, заявленный как корреспондент российской «Независимой газеты», доверительно поведал возмущенным поклонникам тюркской старины о том, что, дескать, еще «в начале 80-х годов прошлого века ереванские власти под различными предлогами пытались разрушить святилище «Агадеде». Но местные азеры якобы провели акцию протеста у села Ранджбар на границе с Турцией, и тогда руководство СССР своевременно погасило конфликт, «в результате чего святилище было спасено от уничтожения».

А некто Хатам Джаббарлы - «доктор политических наук и специалист по Армении» в интервью новостному агентству АПА вообще договорился до того, что, дескать, в «Агадеде» был похоронен «один из потомков пророка Мухаммеда». Правда, войдя в раж, имя таинственного «потомка пророка» Джаббарлы назвать как-то подзабыл. А азербайджанские любители развесистой клюквы не особо и интересовались.

Что характерно, как только соответствующие организации Армении выступили с разоблачением этой лжи, и разразился нешуточный скандал, с сайта агентства АПА были оперативно убраны всякие воспоминания о мифическом «святилище». Неверящие могут лично убедиться в этом, зайдя на сайт АПА и задав в его поисковике слово «Агадеде».

Из той же серии и совсем свежая информация, вернее, ДЕЗинформация (от 8 января сего года) о том, что, цитирую: «Кладбище на территории оккупированного армянами села Гызылгаджилы Газахского района разрушено армянами».

Между тем, во всех этих потоках лжи, включая и Топхану, и Агадеде, прослеживается одна, почему-то доселе никем не замеченная, зловещая тенденция. Вопли о Топхане в ноябре 1988-го спровоцировали полномасштабные акты геноцида мирного армянского населения на всей территории Азербайджанской ССР. А за воплями о сотне разрушенных надгробий в Агадеде в декабре 2005-го последовал заключительный этап геноцида против культурного наследия армянского народа - уничтожение последних оставшихся средневековых хачкаров Старой Джуги, начатое Азербайджаном еще в 1998 году, и уже весной 2006 года побывавший на месте трагедии азербайджанский журналист Идрак Аббасов констатировал, что Джугинское кладбище «полностью исчезло».

Однако вернемся в 1988 год. Если на митинге 17 ноября звучали лишь проклятия в адрес армян - без прямых призывов к погромам, все изменилось уже в последующие дни, когда из Москвы пришла новость о том, что смертный приговор сумгаитскому убийце Ахмедову, вынесенный Верховным Судом СССР еще 18 октября, приведен в исполнение. После этого в мугамной постановке бакинских демонстрантов зазвучали новые мелодии – протесты против «несправедливого» наказания троице сумгаитских людоедов и требования к правительству Азербайджанской ССР защитить честь «героев». В руках бьющейся в истерике на площади Ленина толпы оперативно появились растиражированные портреты Ахмедова, Исмаилова и Джафарова и плакаты с лозунгами «Да здравствуют герои Сумгаита!» и т. д.

post-31580-1265024118_thumb.jpg

20 ноября посетивший Нагорный Карабах генеральный прокурор СССР Александр Сухарев отбыл в Ереван. В этот же день по телевидению выступил первый секретарь ЦК КП Азербайджанской ССР Абдул-Рахман Везиров, который призвал народ к сплочению и превращению в единую силу и еще раз подтвердил, что курс ЦК КП Азербайджана более не совпадает с курсом ЦК КПСС. Это означало только одно: в Баку все было готово к тому, чтобы дать отмашку на начало полномасштабного геноцида против армянского населения республики...

