Sign in to follow this  
Followers 0
Sheva

Водная безопасность Арцаха и РА

10 posts in this topic

Проблема водной безопасности Республики

Армения и Арцаха в контексте урегулирования

Нагорно-Арцах(карабах)ского конфликта

ДАВИД БАБАЯН

Нагорно-карабахский конфликт и его различные

аспекты, казалось бы, уже достаточно хорошо изучены. Тем не ме-

нее, есть сфера, которая осталась практически незатронутой ис-

следователями данного конфликта. Этой сферой являются эколо-

гические аспекты нагорного-карабахского конфликта, в частности

ее «водная» составляющая. Между тем, данное направление явля-

ется одним из важнейших и ключевых аспектов как возникнове-

ния, так и урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Для

получения более полной картины данного аспекта рассмотрим ос-

новные направления водной политики или «гидрополитику» ба-

кинских властей в бывшей Нагорно-Арцах(карабах)ской Автономной Об-

ласти (НКАО), а также влияние этих факторов на урегулирование

нагорно-карабахского конфликта.

Цели и направления «гидрополитики» бакинских властей по

отношению к Нагорному Арцах(карабах)у

Основными императивами азербайджанской политики в вод-

ном вопросе было всяческое препятствие экономическому и соци-

альному развитию бывшей Нагорно-Арцах(карабах)ской Автономной Об-

ласти для создания благоприятных условий оттока армянского на-

селения, а также максимальное использование водных ресурсов

Арцах(карабах)а для удовлетворения потребностей сопредельных с Нагор-

ным Арцах(карабах)ом районов Азербайджана. Бакинские власти прово-

дили на данном направлении весьма эффективную и дальновид-

ную политику, чему сопутствовала и климатическая специфика края.

Дело в том, что если количество выпадаемых осадков меньше

600 мм в год, то необходимо искусственное орошение. В Нагорном

Арцах(карабах)е количество выпадаемых осадков составляет 581 мм в год.

При этом большая часть осадков приходится зимой и ранней вес-

ной, т.е. не во время вегетации.

Основным «водным» механизмом, препятствовавшим эконо-

мическому и социальному развитию Нагорного Арцах(карабах)а, было

всяческое ограничение расширению орошаемых сельхозугодий на

территории бывшей автономной области. На конец 1980-х гг. из 218

тыс. га сельхозугодий Арцах(карабах)а только 26,2 тыс. га (12%) были оро-

шаемыми и условно орошаемые. Между тем, существовавшие

фонды позволяли довести площадь орошаемых сельхозугодий до

100 тыс. га. Для сравнения: на тот же период орошаемые земли в

Азербайджанской ССР составляли 28,2% от общей площади сель-

хозугодий1. И это при том, что водные ресурсы в пределах бывшей

автономной области составляли 1,2 млрд. м3 , и на одного жителя

в Нагорном Арцах(карабах)е приходится в 6 раз больше водных ресурсов,

чем в Азербайджане2. По сравнению с 1913 г. (тогда площадь оро-

шаемых земель достигала 12,4 тыс. га)3 к начало 90-х гг. ХХ в. пло-

щадь орошаемых земель в Нагорном Арцах(карабах)е увеличилась в 2,1

раза, тогда как в целом по Азербайджану более чем в 4,6 раза. При-

чем с середины 1960-х гг. до начала конфликта площадь орошае-

мых сельхозугодий увеличилась в Нагорном Арцах(карабах)е лишь на

15%, тогда как в Азербайджане ­ более чем на 40%.

В данном контексте было бы целесообразно рассмотреть пло-

щадь орошаемых площадей в основных сельскохозяйственных

районах бывшей НКАО. На долю орошаемых сельхозугодий в Ас-

керанском районе приходилось 7,9%, Мартакертском районе ­

25%, Мартунинского ­ 6,6%, Гадрутского ­ 2,4%.4 Имея богатые

водные источники, эти районы испытывали хронический недоста-

ток в оросительной воде. На фоне всего этого приграничные с На-

горным Арцах(карабах)ом районы Азербайджанской ССР с каждым годом

увеличивали площади орошаемых сельхозугодий. Например, в Аг-

дамском районе площадь орошаемых земель уже к началу 1960-х

гг. достигала до 51-70% от общей площади сельхозугодий района5.

В приграничном с Гадрутским и Мартунинским районами Караба-

ха Физулинском районе в середине 1980-х годов площадь орошае-

мых земель составляла 28,2% от площадь пригодных для использования в сельском хозяйстве земель6. В Джебраильском районе оро-

шаемых земель составляла 20,3% от площади пригодных для сель-

ского хозяйства земель7, а в Мир-Баширском районе площадь оро-

шаемых угодий составляла 75,8% от площадь всех пригодных для

сельского хозяйства земель8.

