Sign in to follow this  
Followers 0
Wir

Высоцкий

35 posts in this topic

Прощание

Корабли постоят - и ложатся на курс, -

Но они возвращаются сквозь непогоды...

Не пройдет и полгода - и я появлюсь, -

Чтобы снова уйти на полгода.

Возвращаются все - кроме лучших друзей,

Кроме самых любимых и преданных женщин.

Возвращаются все - кроме тех, кто нужней, -

Я не верю судьбе, а себе - еще меньше.

Но мне хочется верить, что это не так,

Что сжигать корабли скоро выйдет из моды.

Я, конечно, вернусь - весь в друзьях и в делах -

Я, конечно, спою - не пройдет и полгода.

Я, конечно, вернусь - весь в друзьях и в мечтах, -

Я, конечно, спою - не пройдет и полгода.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Песня о друге

Если друг

оказался вдруг

И не друг, и не враг,

а так;

Если сразу не разберешь,

Плох он или хорош, -

Парня в горы тяни -

рискни! -

Не бросай одного

его:

Пусть он в связке в одной

с тобой -

Там поймешь, кто такой.

Если парень в горах -

не ах,

Если сразу раскис

и вниз,

Шаг ступил на ледник -

и сник,

Оступился - и в крик, -

Значит, рядом с тобой -

чужой,

Ты его не брани -

гони.

Вверх таких не берут

и тут

Про таких не поют.

Если ж он не скулил,

не ныл,

Пусть он хмур был и зол,

но шел.

А когда ты упал

со скал,

Он стонал,

но держал;

Если шел он с тобой

как в бой,

На вершине стоял - хмельной, -

Значит, как на себя самого

Положись на него!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Здесь вам не равнина

Здесь вам не равнина, здесь климат иной -

Идут лавины одна за одной.

И здесь за камнепадом ревет камнепад, -

И можно свернуть, обрыв обогнуть, -

Но мы выбираем трудный путь,

Опасный, как военная тропа!.

Кто здесь не бывал, кто не рисковал -

Тот сам себя не испытал,

Пусть даже внизу он звезды хватал с небес:

Внизу не встретишь, как не тянись,

За всю свою счастливую жизнь

Десятой доли таких красот и чудес.

Нет алых роз и траурных лент,

И не похож на монумент

Тот камень, что покой тебе подарил, -

Как Вечным огнем, сверкает днем

Вершина изумрудным льдом -

Которую ты так и не покорил.

И пусть говорят, да, пусть говорят,

Но - нет, никто не гибнет зря!

Так лучше - чем от водки и от простуд.

Другие придут, сменив уют

На риск и непомерный труд, -

Пройдут тобой не пройденный маршрут.

Отвесные стены... А ну - не зевай!

Ты здесь на везение не уповай -

В горах не надежны ни камень, ни лед, ни скала, -

Надеемся только на крепость рук,

На руки друга и вбитый крюк -

И молимся, чтобы страховка не подвела.

Мы рубим ступени... Ни шагу назад!

И от напряженья колени дрожат,

И сердце готово к вершине бежать из груди.

Весь мир на ладони - ты счастлив и нем

И только немного завидуешь тем,

Другим - у которых вершина еще впереди.

1966

Share this post


Link to post
Share on other sites

В суету городов и в потоки машин

Возвращаемся мы - просто некуда деться! -

И спускаемся вниз с покоренных вершин,

Оставляя в горах свое сердце.

Так оставьте ненужные споры -

Я себе уже все доказал:

Лучше гор могут быть только горы,

На которых еще не бывал.

Кто захочет в беде оставаться один,

Кто захочет уйти, зову сердца не внемля?!

Но спускаемся мы с покоренных вершин, -

Что же делать - и боги спускались на землю.

Так оставьте ненужные споры -

Я себе уже все доказал:

Лучше гор могут быть только горы,

На которых еще не бывал.

Сколько слов и надежд, сколько песен и тем

Горы будят у нас - и зовут нас остаться! -

Но спускаемся мы - кто на год, кто совсем, -

Потому что всегда мы должны возвращаться.

Так оставьте ненужные споры -

Я себе уже все доказал:

Лучше гор могут быть только горы,

На которых никто не бывал!