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

post-31580-1269159305.jpg

К началу ноября 1988 года все армянские села Гардманка, а также армянские кварталы в городах (как, например, в Шемахе и Шеки) были блокированы азеротурками. Выезд за пределы сел был сопряжен с риском для жизни и здоровья. Участились отключения электроэнергии и газа. Не работали магазины, школы и учреждения. Жители приступили к организации постов охраны, стараясь контролировать подступы к своим селам, жгли костры по ночам, на дозоры брали с собой имеющееся в наличии охотничье оружие. По ночам жители окраинных домов из соображений безопасности перебирались в дома, расположенные в глубине сел. А днем армянские села навещали жители соседних азербайджанонаселенных, а также представители местных властей, и за бесценок скупали у армянского населения дома, скотину, инвентарь, мебель, предметы быта. К ноябрю 1988-го дома покупать перестали, поскольку стало ясно, что все это вскоре достанется даром. Армянское население республики после сумгаитских событий пребывало в подавленном состоянии. Столицу Азербайджана с 17 ноября сотрясали многотысячные митинги. Аналогичные митинги проходили и на периферии. 21 ноября на митинге в Баку были озвучены новые требования с политической окраской: ликвидация автономии Нагорного Карабаха либо образование аналогичной азербайджанской в Арме­нии, арест членов комитетов «Карабах» и «Крунк», отставка партийного руководителя автономной области Г. Погосяна.

21 ноября 1988 года представитель ЦК КПСС в Нагорном Карабахе Аркадий Вольский распорядился прекратить строительство пансионата для рабочих Канакерского алюминиевого завода в местности Хачин Тап, надеясь таким образом сбить бакинские митинговые страсти. Однако в недрах партийно-административного аппарата Азербайджанской ССР уже вызрел приказ, и зубья гигантской погромной машины пришли в движение. Словно по взмаху невидимой дирижерской палочки одновременно во всех населенных пунктах республики, где проживал хотя бы один армянин, начались массовые погромы. В Кировабаде и Нахиджеване, Шеки и Исмаиллы, Шамхоре и Дашкесане, Шемахе и Ханларе толпы громил, воодушевленные полной безнаказаностью, накаченные водкой и наркотиками, превратившись в потерявшее человеческий облик дикое зверье, принялись убивать, жечь, истязать людей, вся «вина» которых заключалась в их национальной принадлежности. Единственным относительно спокойным местом в Азербайджане оставалась только столица республики – Баку. Хотя и там в указанный период имели место эпизодические нападения на армян.

Не вызывает абсолютно никаких сомнений тот факт, что погромные действия таких колоссальных масштабов и последующая за ними массовая депортация армян из Азербайджанской ССР готовились заранее, были тщательно спланированы, четко организованы и координировались единым центром. Кроме того, все действия разыгрывались по одному и тому же сценарию. Причем происходящее удивительным образом напоминало трагические события, имевшие в этих краях место в 1905-1906, а также в 1918-1920 гг., также заканчивавшиеся резней и исходом армянского насе­ления. Однако ограничивать круг виновных в этих варварских акциях только организаторами в лице азербайджанских партийных бонз и послушными исполнителями в лице «хулиганствующих элементов», было бы в корне неверно. В погромах, убийствах, истязаниях и грабежах участвовало огромное количество обычных граждан азербайджанской национальности, включая студентов и преподавателей, школьников и пенсионеров, женщин и детей. Отцы семейств и многодетные матери, побросав свои домашние дела, с азартом присоединялись к бесчинствующим толпам своих соплеменников. В течение считанных дней из Советского Азербайджана было изгнано свыше 300 тысяч советских граждан-армян. Исключение не делалось ни для кого – ни для больных, ни для детей, ни для немощных стариков.

В ходе этих варварских акций были зафиксированы случаи немыслимых для человеческого понимания жестокостей и чудовищных актов садизма.

Однако, даже несмотря на эффект неожиданности и подавляющее численное превосходство, не везде жестокие акции азеротурок проходили для них гладко. В городе Кировабаде (арм. - Гандзак) им было оказано ожесточенное сопротивление, вошедшее в историю как героическая самооборона армян Гандзака.

Здесь стоит сделать необходимое отступление. До начала ХХ века Гандзак был и оставался практически на 100% армянским городом. Турецкие кварталы возникли здесь лишь после резни и армянских погромов 1905 года. Река Гандзак разделяет город на две части – армянскую и тюркскую. Обратите внимание на зловещее совпадение: оба раза трагические события случались здесь в ноябре месяце: в 1905-ом они начались 18 числа, в 1988-ом – 21-го. Тем не менее до 60-х годов прошлого века в Гандзаке проживало более 45 тысяч армян.