Между тем, орошение сельхозугодий на территории сопре-

дельных с НКАО районов бывшей Азербайджанской ССР осуще-

ствлялось за счет использования водных ресурсов Нагорного Кара-

баха. Крупнейшее в Нагорном Арцах(карабах)е Сарсангское водохранили-

ще орошало 128 тыс. га сельхозугодий, из коих 110 тыс. га за пре-

делами границ бывшей НКАО, в Мирбаширском, Агдамском, Бар-

динском, Касумисмаиловском и других районах Азербайджанской

ССР. Всякие попытки НКАО добиться орошения собственных

сельхозугодий водами Сарсанга наталкивались на яростное сопро-

тивление бакинских властей. В частности, предлагалось построить

канал и довести воду Сарсанга в низменные области Мартунинско-

го района в окрестностях села Куропаткино. Но это так не было

сделано, хотя водами Сарсанга орошались сельхозугодия Агдам-

ского района вплоть до границ Мартунинского района.

Аналогичным образом дело обстояло и с Хаченским водохра-

нилищем, построенным на реке Хачен в пределах Агдамского рай-

она, которое в советское время орошало почти четверть всех пахот-

ных земель в данном районе. Кстати, еще до строительства Хачен-

ского водохранилища в министерстве мелиорации и водного хозяй-

ства Азербайджанской ССР было два проекта строительства водо-

хранилищ на карабахских реках. Вместе с проектом Хаченского во-

дохранилища был представлен и проект строительства водохрани-

лища на реке Каркар в районе поселка Аскеран в пределах бывшей

НКАО. По своим технико-экономическим показателям Каркарский

проект был намного предпочтительнее Хаченского. В частности,

фильтрация в районе места строительства Каркарского водохрани-

лища была намного меньше, чем в Хаченском, где фильтрация на

порядок превышала допустимые нормы9. Но выбор бакинских вла-

стей был остановлен на Хаченском варианте. Подобное решение

полностью вписывалось в политику «гидродавления», так как по-

строив водохранилище на реке Хачен за пределами бывшей НКАО,

бакинские власти не только удовлетворяли потребности Агдамско-

го района, но и автоматически лишали возможности интенсивной

эксплуатации реки Хачен в пределах Нагорного Арцах(карабах)а со всеми

вытекающими из этого последствиями.

То же самое произошло и в граничащем на юге с бывшей

НКАО Физулинском районе, на реках Варанда и Ишханагет. Там

были построены три водохранилища, на долю которых приходи-

лось более 41% от площади орошаемых земель в Физулинском рай-

оне. Когда же Нагорный Арцах(карабах) предложил построить водохрани-

лище на реке Варанда для орошения нескольких тысяч гектаров

плодородных земель в окресностях пгт. Красный Базар Мартунин-

ского района бывшей НКАО, то последовал отказ из Баку, который

мотивировал тем, что в нижнем течении реки Варанда в Физулин-

ском районе уже построены водохранилища и постройка нового ре-

зервуара в верховьях приведет к обмелению этих водохранилищ и

экономическим убыткам.

Политика «гидродавления» была сильным тормозом социаль-

но-экономического развития Нагорно-Арцах(карабах)ской автономной об-

ласти. Область не могла обеспечить себя хлебом, картофелем,

фруктами и овощами. В результате НКАО, особенно ее столица ­

Степанакерт, полностью зависели от поставок овощей, фруктов и

других продуктов растениеводства из соседних азербайджанских

районов.

Гидротерроризм

По отношению к армянскому населению НКАО Бакинские

власти также проводили политику «гидротерроризма», в результа-

те чего в Нагорном Арцах(карабах)е в 1970-80-е гг. произошел всплеск ра-

ковых заболеваний. В 1975 г. число больных с впервые в жизни ус-

тановленным диагнозом злокачественного новообразования, уч-

тенных онкологическими учреждениями в Нагорном Арцах(карабах)е со-

ставляло 90,7 человек, в Армении ­ 116,3, в Азербайджане ­ 107,8,

Грузии ­ 108,8, на Украине ­ 213,5, в Беларуси ­ 178 10. По данным

же республиканского онкологического диспансера НКР, накануне

начала Арцах(карабах)ского движения, в 1987 году вышеуказанный пока-

затель составил 142 человека11. В 1988 году число больных с впер-

вые в жизни установленным диагнозом злокачественного новооб-

разования, учтенных онкологическими учреждениями на 100 тыс.

населения в Грузии составило 109,1 человек, в Азербайджане 105,7, в Армении ­ 122,2.