Share this post


Link to post
Share on other sites

ОХОТА НА ВОЛКОВ

Рвусь из сил и из всех сухожилий,

Но сегодня - опять, как вчера,-

Обложили меня, обложили,

Гонят весело на номера.

Из-за елей хлопочут двустволки -

Там охотники прячутся в тень.

На снегу кувыркаются волки,

Превратившись в живую мишень.

Идет охота на волков, идет охота!

На серых хищников - матерых и щенков.

Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.

Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Не на равных играют с волками

Егеря, но не дрогнет рука!

Оградив нам свободу флажками,

Бьют уверенно, наверняка.

Волк не может нарушить традиций.

Видно, в детстве, слепые щенки,

Мы, волчата, сосали волчицу

И всосали - "Нельзя за флажки!"

Идет охота на волков, идет охота!

На серых хищников - матерых и щенков.

Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.

Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Наши ноги и челюсти быстры.

Почему же - вожак, дай ответ -

Мы затравленно мчимся на выстрел

И не пробуем через запрет?

Волк не должен, не может иначе!

Вот кончается время мое.

Тот, которому я предназначен,

Улыбнулся и поднял ружье.

Идет охота на волков, идет охота!

На серых хищников - матерых и щенков.

Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.

Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Я из повиновения вышел

За флажки - жажда жизни сильней!

Только сзади я радостно слышал

Удивленные крики людей.

Рвусь из сил, из всех сухожилий,

Но сегодня - не так, как вчера!

Обложили меня, обложили,

Но остались ни с чем егеря!

Идет охота на волков, идет охота!

На серых хищников - матерых и щенков.

Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.

Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Это стихотворение считается последним его произведением. Адресовано жене.

И снизу лед, и сверху. Маюсь между.

Пробить ли верх иль пробуравить низ?

Конечно, всплыть и не терять надежду,

А там - за дело, в ожиданьи виз.

Лед надо мною, надломись и тресни!

Я весь в поту, как пахарь от сохи.

Вернусь к тебе, как корабли из песни,

Все помня, даже старые стихи.

Мне меньше полувека - сорок с лишним,

Я жив, двенадцать лет тобой и господом храним.

Мне есть что спеть, представ перед всевышним,

Мне есть чем оправдаться перед ним.

Share this post


Link to post
Share on other sites

О ПОЭТАХ И КЛИКУШАХ

Поэтам и прочим, но больше - поэтам

Кто кончил жизнь трагически - тот истинный поэт,

А если в точный срок - так в полной мере.

На цифре 26 один шагнул под пистолет,

Другой же - в петлю слазил в "Англетере".

А в тридцать три Христу... (Он был поэт, он говорил:

"Да не убий!" Убьешь - везде найду, мол.)

Но - гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил,

Чтоб не писал и ни о чем не думал.

С меня при цифре 37 в момент слетает хмель.

Вот и сейчас как холодом подуло:

Под эту цифру Пушкин подгадал себе дуэль

И Маяковский лег виском на дуло.

Задержимся на цифре 37. Коварен бог -

Ребром вопрос поставил: или - или.

На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо,

А нынешние как-то проскочили.

Дуэль не состоялась или перенесена,

А в тридцать три распяли, но не сильно.

А в тридцать семь - не кровь, да что там кровь - и седина

Испачкала виски не так обильно.

Слабо стреляться? В пятки, мол, давно ушла душа?

Терпенье, психопаты и кликуши!

Поэты ходят пятками по лезвию ножа

И режут в кровь свои босые души.

На слово "длинношеее" в конце пришлось три "е".

Укоротить поэта! - вывод ясен.

И нож в него - но счастлив он висеть на острие,

Зарезанный за то, что был опасен.

Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр!

Томитесь, как наложницы в гареме:

Срок жизни увеличился, и, может быть, концы

Поэтов отодвинулись на время!

Share this post


Link to post
Share on other sites

ЕНГИБАРОВУ - ОТ ЗРИТЕЛЕЙ

Шут был вор: он воровал минуты -

Грустные минуты, тут и там,-

Грим, парик, другие атрибуты

Этот шут дарил другим шутам.