Давление на армянское население усилилось с приходом к власти Гейдара Алиева. Это вызвало усиленный отток армянского населения из родных мест. Причем основную долю отъезжающих составляли представители интеллигенции. Как бы то ни было, к концу 80-х годов в армянской части Кировабада проживало более 30 тысяч армян.

После февральских армянских погромов в Сумгаите поток выезжающих из Кировабада в Армению и другие советские республики возрос в разы. В городе накапливалось напряжение. Стайки юнцов крутили магнитофонные записи с восхвалениями в адрес «героев Сумгаита». Детей в школу сопровождали взрослые. В учреждениях и на предприятиях города армян заставляли подписывать письма с осуждением «карабахских националистов». Произошел ряд инциндентов на национальной почве. Так, в один из дней азербайджанцы схватили 11-летнего армянского мальчика и попытались затащить его в валявшуюся на улице трубу. На отчаянные крики ребенка поспешили соседи-армяне, и мальчика удалось спасти.

Для усиления шовинистического психоза организовывались антиармянские мероприятия. Несколько таких акций под председательством начальника УВД Кировабада Мехтиева прошло в актовом зале городской школы №14 имени Жданова.

17 ноября на площади Ленина в Кировабаде начался митинг, продлившийся четыре дня. В это же время городские власти вели подготовку к крупномасштабным погромам армян. Сотрудники ЖЭК-ов составляли и уточняли адресные списки армянских жителей города, специальные люди помечали армянские квартиры крестами, жители-армяне получали через почтовые ящики письма с угрозами и требованиями оставить город.

21 ноября 1988 года утром к площади Ленина, где, кстати говоря, располагались здания горисполкома и горкома компартии, стали подходить колонны студентов вместе с преподавательским составом, работники промышленных предприятий города, стала собираться молодежь, зеваки. К полудню площадь была полна народу. Выступали ораторы, а точнее – провокаторы, искусно подогревавшие обстановку и возбуждавшие собравшихся. Руководил сим действием секре­тарь райкома компартии Джумшуд Мамедов и его помощники - заведующие отде­лами горкома Зноби Мозаир, Хошбахт Гусейнов и другие. Около 15 часов прямо с площади огромная толпа турок, скандируя «Смерть армянам!» и потрясая над головой транспарантами соответствующего содержания, устремилась в направлении армянских кварталов, где к этому времени, в соответствии с отработанным в Сумгаите сценарием, были отключены телефоны и электричество. Их путь в точности повторял маршрут февральской попытки погрома. Толпа громил, сопровождаемая местной милицией, была вооружена палками, булыжниками, дубинками, обрезками арматуры и металлическими прутами. Первой была разгромлена квартира Виктора Асряна, его отец был жестоко избит. Толпа вихрем прошлась по улицам Октябрьской и Шаумяна – самой крупной в городе, круша все на своем пути и избивая случайных прохожих, и направилась в сторону армянской церкви Сурб Григор Лусаворич. Со здания школы ею был сброшен и разбит о землю барельеф с изображением Хачатура Абовяна, разгромлена комната учителей. Настоятель храма Тер-Саак предусмотрительно запер церковь изнутри. Погромщики в бессильной злобе принялись колотить по стенам храма и закидывать его камнями. Но построенная в середине XIX века церковь на своем веку видела и не такое. В 1905 году она с достоинством выдержала турецкий артиллерийский обстрел! Вандалам пришлось довольствоваться лишь сорванным с церковных ворот крестом, да разгромом подсобных церковных помещений и дома Тер-Саака. Отхлынув от церкви, толпа направилась громить квартал Тязя Шен, однако столкнулась хоть и с немногочисленными, зато настроенными решительно и вооруженными охотничьим оружием армянскими защитниками квартала. Бросив двоих из своих подельников, погромщики, обгоняя друг друга, бросились наутек – в «свою» часть города. На обратном пути ими был подожжен дом №68 по ул. Фиолетова.