Как видно из приведенных данных, Нагорный Арцах(карабах) был

среди лидеров по заболеваемости раком на Южном Кавказе. Меж-

ду тем, в Нагорном Арцах(карабах)е никогда не было крупных промыш-

ленных загрязнителей окружающей среды, которые также влияют

на возникновение злокачественных новообразований, и здесь дей-

ствительно курортная природа. К тому же карабахцы всегда слави-

лись своим крепким здоровьем и долголетием. На территории быв-

шего СССР больше всего лиц в возрасте 100 лет и выше прожива-

ло именно в бывшей НКАО ­ 144 человека на 100 тыс. жителей. В

целом по Азербайджанской ССР этот показатель составлял 84 че-

ловека, по Грузинской ССР ­ 51 человек, по Армянской ССР ­ 33.

Для сравнения: в конце 50-х - начале 60-х гг. ХХ в. в СССР в возра-

сте 100 лет и старше на 100 тысяч населения приходится 10 чело-

век, из коих в Украинской ССР ­ 6 человек, в Белоруссии ­ 1312. Вы-

сокий показатель заболеваемости злокачественными образования-

ми в таких республиках, как Украина и Белоруссия, вполне соотно-

сится с низким числом долгожителей в этих республиках.

Принимая во внимание большой процент долгожителей, хоро-

шие природно-климатические условия Нагорного Арцах(карабах)а, нерв-

ная составляющая в причинах возникновения рака у населения

НКАО не была определяющей. На 100 тыс. населения количество

больных психическими и нервными заболеваниями на территории

бывшей НКАО более чем в два раза уступало аналогичному пока-

зателю Армянской ССР. Для сравнения: если в 1990 г. на 100 тыс.

населения в Армянской ССР приходилось 6210 больных нервными

и психическими заболеваниями, то в бывшей НКАО этот показа-

тель составлял 2646 человек13. Степанакерт имел образцово низкие

показатели по число больных психическими и нервными заболева-

ниями на территории бывшей Азербайджанской ССР14. Диета кара-

бахцев также не была причиной возникновения раковых заболева-

ний. Особенности национальной кухни карабахцев признавалась

одним из важнейших предпосылок долголетия жителей этого

края15. Кстати, по сравнению с переписью населения 1926 г. в 60-е

гг. ХХ в. число жителей в возрасте 100 лет и более увеличилось в

крае более чем в три раза. К началу 1968 г. их стало 239 человек при

населении в 152600 человек.16

Поэтому среди факторов окружающей среды, способствующих развитию рака, остается лишь вероятность «вмешательств из-

вне». И в данном контексте наиболее подходящим представлялась

именно питьевая вода. В одном из опубликованных учеными ин-

ститута Общей генетики Российской академии наук материалов,

указано, что сверхмалые дозы отравляющих веществ, попадающие

в воду, оказывают разрушительное воздействие на наследствен-

ность человека17. По данным Международной организации здоро-

вья (World Health Organization) и Национального института рака

США (National Cancer Institute), до 90% случаев заболевания раком

являются следствием воздействия различных канцерогенных ве-

ществ18.Между тем, в Нагорном Арцах(карабах)е широко использовали хлор в

качестве дезинфектанта питьевой воды. Жители села Балуджа до

сих пор помнят, что долго стоять у одноименной реки было попро-

сту невозможно из-за сильнейшего запаха хлора, который чувство-

вался за несколько сотен метров от реки. Но все же дело, по всей

видимости, хлором не заканчивалось. И вполне вероятно, что в пи-

тьевую воду подбрасывали и другие химические вещества. Особо

уязвимой в этом вопросе была столица Нагорного Арцах(карабах)а ­ г.Сте-

панакерт, где было наибольший удельный вес больных раком. Но

здесь возникает естественный вопрос? А были ли у бакинских вла-

стей реальные возможности регулярно применять гидротерроризм,

ведь для того, чтобы подрывать здоровье населения Нагорного Ка-

рабаха одноразовым подбрасыванием каких-то химикатов не обой-

тись? Здесь необходимо длительное воздействие на воду особенно,

если отравляющие вещества используются в сверхмалых дозах.

Ответ на вышеуказанный вопрос утвердительный. Отравляю-

щие вещества могли попадать в снабжавшие город водные источ-

ники или непосредственно на протяжении их течения или же на

фильтрационных станциях. В обоих случаях у бакинских властей

были все возможности проводить данную политику. Из реки Гайба-

лу, берущей начало в пределах административных границ Шушин-

ского района Арцах(карабах)а, поступает до 50% воды города Степанакер-

та. В советское время охраной водных артерий на территории быв-

шей НКАО занимался отдел охраны при областном управлении

внутренних дел. Охрану водных ресурсов реки Гайбалу осуществ-

ляли исключительно милиционеры-азербайджанцы, не проживаю-

щие в Степанакерте. Охраной ресурсов другого источника поступающей в город воды ­ реки Тракет также занимались исключитель-

но милиционеры-азербайджанцы, которые были жителями Агдам-

ского района и азербайджанских сел Шушинского района НКАО19.