В светлом цирке между номерами

Незаметно, тихо, налегке

Появлялся клоун между нами

Иногда в дурацком колпаке.

Зритель наш шутами избалован -

Жаждет смеха он, тряхнув мошной,

И кричит: "Да разве это клоун!

Если клоун - должен быть смешной!"

Вот и мы... Пока мы вслух ворчали:

"Вышел на арену, так смеши!"-

Он у нас тем временем печали

Вынимал тихонько из души.

Мы опять в сомненье - век двадцатый:

Цирк у нас, конечно, мировой,-

Клоун, правда, слишком мрачноватый -

Невеселый клоун, не живой.

Ну а он, как будто в воду канув,

Вдруг при свете, нагло, в две руки

Крал тоску из внутренних карманов

Наших душ, одетых в пиджаки.

Мы потом смеялись обалдело,

Хлопали, ладони раздробя.

Он смешного ничего не делал -

Горе наше брал он на себя.

Только - балагуря, тараторя,-

Все грустнее становился мим:

Потому что груз чужого горя

По привычке он считал своим.

Тяжелы печали, ощутимы -

Шут сгибался в световом кольце,-

Делались все горше пантомимы,

И морщины глубже на лице.

Но тревоги наши и невзгоды

Он горстями выгр###### из нас -

Будто обезболивал нам роды,-

А себе - защиты не припас.

Мы теперь без боли хохотали,

Весело по нашим временам:

Ах, как нас прекрасно обокрали -

Взяли то, что так мешало нам!

Время! И, разбив себе колени,

Уходил он, думая свое.

Рыжий воцарился на арене,

Да и за пределами ее.

Злое наше вынес добрый гений

За кулисы - вот нам и смешно.

Вдруг - весь рой украденных мгновений

В нем сосредоточился в одно.

В сотнях тысяч ламп погасли свечи.

Барабана дробь - и тишина...

Слишком много он взвалил на плечи

Нашего - и сломана спина.

Зрители - и люди между ними -

Думали: вот пьяница упал...

Шут в своей последней пантомиме

Заигрался - и переиграл.

Он застыл - не где-то, не за морем -

Возле нас, как бы прилег, устав,-

Первый клоун захлебнулся горем,

Просто сил своих не рассчитав.

Я шагал вперед неукротимо,

Но успев склониться перед ним.

Этот трюк - уже не пантомима:

Смерть была - царица пантомим!

Этот вор, с коленей срезав путы,

По ночам не угонял коней.

Умер шут. Он воровал минуты -

Грустные минуты у людей.

Многие из нас бахвальства ради

Не давались: проживем и так!

Шут тогда подкрадывался сзади

Тихо и бесшумно - на руках...

Сгинул, канул он - как ветер сдунул!

Или это шутка чудака?..

Только я колпак ему - придумал,-

Этот клоун был без колпака.

1972

Share this post


Link to post
Share on other sites

Кони привередливые

Вдоль обрыва, по-над пропастью, по самому краю

Я коней своих нагайкою стегаю, погоняю...

Что-то воздуху мне мало - ветер пью, туман глотаю, -

Чую с гибельным восторгом: пропадаю, пропадаю!

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!

Вы тугую не слушайте плеть!

Но что-то кони мне попались привередливые -

И дожить не успел, мне допеть не успеть.

Я коней напою,

я куплет допою -

Хоть мгновенье еще постою

на краю...

Сгину я - меня пушинкой ураган сметет с ладони,

И в санях меня галопом повлекут по снегу утром, -

Вы на шаг неторопливый перейдите, мои кони,

Хоть немного, но продлите путь к последнему приюту!

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!

Не указчики вам кнут и плеть!

Но что-то кони мне попались привередливые -

И дожить не успел, мне допеть не успеть.

Я коней напою,

я куплет допою -

Хоть мгновенье еще постою

на краю...

Мы успели: в гости к Богу не бывает опозданий, -

Так, что ж там ангелы поют такими злыми голосами?!

Или это колокольчик весь зашелся от рыданий,

Или я кричу коням, чтоб не несли так быстро сани?!

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!

Умоляю вас вскачь не лететь!

Но что-то кони мне попались привередливые...