Вот только одно из многочисленных свидетельств очевидцев погрома:

«... Они еще с февраля натравили народ на армян, накаляя атмосферу. … Всюду грабеж, избиения, насилие, разгром... Эти садисты шли по улицам: в колонну по три, в черной одежде, с металлическими прутьями в руках. На нашей улице убили одного армянина, а дом его сожгли. Многие помогали погромщи­кам: показывали дома и квартиры армян и русских. Я видела этот хаос, этот ужас... На улицах сжигали принадлежащие армянам машины, мебель, выбивали все стекла. Обезу­мевшие жертвы разбегались с моль­бой о спасении, призывая в помощь Бога. Но неоткуда было ждать спасе­ния. Только в этой церкви удалось найти убежище».

Этим же вечером армянская часть города была оцеплена войсками, а задержанные погромщики обменены на сорванный и похищенный ими крест.

Ближе к ночи подвели итоги дня. Множество раненых из азербайджанской части города, двое погибших – Михаил Аваков и Роза Мелконян. В ночь на 22-е в армянском квартале начали выставлять посты самообороны, жечь костры и готовиться к осаде.

Вслед за началом полномасштабного террора против армянского населения Азербайджанской ССР началась транспортная блокада Нагорно-Карабахской автономной области со стороны Азербайджана. После сентябрьских событий в Ходжалу на дорогах, ведущих в область, развернулась настоящая «каменная» война: совершались неоднократные нападения на пассажирский и грузовой транспорт и частные автомобили армян. Вандалы забрасывали их камнями, десятки людей получили травмы и увечья. И вот теперь автомобильное и железнодорожное сообщение с областью полностью прервалось. Кроме того прекратилась доставка писем и корреспонденции в автономную область, помимо этого в Азербайджане бесследно исчезли тысячи контейнеров с личными и народно-хозяйственными грузами...

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

22 ноября 1988 года, словно по приказу невидимого координационного центра, волна насилия захватывает всю Азербайджанскую ССР, все ее населенные пункты, где проживал хотя бы один армянин. Наиболее жестокие нападения на армян фиксируются в Ханларе (Еленендорф), Шамхоре (Шамкор), Дашкесане (Караат), Мингечауре, Казахе (Халхал), Шеки, Имишли, Шемахе, Исмаиллы и других городах Азербайджана. Убедившиеся в своей полной безнаказанности толпы бандитов громят, убивают, насилуют и грабят, совершенно никого не таясь. В погромах армян принимают активное участие и работники правоохранительных органов Азербайджанской ССР.

В Нахиджеване после антиармянского митинга в центре города толпа громил разнесла здание райкома, выломав в нем окна и двери, сожгла две армейские артиллерийские установки, затем разбрелась по городу, выискивая местожительство немногочисленных армянских семей. К объявлению особого положения последние 122 армянские семьи навсегда покинули некогда славный армянский город, и в этом исконно армянском крае осталось всего три армянских села – полностью блокированных и осажденных.

Организованное сопротивление многочисленным бандам погромщиков удалось осуществить только в Кировабаде (Гандзак). В этот день с утра произошло второе нападение азербайджанских турок на армянскую часть города. Однако на этот раз прорваться вглубь армянских кварталов погромщикам не удалось – они были отброшены и рассеяны, около десятка жаждущих армянской крови налетчиков было взято в плен.

В течение первых дней сопротивления по периметрам армянской части города были расставлены посты самообороны, а из числа активистов общины создан Комитет по обороне города и помощи пострадавшим «Гандзак». Комитет взял на себя все функции управления армянской частью города – как вопросы самообороны, так и задачи обеспечения беженцев и жителей района водой, питанием и медицинской помощью. Сюда же стекалась вся информация о происходящих в городе и регионе событиях. Штаб комитета располагался в помещениях городской армянской церкви Сурб Григор Лусаворич. Еще один опорный пункт комитета размещался в клубе армянского микрорайона Тязя Шен (Красное село). Комитет функционировал в городе до отъезда отсюда последних армян в 1989 году. Впоследствии его правопреемником станет общественная организация по вопросам армянских беженцев «Аазанг».