В советское время отдел охраны на 70-80% был укомплектован

милиционерами-азербайджанцами, большинство из которых были

из соседнего Агдамского района, которые ежедневно приезжали на

работу в Степанакерт. А с конца 1960-х до 1990 г. должность на-

чальника областного отдела охраны непрерывно занимали азербай-

джанцы. В системе горводоканала Степанакерта также работали

много азербайджанцев20. Большинство работников (около 80%)

фильтрной станции N1 г.Степанакерта вплоть до 1989/90 гг. были

азербайджанцы,21 подавляющая часть которых не были жителями

Степанакерта. Начальниками 2-й фильтрной станции карабахской

столицы с конца 1960-х до 1989 г. также были азербайджанцами.

На станции в Гайбалу работали исключительно азербайджанцы. В

советское время за качеством воды в бывшей Азербайджанской

ССР следил Комитет охраны природы при Минэкологии республи-

ки, который располагался в Баку. К тому же в СССР решение эко-

логических проблем никогда не было приоритетным и имела мес-

то явная недооценка опасности экологических последствий хозяй-

ственной деятельности22. По мнению ряда ученых, можно конста-

тировать, что концепция экологической безопасности и теория эко-

логического риска в Советском Союзе фактически отсутствовала23.

Именно по этому от подобная политика Бакинских властей и стала

незамеченной центральными властями советского государства. Ес-

тественно, что от политики «гидротеррора» Бакинских властей

страдали и проживавшие на территории бывшей НКАО азербайд-

жанцы, но они, если так можно выразится, были «издержками про-

изводства», судьба которых не волновала азербайджанское руко-

водство.

Гидродемография

За все время нахождения Нагорного Арцах(карабах)а в составе Азер-

байджанской ССР бакинские власти проводили в бывшей Нагорно-

Арцах(карабах)ской автономной области политику «гидродемографии»,

основной целью которой было установление демографического

контроля над основными водными артериями Арцах(карабах)а. Вообще,азербайджанские власти уделяли очень большое внимание измене-

нию демографической ситуации в Нагорном Арцах(карабах)е. Так, если в

1921 г. азербайджанцы составляли лишь 3% населения НК , то в

1988 г. ­ уже 24%24. И это несмотря на то, что естественный при-

рост населения в НКАО был одним из высоких в СССР. Так, в 1955

г. он составлял 25,1 на 1000 жителей, в 1956 ­ 28,8, в 1961 ­ 3225. Бо-

лее того, в конце 1930-х гг. НК по плотности населения занимал

второе (после района Баку) место в Азербайджане26. Но вот уже в

1960-х гг. он не входил даже в десятку27. В НКАО за период 1926-

1976 гг. стало на 85 армянских населенных пунктов меньше28. За пе-

риод 1921-1988 гг. на территории бывшей Нагорно-Арцах(карабах)ской

Автономной Области появилось 36 новых азербайджанских сел29.

Но в некоторых случаях азербайджанская политика вообще

принимала открытые формы и бакинские власти просто обманным

путем выселяли армян из своих домов и заселяли их азербайджан-

цами. Так произошло, например, с селом Джамилли Аскеранского

района, расположенного на одном из основных притоков Каркара ­

реке Тракет. По данным перепеси населения 1926 г., население это-

го села было полностью армянским и составляло 106 человек30. В

начале 1960-х гг. население села составляло около 150 человек и

оно было полностью армянским31. В 1963-1964 гг. под предлогом

строительства водопровода из реки Тракет в Степанакерт прямо у

села Джамилли и нецелесообразности нахождения в непосредст-

венной близости от водопровода населенного пункта, населению

села были спешно предоставлены паспорта (хотя в то время жите-

лям деревень не предоставлялись паспорта) и земельные участки в

размере 600 м2 в городе Степанакерт, после чего появилась улица

Зорге, где до сих пор живут выходцы из Джамиллу32. Однако неце-

лесообразность существования населенного пункта в непосредст-

венной близости от представляющего стратегическую важность

водопровода относилась лишь к представителям армянской нацио-

нальности. Поэтому сразу после ухода ухода оттуда армян в Дажа-

миллу переселили азербайджанцев. По данным перепеси населе-

ния 1989 г. население села составило 549 человек33.