Коль дожить не успел, так хотя бы - допеть!

Я коней напою,

я куплет допою -

Хоть мгновенье еще постою

на краю...

1972

Share this post


Link to post
Share on other sites

Мой Гамлет

Я только малость объясню в стихе,

На все я не имею полномочий...

Я был зачат, как нужно, во грехе, -

В поту и нервах первой брачной ночи.

Я знал, что отрываясь от земли, -

Чем выше мы, тем жестче и суровей.

Я шел спокойно прямо в короли

И вел себя наследным принцем крови.

Я знал - все будет так, как я хочу.

Я не бывал внакладе и в уроне.

Мои друзья по школе и мечу

Служили мне, как их отцы - короне.

Не думал я над тем, что говорю,

И с легкостью слова бросал на ветер -

Мне верили и так, как главарю,

Все высокопоставленные дети.

Пугались нас ночные сторожа,

Как оспою, болело время нами.

Я спал на кожах, мясо ел с ножа

И злую лошадь мучил стременами.

Я знал, мне будет сказано: "Царуй!" -

Клеймо на лбу мне рок с рожденья выжег,

И я пьянел среди чеканных сбруй.

Был терпелив к насилью слов и книжек.

Я улыбаться мог одним лишь ртом,

А тайный взгляд, когда он зол и горек,

Умел скрывать, воспитанный шутом.

Шут мертв теперь: "Аминь!" Бедняга! Йорик!

Но отказался я от дележа

Наград, добычи, славы, привилегий.

Вдруг стало жаль мне мертвого пажа...

Я объезжал зеленые побеги.

Я позабыл охотничий азарт,

Возненавидел и борзых, и гончих,

Я от подранка гнал коня назад

И плетью бил загонщиков и ловчих.

Я видел - наши игры с каждым днем

Все больше походили на бесчинства.

В проточных водах по ночам, тайком

Я отмывался от дневного свинства.

Я прозревал, глупея с каждым днем,

Я прозевал домашние интриги.

Не нравился мне век и люди в нем

Не нравились. И я зарылся в книги.

Мой мозг, до знаний жадный как паук,

Все постигал: недвижность и движенье.

Но толка нет от мыслей и наук,

Когда повсюду им опроверженье.

С друзьями детства перетерлась нить, -

Нить Ариадны оказалась схемой.

Я бился над вопросом "быть, не быть",

Как над неразрешимою дилеммой.

Но вечно, вечно плещет море бед.

В него мы стрелы мечем - в сито просо,

Отсеивая призрачный ответ

От вычурного этого вопроса.

Зов предков слыша сквозь затихший гул,

Пошел на зов, - сомненья крались с тылу,

Груз тяжких дум наверх меня тянул,

А крылья плоти вниз влекли, в могилу.

В непрочный сплав меня спаяли дни -

Едва застыв, он начал расползаться.

Я пролил кровь, как все, и - как они,

Я не сумел от мести отказаться.

А мой подъем пред смертью - есть провал.

Офелия! Я тленья не приемлю.

Но я себя убийством уравнял

С тем, с кем я лег в одну и ту же землю.

Я, Гамлет, я насилье презирал,

Я наплевал на Датскую корону.

Но в их глазах - за трон я глотку рвал

И убивал соперника по трону.

Но гениальный всплеск похож на бред,

В рожденьи смерть проглядывает косо.

А мы все ставим каверзный ответ

И не находим нужного вопроса.

1972

Share this post


Link to post
Share on other sites

Оплавляются свечи

На старинный паркет,

И стекает на плечи

Серебро с эполет.

Как в агонии бродит

Золотое вино...

Все былое уходит, -

Что придет - все равно.

И, в предсмертном томленье

Озираясь назад,

Убегают олени,

Нарываясь на залп.

Кто-то дуло наводит

На невинную грудь...

Все былое уходит, -

Пусть придет что-нибудь.

Кто-то злой и умелый,

Веселясь, наугад

Мечет острые стрелы

В воспаленный закат.

Слышно в буре мелодий

Повторение нот...

Пусть былое уходит, -

Пусть придет что придет.

Share this post


Link to post
Share on other sites

А Высоцкий еврей ... ?