К моменту начала ноябрьской эскалации событий за пределами армянской части города проживало около трети из 40 тысяч гандзакских армян. Количество же азербайджанских тюрок в этих районах превышало 220 тысяч человек. В турецкой части города армяне жили разрозненно, как в Сумгаите. На каждый многоэтажный дом приходилось 2-3 армянские семьи. Именно армянское население турецкой части города, а также новых кварталов правобережья – КирАЗ-а и Гюлистана и оказалось, в буквальном смысле слова, беззащитной мишенью для огромной озверелой толпы. Те, кому удалось вырваться из турецких кварталов города, - перепуганные, избитые, подвергшиеся физическому и сексуальному насилию, без документов, без средств к существованию, без одежды, - нашли пристанище во дворе церкви Григор Лусаворич. Вообще, этот величественный армянский храм со следом от прямого попадания турецкого пушечного ядра на куполе (память о событиях 1905 года – Пандухт), стал для армян в те дни средоточием веры и надежды и символом сопротивления врагу. Звон его колоколов в те тревожные дни возвещал жителям не о начале богослужения, а об очередном нападении жестокого и не знающего жалости врага. Здесь же, в здании церковно-приходской школы был организован госпиталь для раненых и пострадавших в результате погромов и столкновений. Через этот госпиталь в дни героической обороны Гандзака в общей сложности прошло более шести сотен раненных в столкновениях и зверски избитых во время погромов армян. Здесь даже успели родиться два армянских малыша. Мальчика в честь прославленного армянского полководца назвали Андраником. Еще один пункт медицинской помощи населению был открыт в клубе Тязя Шена. Как в церкви, так и в клубе Красного села действовали пункты общественного питания – своеобразные военно-полевые кухни, куда жители добровольно сдавали свои продовольственные запасы. Медикаменты для раненых и избитых людей также добровольно сдавались местными жителями. По моему глубокому убеждению, организация и организованность обороны Гандзака, героизм, бесстрашие и подлинное самопожертвование гандзакских армян в противостоянии с в разы превосходящим жестоким врагом, позволяют без всяких оговорок поставить эти события в один ряд с аналогичной обороной Вана и Мусалера в 1915 году, и Аскерана в 1992-ом.

Информация о начале масштабной волны армянских погромов в Азербайджане пришла в Армению лишь вечером, когда в Ереване открылась очередная сессия Верховного Совета Армянской ССР. По предложению прибывшего из Арцаха Аркадия Вольского, руководство Армянской ССР распорядилось прервать заседание ввиду резкого обострения обстановки в регионе. Но на митинге на Театральной площади представители комитета «Карабах» потребовали возобновления прерванной сессии. К этому требованию присоединились и многие депутаты Верховного Совета.

Однако в ночь с 22 на 23 ноября, когда в Ереване был установлен режим особого положения (чуть более смягченный вариант чрезвычайного положения – П.), армянский парламент будет фактически распущен. И это несмотря на то, что насильственных действий на этнической почве, в отличие от Азербайджанской ССР, в Ереване не было, и быть по определению не могло.

Share this post


Link to post
Share on other sites

В ночь с 22-го на 23-е ноября 1988 года в город Кировабад (Гандзак) были введены подразделения внутренних войск МВД СССР, формально - для обеспечения общественного порядка. Военным комендантом города был назначен генерал-майор Петр Полях, первым же приказом которого стало объявление в Кировабаде комендантского часа с 22-х до 6 часов утра. Удивительно, но войска расположились не в районе водораздела между армянской и турецкой частями города, а в чисто азербайджанском микрорайоне Багманляр. Власти города пошли на этот шаг умышленно: на утро было намечено решающее наступление азеротурецких погромщиков на армянскую часть города с целью до завершения первоначального этапа дислокации советских войск окончательно «закрыть» армянский вопрос в этом, отдельно взятом городе.