В результате политики гидродемографии азербайджанцы уста-

новили полный демографический контроль на истоками рек Тер-

тер, Хачен, Каркар, а также их притоков.В данном процессе перво-

очередное значение имело основание новых сел в Карвачар(кельбаджар)ском районе, так как истоки рек Тертер и Хачен располагаются именно в

данном районе. Между тем, среднегодовой сток этих трех водных

артерий составляет 828 млн. м кубометров, что составляет 88%

среднегодового стока всех рек в пределах бывшей НКАО, который

составляет 942 млн. м3. Гидродемографическая политика Азербай-

джана привела к тому, что в бывшей НКАО на 1989 г. из 19300 че-

ловек сельского азербайджанского населения 14317 (74,1%) прожи-

вало в селах, имеющих гидрополитическое значение. Из основан-

ных между 1923-1989 гг. новых азербайджанских сел, 30 имели ги-

дрополитическое значение. Это составляет 83,3% от всего количе-

ства образованных за данный промежуток времени азербайджан-

ских сел и 61,2% от общего количества всех азербайджанских сел,

существовавших в пределах бывшей НКАО.

Активную гидродемографическую политику азербайджанские

власти проводили и в Лачинском районе. До Октябрьской револю-

ции там оставалось лишь несколько армянонаселенных сел, при-

чем все они располагались у истоков крупных рек. Особо хотелось

бы здесь отметить три села - Хак, Алгули и Харар, которые, кстати,

с 1905 г. систематически опусташались набегами тюрков. В 1918 г.

в селе Хак (Минкенд) армянское население составляло 811 чело-

век34. В 1918 г. армяне были изгнаны из этого села и даже с установ-

лением Советской власти армяне обратно практически не возврати-

лись. По перепеси населения 1926 г. население Минкенда составля-

ло 751 человек, из коих армян было всего 5 человек, а остальное на-

селение было курдским35. Но и курды вскоре «исчезли» и по дан-

ным на начало 1980-х гг. население Минкенда составляло 2306 че-

ловек азербайджанской национальности36. Практически та же судь-

ба постигла и армянское село Алгули. Село расположено на одном

из правых притоков реки Акера и в 1918 г. население села также ос-

тавалось армянским и составляло 1012 человек37. Но в том же году

село снова было разорено и алгулинцы вынуждены были покинуть

свои дома и обосноваться в различных местах Нагорного Арцах(карабах)а

и Зангезура, главным образом в пределах территории нынешнего

Мартунинского, Мартакерсткого, Аскеранского районов Нагорного

Арцах(карабах)а и бывшего Горисского района Армении. В столице НКР

имеется целый район, который основали алгулинцы. Примечатель-

но, но по перепеси населения 1926 г. село Алгули не упоминается,

оно все еще оставалось незаселенным. Но вот уже в 1961 г. оно упоминается как одно из сел Пирджаханского сельсовета Лачинского

района38. Кстати алгулинцы никогда не забывали о своем селе и да-

же в 1960-е гг. не раз организовывали поездки в свое село, но посе-

литься там им никто так и не разрешил39. Важное гидрополитиче-

ское значение имело и село Харар (Ашагы Фараджан), которое рас-

положено на одном из левых притоков реки Акера. По данным на

1918 г. армянское село Харар имело население в 1078 человек40, а в

1921 г. ­ 55 человек41. По переписи населения 1926 г. данное село

вообще не упоминается. Причиной тому может быть только то, что

там не осталось населения. Во второй половине 1979-х гг. населе-

ние уже азербайджанского села Ашаги Фараджан составляло 268

человек42. Суммируя уже приведенные данные на 1918 г. население

этих трех сел (Хак, Алгули, Харар) составляло 2901 человек. Насе-

ление же Лачинского района, где располагались эти села, по пере-

писи населения 1926 г. составляло 25474 человек43. Таким образом,

армянское население там уже не составляло подавляющего боль-

шинства и недопущение их возвращения туда имело число гидро-

политическое значение, так как все эти три села, как уже отмеча-

лось выше, располагались у истоков крупных водных артерий.

Kстати, еще в 1919 г. глава Азербайджанской Демократической Ре-

спублики Мамед Эмин Расулзаде, говоря о важности контроля над

Арцах(карабах)ом, указал именно на то, что там находятся истоки рек44.

Проблема водных ресурсов в контексте урегулирования

нагорно-карабахского конфликта

Из всего вышеприведенного становится ясно, что при урегули-

ровании нагорно-карабахского конфликта для карабахской стороны

одним из ключевых компонентов становится обеспечение экологи-

ческой и водной безопасности своей страны. В данном контексте

жизненно важное значение для обеспечения водной безопасности

Нагорно-Арцах(карабах)ской Республики (НКР) приобретают Карвачар-

ский (Карвачар(кельбаджар)ский) и Кашатагские (Лачинский) районы. Сред-

негодовой сток основных рек бывшей НКАО составляет 942,3 млн.