Share this post


Link to post
Share on other sites

. если не армянин и талантлив, то кто же?

Share this post


Link to post
Share on other sites
. если не армянин и талантлив, то кто же?

Ну разумеется... ;)

Share this post


Link to post
Share on other sites

не все равно? :/

:yes: Безусловно все равно, будь он хоть удмуртом, разве это важно :blink:

Edited by Witch

Share this post


Link to post
Share on other sites

:inlove:

Всю туманную серую краску,

Как волшебник, швырни в решето.

Расскажи мне красивую сказку

Ни про что...

Ты сожми мне покрепче запястье,

Два бокала мутного счастья...закажи...

Правда, эти напитки не стойки...

Share this post


Link to post
Share on other sites
пробую понять какая самая-самая любимая у него, не могу :inlove:

Тебе помочь :rolleyes: Все :inlove: :inlove:

Share this post


Link to post
Share on other sites

БАЛЛАДА О ЛЮБВИ

Когда вода всемирного потопа

Вернулась вновь в границы берегов,

Из пены уходящего потока

На берег тихо выбралась любовь

И растворилась в воздухе до срока,

А срока было сорок сороков.

И чудаки - еще такие есть -

Вдыхают полной грудью эту смесь.

И ни наград не ждут, ни наказанья,

И, думая, что дышат просто так,

Они внезапно попадают в такт

Такого же неровного дыханья...

Только чувству, словно кораблю,

Долго оставаться на плаву,

Прежде чем узнать, что "я люблю",-

То же, что дышу, или живу!

И вдоволь будет странствий и скитаний,

Страна Любви - великая страна!

И с рыцарей своих для испытаний

Все строже станет спрашивать она.

Потребует разлук и расстояний,

Лишит покоя, отдыха и сна...

Но вспять безумцев не поворотить,

Они уже согласны заплатить.

Любой ценой - и жизнью бы рискнули,

Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить

Волшебную невидимую нить,

Которую меж ними протянули...

Свежий ветер избранных пьянил,

С ног сбивал, из мертвых воскрешал,

Потому что, если не любил,

Значит, и не жил, и не дышал!

Но многих захлебнувшихся любовью,

Не докричишься, сколько не зови...

Им счет ведут молва и пустословье,

Но этот счет замешан на крови.

А мы поставим свечи в изголовье

Погибшим от невиданной любви...

Их голосам дано сливаться в такт,

И душам их дано бродить в цветах.

И вечностью дышать в одно дыханье,

И встретиться со вздохом на устах

На хрупких переправах и мостах,

На узких перекрестках мирозданья...

Я поля влюбленным постелю,

Пусть поют во сне и наяву!

Я дышу - и значит, я люблю!

Я люблю - и, значит, я живу!

Share this post


Link to post
Share on other sites

ЛИРИЧЕСКАЯ

Здесь лапы у елей дрожат на весу,

Здесь птицы щебечут тревожно.

Живешь в заколдованном диком лесу,

Откуда уйти невозможно.

Пусть черемухи сохнут бельем на ветру,

Пусть дождем опадают сирени -

Все равно я отсюда тебя заберу

Во дворец, где играют свирели.

Твой мир колдунами на тысячи лет

Укрыт от меня и от света.

И думаешь ты, что прекраснее нет,

Чем лес заколдованный этот.

Пусть на листьях не будет росы поутру,

Пусть луна с небом пасмурным в ссоре,-

Все равно я отсюда тебя заберу

В светлый терем с балконом на море.

В какой день недели, в котором часу

Ты выйдешь ко мне осторожно?

Когда я тебя на руках унесу

Туда, где найти невозможно?

Украду, если кража тебе по душе,-

Зря ли я столько сил разбазарил?

Соглашайся хотя бы на рай в шалаше,

Если терем с дворцом кто-то занял!

Share this post


Link to post
Share on other sites

БЕЛОЕ БЕЗМОЛВИЕ

Все года и века и эпохи подряд

Все стремится к теплу от морозов и вьюг.

Почему ж эти птицы на север летят,

Если птицам положено только на юг?

Слава им не нужна и величие.

Вот под крыльями кончится лед,

И найдут они счастие птичее,

Как награду за дерзкий полет.