Итак, утром 23 ноября огромная толпа азеротурок пошла в массированную и, пожалуй, самую мощную за все время атаку на армянские кварталы Гандзака. Однако надеждам погромщиков захватить армянскую часть города и на этот раз не суждено было сбыться: атака была успешно пресечена еще на мосту по улице Джапаридзе. Двое нападавших отправились к своим алтайским праотцам, еще несколько десятков были задержаны армянскими ополченцами. Все они позднее были допрошены в штабе комитета, а их показания запротоколированы. А битая армянами погромная толпа, завывая от страха и бессильной злобы, ринулась наутек и, заполнив через некоторое время площадь Ленина перед зданием горкома партии и городской администрации, стала требовать… вывода армейских частей из Кировабада, смены городского руководства, допустившего ввод войск, ну и, как водится, смерти армянам. Отдельного «внимания» ревущей толпы азеротурок удостоился настоятель церкви Сурб Григор Тер-Саак. Не сумевшая в первый день эскалации разнести этот армянский храм, а затем еще дважды битая армянами толпа «толерантов», пообещала отрезать священнику голову и вручить ее армянам на подносе. К этому времени здание горкома уже было взято под охрану подразделениями внутренних войск. В самый разгар этого несанкционированного националистического митинга на площадь на большой скорости въехал грузовик и буквально протаранил строй советских солдат. В результате данного инцидента трое советских военнослужащих погибли. Однако советская пресса тех лет полностью исказила суть трагедии. В частности, газета «Комсомольская правда» поведала союзному читателю, что шеренга солдат прикрывала собой, якобы, не здание кировабадского горкома партии, а… армян, и грузовик наскочил на солдат… с тыла. И это притом, что площадь Ленина находится в глубине азербайджанской части города и на достаточном удалении от армянской.

К слову сказать, это была далеко не первая, и будет далеко не последняя ложь союзной прессы о карабахском конфликте и армянском народе. Так, в сентябре 1988-го, сразу после введения в НКАО и Агдамском районе особого положения, в №41 еженедельника «Ветеран» была опубликована статья некоего подполковника Ракитина «Особое положение», в которой говорилось буквально следующее: «В Ереване воинам предлагали крупные суммы денег, спиртное, наркотики, женщин за минутную потерю бдительности при несении службы. Но никто не поддался на провокацию, и в этом я вижу большую заслугу политорганов, партийных и комсомольских организаций, воспитавших у воинов высокое понятие о чести и долге солдата». А вот вам еще одна провокация. В журнале записей Постпредства Армянской ССР в Москве зафиксирован следующий факт: «В Постпредство позвонил некто Поднарук из газеты «Известия» и заявил, что, как он узнал из авторитетных источников, в армянской церкви (Кировабада - Пандухт) никого нет. Всех больных и пострадавших перевезли в госпиталь и в городскую больницу. Он обвинил армян в разжигании и провокации...».

Комментарии, как говорится, излишни.

В конце концов, бесчинствующей толпе удалось прорвать оцепление, ворваться в здание горкома и даже поджечь его. Однако вызванные на подмогу дополнительные подразделения внутренних войск в короткое время сумели зачистить здание от погромщиков и больше подобного развития событий не допускали.

Как бы то ни было, вся злоба битых погромщиков переключилась на беззащитное армянское население турецкого левобережья, а также новых микрорайонов правого берега – КирАЗа и Гюлистана. Жестокие погромы, избиения и изнасилования продолжались здесь вплоть до 25 ноября. Всего в первые дни было разгромлено более тысячи армянских квартир, а их общее количество за все дни эскалации составило четыре тысячи. Однако, благодаря грамотной самообороне, помощи отважных добровольцев из армянских кварталов города, а также военнослужащих советской армии, армянам этих кварталов удалось вырваться в «свою» часть города, некоторое количество людей нашло убежище под крышами войсковых подразделений. В этих, продолжавшихся три дня столкновениях, азеротурецкие погромщики оставили на «поле боя» более десятка убитых.

Не удовольствовавшись разрушением памятника Хачатуру Абовяну у носящей его имя армянской школы №10, вандалы посрывали таблички с армянскими названиями улиц, разбили памятник писателю, уроженцу Гандзака Акопу Акопяну, сломали и сбросили с постамента памятник маршалу И. Х. Баграмяну и, зацепив его тросом, под восторженное улюлюканье толпы таскали по улицам азербайджанского квартала.