м3. Аналогичный показатель основных рек Карвачарского и Каша-

тагского районов составляет 2588,5 млн. м3. По среднегодовому

стоку основных рек Кашатагский и Карвачарский районы превы-

шают аналогичный показатель рек бывшей НКАО в 2,7 раза. Но дело не заканчивается лишь физическим объемом поверхностных ги-

дроресурсов этих двух районов. В данном контексте необходимо

учитывать и роль водных ресурсов в обеспечении продовольствен-

ной безопасности НКР. Учитывая нормы потребления воды, для

обеспечения собственной продовольственной безопасности и пить-

евых нужд населения НКР в 200 тыс. человек нужно максимум 355

млн. м3 воды в год (330 млн. м3 для обеспечения продовольственной

безопасности и 21,9 млн. м3 - для удовлетворения питьевых нужд

населения). Это составляет всего лишь немногим больше 59% от

объема крупнейшего в Нагорном Арцах(карабах)е Сарсангского водохра-

нилища, расположенного на реке Тертер, и 37,6% от среднегодово-

го стока основных рек бывшей НКАО.

Однако и водные ресурсы в пределах бывшей НКАО весьма

уязвимы. Дело в том, что львиная доля гидроресурсов в бывшей

НКАО берет свое начало за ее административными пределами. Так,

из 942,3 млн. м3 среднегодового стока основных рек бывшей

НКАО, 785,9 млн. м3 (83,4%) приходится на Тертер и Хачен, кото-

рые берут начало в пределах Карвачарского района. При этом в

Карвачарском районе образуется 81% среднегодового стока Терте-

ра. Это очень серьезный рычаг воздействия на НКР, который дела-

ет республику очень уязвимой перед внешним давлением. Поэтому

в случае потери этого района водная безопасность НКР будет под

реальной угрозой. Оставшиеся 16,6% (156,4 млн. м3) не в состоя-

нии даже обеспечить половину необходимого объема воды для

удовлетворения нужд населения страны и обеспечения ее продо-

вольственной безопасности. К тому же, нельзя не учитывать и то,

что практически все реки, берущие начало непосредственно в пре-

делах территории бывшей НКАО ,высыхают в летнее время.

В данном контексте вопрос о статусе территории Карвачарско-

го и Кашатагского районов становится вопросом самого существо-

вания Нагорно-Арцах(карабах)ской Республики. Если Азербайджан снова

получит возможность применять гидротеррор по отношению к На-

горному Арцах(карабах)у, то было бы просто наивным полагать, что это не

будет сделано. Последствия будут катастрофическими не только

потому, что могут быть отравлены основные реки Арцах(карабах)а - Тер-

тер и Хачен, но под угрозой окажется и водная безопасность Арме-

нии, так как в Карвачарском районе берут начало реки Арпа и Во-

ротан, которые среди прочего играют ключевую роль в спасении основного источника воды Армении ­ озера Севан.

История знает целый ряд случаев отравления водных ресурсов

какой-либо страны соседним государством и это не является нечто

новым. На данном этапе уязвимость водных ресурсов на порядок

увеличилась перед возможными террористическими актами. Даже

такие страны, как Соединенные Штаты Америки не только очень

серьезно относятся к возможному отравлению водных ресурсов со

стороны террористов, но и относят атаки на водные ресурсы к ос-

новным вызовам своей безопасности. Это находит свое отражение

даже в официальных речах и документах американских президен-

тов. Например, президент Клинтон, представляя документ «Страте-

гия национальной безопасности в новом веке» в октябре 1998 года,

указал, что хотя на ближайшую перспективу никто не в состоянии

бросить вызов США обычными военными средствами, в будущем

резко возрастет вероятность ассиметричных атак на представляю-

щих критическое значение инфраструктуры, способных нанести

существенный урон экономике и военному потенциалу страны. К

таким критическим инфраструктурам президент Клинтон отнес и

водные ресурсы45. Аналогичного подхода придерживается и адми-

нистрация Джорджа Буша-младшего. Так, в одной из президент-

ских директив также указано, что возможные ассиметричные атаки

на США будут нацелены на критически важнейшие инфраструкту-

ры, к которым причисляется и водные ресурсы и система46. Как

видно, проблема безопасности водных ресурсов весьма актуальна

даже для самой сильной державы мира. И это при том, что США не

имеют каких либо крупных водных артерий, берущих начало на

территории враждебного им государства.

Произошедшая в Китае авария на химзаводе в провинции Цзы-

линь и попадание ядовитых веществ в правый приток Амура - ре-

ку Сунгари, лишний раз актуализировал проблему обеспечения

водной безопасности Нагорного Арцах(карабах)а и Армении при урегули-

ровании нагорно-карабахского конфликта. Ситуация на Дальнем

Востоке настолько серьезная, что ряд специалистов даже считают,

что вода в Амуре будет непригодна для питья вплоть до весны 2006

года. Между тем и Сунгари и Амур являются достаточно крупны-

ми реками. Среднегодовой сток Сунгари превышает 77 млрд. м3, а

Амур занимает 4-е место среди рек России и 10-е место среди рек

мира. Среднегодовой сток данной реки превышает 343 млрд. м3.