Что же нам не жилось, что же нам не спалось?

Что нас выгнало в путь по высокой волне?

Нам сиянья пока наблюдать не пришлось.

Это редко бывает - сиянья в цене!

Тишина. Только чайки - как молнии.

Пустотой мы их кормим из рук.

Но наградою нам за безмолвие

Обязательно будет звук.

Как давно снятся нам только белые сны,

Все иные оттенки снега замели.

Мы ослепли давно от такой белизны,

Но прозреем от черной полоски земли.

Наше горло отпустит молчание,

Наша слабость растает, как тень.

И наградой за ночи отчаянья

Будет вечный полярный день.

Север, воля, надежда,- страна без границ,

Снег без грязи, как долгая жизнь без вранья.

Воронье нам не выклюет глаз из глазниц,

Потому что не водится здесь воронья.

Кто не верил в дурные пророчества,

В снег не лег ни на миг отдохнуть,

Тем наградою за одиночество

Должен встретиться кто-нибудь.

Share this post


Link to post
Share on other sites

ДЕРЕВЯННЫЕ КОСТЮМЫ

Как все мы веселы бываем и угрюмы,

Но если надо выбирать и выбор труден,

Мы выбираем деревянные костюмы,

Люди, люди...

Нам будут долго предлагать - не прогадать.

- Ах!- скажут,- что вы, вы еще не жили!

Вам надо только-только начинать... -

Ну, а потом предложат: или-или.

Или пляжи, вернисажи или даже

Пароходы, в них наполненные трюмы,

Экипажи, скачки, рауты, вояжи...

Или просто - деревянные костюмы.

И будут веселы они или угрюмы,

И будут в роли злых шутов иль добрых судей,

Но нам предложат деревянные костюмы,

Люди, люди...

Нам могут даже предложить и закурить.

- Ах!- вспомнят, - вы ведь долго не курили.

Да вы еще не начинали жить...-

Ну, а потом предложат: или-или.

Дым папиросы навевает что-то...

Одна затяжка - веселее думы.

Курить охота, ох, курить охота!

Но надо выбрать деревянные костюмы.

И будут вежливы и ласковы настолько -

Предложат жизнь счастливую на блюде.

Но мы откажемся... И бьют они жестоко,

Люди, люди, люди...

Share this post


Link to post
Share on other sites

Если я богат, как царь морской,

Крикни только мне: "Лови блесну!"-

Мир подводный и надводный свой,

Не задумываясь, выплесну!

Дом хрустальный на горе для нее.

Сам, как пес бы, так и рос в цепи.

Родники мои серебрянные,

Золотые мои россыпи!

Если беден я, как пес, один,

И в дому моем шаром кати -

Ведь поможешь ты мне, господи!

Не позволишь жизнь скомкати...

Дом хрустальный на горе для нее.

Сам, как пес бы, так и рос в цепи.

Родники мои серебрянные,

Золотые мои россыпи!

Не сравнил бы я любую с тобой,

Хоть казни меня, расстреливай.

Посмотри, как я любуюсь тобой,-

Как Мадонной Рафаэлевой!

Дом хрустальный на горе для нее.

Сам, как пес бы, так и рос в цепи.

Родники мои серебрянные,

Золотые мои россыпи!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Люблю тебя сейчас, не тайно - напоказ.

Не "после" и не "до" в лучах твоих сгораю.

Навзрыд или смеясь, но я люблю сейчас,

А в прошлом - не хочу, а в будущем - не знаю.

В прошедшем "я любил" - печальнее могил,-

Все нежное во мне бескрылит и стреножит,

Хотя поэт поэтов говорил:

"Я вас любил, любовь еще, быть может..."

Так говорят о брошенном, отцветшем -

И в этом жалость есть и снисходительность,

Как к свергнутому с трона королю.

Есть в этом сожаленье об ушедшем

Стремленьи, где утеряна стремительность,

И как бы недоверье к "я люблю".

Люблю тебя теперь - без пятен, без потерь,

Мой век стоит сейчас - я вен не перережу!

Во время, в продолжение, теперь -

Я прошлым не дышу и будущим не брежу.