Но только погромами и актами вандализма дело не ограничилось. В эти же дни все работники-армяне были изгнаны со своих рабочих мест. У армян, пришедших снять вклады в сберегательных кассах города, безжалостно рвались паспорта, то же самое происходило и в кассах Аэрофлота. Очень много людей осталось совершенно без документов. Из городских стационаров были варварски изгнаны все больные армянской национальности, включая тяжелобольных и недавно прооперированных. Большинство из них нашло приют и уход в медицинском пункте армянского квартала. При этом надо учесть, что в армянскую часть города «скорая помощь» не выезжала. Кроме того, здесь не функционировал транспорт, сюда не подавалась вода, отключались телефонная связь и подача газа. Армян – жителей азербайджанских кварталов заставили отправить коллективную телеграмму в адрес генсека Горбачева с требованием «не отдавать Карабах армянским националистам».

С вечера 23 ноября членам комитета «Гандзак» удалось согласовать с военной комендатурой вопрос спасения армян, не сумевших с началом событий выбраться из азербайджанской части города. Для этих целей было выделено два автобуса, взвод военнослужащих сопровождения под руководством офицера, а также более двух десятков пропусков, разрешающих нахождение вне дома во время комендантского часа.

В первую же ночь после объявления особого положения десять армянских добровольцев в составе вышеуказанной группы отправились в турецкую часть города и вывезли оттуда более семи десятков армян – в основном женщин, детей и стариков, прятавшихся в подвалах и на чердаках кировабадских пяти- и семиэтажек. Их местоположение узнавали из рассказов тех армян, кому удалось найти спасение в армянской части города. Кроме того, комендантом Поляхом был отдан приказ открывать огонь на поражение по погромщикам в случае нападения на группу спасения и, таким образом, в эту ночь были ликвидированы трое нападавших закавказских турок – жителей Кировабада.

После доставки спасенных людей в штаб комитета, здесь началась регистрация и прием заявлений от жертв погромов. В обществе армянских беженцев «Аазанг» в Ереване в настоящий момент хранятся тысячи копий заявлений в Генеральную прокуратуру СССР от армян Гандзака, чье жилье было варварским образом разгромлено, а имущество не менее варварски разграблено и расхищено, а также письменные показания захваченных в плен погромщиков. А поисково-спасательные рейды, подобные рейду в ночь с 23-го на 24-е, продолжились и в последующие ночи.

Всего в ходе ожесточенных столкновений между азербайджанскими погромщиками и обороняющимися от них армянами в Гандзаке погибло трое армян и 27 азербайджанских погромщиков. Это статистика именно столкновений. Причем из 27 погибших турок военнослужащими советских внутренних войск были ликвидированы лишь пятеро. Всех остальных бандитов уничтожили члены армянских отрядов самообороны Гандзака. Эта статистика красноречиво свидетельствует о том, что осажденные гандзакские армяне не только активно оборонялись, но и наносили по азеротуркам превентивные удары, били количественно в разы превосходящего врага по всем правилам ведения уличного боя.

В это же время появляется и новое явление периода развала огромной страны, которое позднее примет массовый характер - заложники. Первыми такими заложниками стали мирные армянские жители Карабаха, Азербайджана, а также жители приграничных с этой республикой районов Армении. Одним из первых советских заложников оказался уроженец Ханлара Саркис Чилингарян 1923 года рождения, за освобождение которого родственниками была уплачена значительная сумма.

Знаменитый советский правозащитник Андрей Сахаров, в то время находившийся в США, получив известия об эскалации напряженности в регионе, изменил программу своего зарубежного визита таким образом, чтобы привлечь как можно больше внимания мировой общественности к произволу и беззакониям, творящимся в отношении армян в Советском Азербайджане. Он призвал советское руководство публиковать полную и объективную информацию о происходящих в регионе событиях, для чего разрешить журналистам беспрепятственный допуск в объятое пламенем межнациональных столкновений Закавказье. Кроме того, Сахаров потребовал направить в Азербайджан воинские подразделения в количестве, достаточном для защиты армянского населения, а самим местным армянам разрешить организовывать отряды самообороны. Главным же требованием Андрея Дмитриевича к руководству СССР стало требование о выведении НКАО из подчинения Азербайджанской ССР с одновременным введением временного административного управления со стороны центрального правительства.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0