При этом попадание всего 100 тонн бензольных веществ в эти ги-

гантские реки уже чревато серьезными последствиями. Для созда-

ния такой же ситуации, что и в районе Амура и Сунгари, в реки

Тертер, Арпа и Воротан достаточно будет подбросить всего 200 ли-

тров бензольных веществ. Это в случае, если туда попадут бензоль-

ные соединения. А что будет, если в эти реки будут подброшены ра-

диоактивные вещества? Тем более, что вот уже много лет бакин-

ские власти усиленно дезинформируют международное сообщест-

во относительно того, что армяне, якобы, проводят захоронение

ядерных отходов на территории Карвачар(кельбаджар)ского района. Завтра в

наши реки могут быть подброшены разного рода химикаты, вина

будет возложена на армян, а азербайджанцы будут прикрываться

тем, что это те отходы, которые мы сами там захоронили и о кото-

рых азербайджанцы твердили в течение многих лет.

Кстати, у Азербайджана имеется достаточно большое количе-

ство биологического и химического оружия. Например, в сентябре

2005 г. Азербайджан передал США более 60 образцов смертельно

опасного бактериологического оружия на проверку. Эти вещества

американский военно-транспортный самолет доставил на военную

базу Довер в штате Делавэр47. При этом азербайджанские власти

точно даже не знают, где находятся радиоактивные вещества на

территории их собственного государства. Так, директор Института

радиационных проблем Национальной академии наук Азербайд-

жанской Республики Адиль Гарибов заявил следующее: «Сейчас,

по прошествии 15 лет, можно говорить, что многие источники ра-

диации утеряны, и это вызывает большое беспокойство в разных

странах. Например, в соседней Грузии в прошлом году был найден

целый радиоизотопный генератор, который вызвал большое беспо-

койство в международных организациях. Потому что это мощный

источник. Есть большая вероятность, что такие же генераторы,

опасные для здоровья населения, можно обнаружить и на террито-

рии Азербайджана... У нас в стране находились воинские части, ко-

торые располагали разного рода радиоизотопными источниками,

может быть, и они сегодня лежат где-нибудь... Попади они в руки

террористов, и на их основе могут быть изготовлены «грязные»

бомбы и другие предметы для совершения терактов»48. Думается,

комментарии здесь излишни. Все это делает невозможным даже са-

му идею возвращения указанных территорий под юрисдикцию

Азербайджана. Сказанное в равной мере относится и к водным ре-

сурсам бывших Кубатлинского, Зангеланского, Джабраильского и

Физулинского районов, которые, кроме гидрографической и эколо-

гической значимости, представляют значительный интерес и с точ-

ки зрения проблем энергетической безопасности НКР. В частности,

по мнению специалистов, весьма экономически перспективным яв-

ляется строительство каскада гидроэлектростанций на реках, про-

текающих по территориям бывших Кубатлинского и Зангеланского

районов.

Share this post


Link to post
Share on other sites

АМАЛИЯ ЕДИГАРЯН

КОГДА ВОЛ ПАДАЕТ, МЯСНИКОВ СТАНОВИТСЯ БОЛЬШЕ

Размышления о прошлом и настоящем

Камень - это мукa армянского народа, земля и вода - его мечта. Без воды земля обесценивается, и наоборот. Зовом земли, а также велением времени в республике был построен ряд гидротехнических сооружений. Перечислим некоторые из них: Джогазское, Кечутское, Гергерское, Ахурянское … Около 82 больших и малых водохранилищ, благодаря которым многие каменистые местности превратились в обитаемые. Однако изо дня в день спрос на питьевую, оросительную и промышленную воду увеличивается, и неутомимый труженик земли по сей день продолжает сетовать на нехватку воды.

Согласно данным Национальной водной программы РА, на территории нашей страны образуется 7 млрд кубометров воды, из которых сегодня используется всего лишь 2 млрд кубометров (вместо 3,5 млрд, используемых в советские годы), поскольку орошаемых территорий становится все меньше. Если в советские годы орошалось 280 тыс га территорий, то сегодня орошается всего 130 тыс. А в водохранилищах накапливается около 1 млрд 200 тыс. кубометров воды.