Приду и вброд, и вплавь к тебе - хоть обезглавь!-

С цепями на ногах и с гирями по пуду.

Ты только по ошибке не заставь,

Чтоб после "я люблю" добавил я "и буду".

Есть горечь в этом "буду", как ни странно,

Подделанная подпись, червоточина

И лаз для отступленья, про запас,

Бесцветный яд на самом дне стакана.

И словно настоящему пощечина, -

Сомненье в том, что "я люблю" сейчас.

Смотрю французский сон с обилием времен,

Где в будущем - не так, и в прошлом - по-другому.

К позорному столбу я пригвожден,

К барьеру вызван я - языковому.

Ах, разность в языках! Не положенье - крах!

Но выход мы вдвоем поищем - и обрящем.

Люблю тебя и в сложных временах -

И в будущем, и в прошлом настоящем!

Share this post


Link to post
Share on other sites

ПЕСЕНКА О СЛУХАХ

Сколько слухов наши уши поражает!

Сколько сплетен разъедает, словно моль!

Ходят слухи, будто все подорожает,

абсолютно,

А особенно - поваренная соль.

Словно мухи, тут и там,

Ходят слухи по домам,

А беззубые старухи

Их разносят по умам,

Их разносят по умам.

- Слушай, слышал? Под землею город строют,

Говорят, на случай ядерной войны...

- Вы слыхали? Скоро бани все закроют

повсеместно,

Навсегда. И эти сведенья верны.

Словно мухи, тут и там,

Ходят слухи по домам,

А беззубые старухи

Их разносят по умам,

Их разносят по умам.

- А вы знаете? Мамыкина снимают!

За разврат его, за пьянство, за дебош!

И, кстати, вашего соседа забирают,

негодяя,

Потому, что он на Берию похож.

Словно мухи, тут и там,

Ходят слухи по домам,

А беззубые старухи

Их разносят по умам,

Их разносят по умам.

- Ой, что деется! Вчера траншею рыли,

Так откопали две коньячные струи!

- Говорят, шпионы воду отравили

самогоном.

Ну, а хлеб теперь из рыбьей чешуи.

Словно мухи, тут и там,

Ходят слухи по домам,

А беззубые старухи

Их разносят по умам,

Их разносят по умам.

И поют друг другу - шепотом ли, в крик ли.

Слух дурной всегда звучит в устах кликуш.

А к хорошим слухам люди не привыкли,

почему-то

Говорят, что это выдумки и чушь.

Словно мухи, тут и там,

Ходят слухи по домам,

А беззубые старухи

Их разносят по умам,

Их разносят по умам.

Закаленные во многих заварухах,

Слухи ширятся, не ведая преград.

Ходят сплетни, что не будет больше слухов

абсолютно.

Ходят слухи, будто сплетни запретят.

Но... словно мухи, тут и там,

Ходят слухи по домам,

А беззубые старухи

Их разносят по умам,

Их разносят по умам.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я НЕ ЛЮБЛЮ

Я не люблю фатального исхода,

От жизни никогда не устаю.

Я не люблю любое время года,

Когда веселых песен не пою.

Я не люблю холодного цинизма,

В восторженность не верю, и еще -

Когда чужой мои читает письма,

Заглядывая мне через плечо.

Я не люблю, когда наполовину

Или когда прервали разговор.

Я не люблю, когда стреляют в спину,

Я также против выстрелов в упор.

Я ненавижу сплетни в виде версий,

Червей сомненья, почестей иглу,

Или - когда все время против шерсти,

Или - когда железом по стеклу.

Я не люблю уверенности сытой,

Уж лучше пусть откажут тормоза!

Досадно мне, что слово "честь" забыто,

И что в чести наветы за глаза.

Когда я вижу сломанные крылья -

Нет жалости во мне и неспроста.

Я не люблю насилье и бессилье,

Вот только жаль распятого Христа.

Я не люблю себя, когда я трушу,

Обидно мне, когда невинных бьют,

Я не люблю, когда мне лезут в душу,

Тем более, когда в нее плюют.

Я не люблю манежи и арены,

На них мильон меняют по рублю,

Пусть впереди большие перемены,

Я это никогда не полюблю.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0