Ежегодно около 4,5 млрд кубометров воды стекает в соседние страны, в том числе в Азербайджан. Т. е. мы теряем больше, чем используем. Для того, чтобы оставить эти воды в республике, необходимо построить водохранилища. Таковой была политика создания водной системы в Советской Армении. А после того (в первые годы независимости) мы, думая, что слишком увлеклись «водохранилищеманией», лишили себя последней возможности, опустошили озеро Севан и обогатили наших соседей. Вопрос, наводящий на серьезные размышления …

Недалек тот день, когда вода будет стоить дороже нефти. Ближний Восток очень богат нефтью и почти не имеет воды. Две самые большие реки - Тигр и Евфрат - протекают по территории враждебных Израилю арабских стран. Исключение составляет Турция, снабжающая водой еврейское государство, а вода - «гвоздь» внешней политики Израиля. Но вернемся к нашим проблемам.

Есть вещи, которые время не стирает из памяти. Хочу освежить некоторые подробности, связанные с Егвардским водохранилищем.

В 1985 г. у подножья горы Цахкаванк, по соседству с Егвардом началось строительство Егвардского водохранилища, для чего руководство Советского Союза выделило 174 млн рублей.

Эта идея, в первую очередь, была рождена необходимостью спасти Севан. Водохранилище дало бы возможность ежегодно в оросительных целях экономить 94,2 млн кубометров попускаемой из Севана воды и перекрыть дорогу 50 тыс. кубометрам воды, бесцельно стекающей в Турцию; орошало бы 27,3 тыс. га садов и полей, питающихся из Егвардского канала, а также 7,4 тыс га новых земель.

Емкость водохранилища - 228 млн кубометров, площадь поверхности - 1000 га, длина - 3,5 км, глубина - 45 м, расчетная стоимость по расценкам 1984г. - 174,48 млн рублей.

И люди с большим энтузиазмом принялись за работу. Завершили первую очередь второй плотины длиной 3,5 км. В конечной части плотины близилось к завершению строительство водоотвода, по соседству строили трубопровод, ведущий в села Арзни и Шамирам, постепенно поднималась также первая плотина. Поскольку в то время выбор места не имел альтернативы, чтобы не оставить под водой 1000 га земли, было предусмотрено снять верхний плодородный слой земли, переместить в другое место и превратить каменистые поля в пахотные земли. Результат очевиден: уже сколько лет в посаженных в хозяйствах по обе стороны автотрассы Ереван-Аштарак (в селах Прошян и Араи) яблоневые сады дают богатый урожай.

Однако движение по закрытию атомной электростанции и завода Наирит не обошло также Егвардское водохранилище. На эту структуру и строителей начались гонения. Почти все газеты республики, люди, сведущие и несведущие, забросали камнями строительство и строителей. Были разнесены разбиты вдребезги огромные механизмы, перерезаны электропровода. Егвардцы лучше других помнят, какая участь постигла его. Приведу два примера. Первый: всего одно предложение из статьи сотрудника милиции, опубликованной в Егвардской областной газете: «Каждый день проезжаю по дороге Егвард-Аштарак, вижу, какое некачественное строительство ведется». Между тем, эта дорога была на расстоянии одного километра от участка, а на таком расстоянии определить качество невозможно: прочность плотины ежедневно определяла полевая лаборатория...

Второй: многотысячный митинг в Егварде. Хачик Стамболцян: «Товарищи! Русские, Поладзаде (заместитель министра водного хозяйства СССР), не смогли справиться с армянами посредством Атомной станции, а сейчас строят Егвардское водохранилище. Мы не позволим». На следующий день была сделана попытка взорвать плотину, но она устояла ... Мы знаем, что Азербайджан давно построил водохранилища Казаха и Арпы (емкостью 120 и 150 млн кубометров каждое), которые заполняются водами армянских рек Ехегис, Арпа и Агстев.

Летом 1987 г. по одному поводу я была в Нахиджеване, со мной был также телеоператор Гамлет Цатинян. Два дня нам запрещали делать съемки, а на третий день повели в построенное в Нахиджеване водохранилище и сказали: «Можете снимать, он наш кормилец, поит нас и хранит». Мы не сняли. Нам дали право снимать водохранилище - объект стратегического значения, но не позволили снять здание театра, построенное армянскими строителями и архитекторами. Показали водохранилище, чтобы без зазрения совести выразить недовольство: «После того, как соединили Арпу с Севаном, воды стало меньше». Между тем, водохранилище было заполнено до отказа. А мы всего через год нашими же руками, недолго думая, остановили строительство Егвардского водохранилища, подлив, тем самым, воды на мельницу турка. Интересно было бы знать, сколько миллионов пользы в год мы приносим нашему «соседу». Следует вспомнить, что во главе этого «подвига» стояли аодовские власти, а главные роли исполняли Карен Симонян, Хачик Стамболцян, Григор Авакян и Ваагн Давтян (где ты теперь, безмерно думающий о народе Карен Симонян, кто тебя незаслуженно обидел, что ты в те трудные для народа дни покинул Родину?) А блаженной памяти Ваагн Давтян по одному поводу с горечью признался в своей ошибке и сказал пару «хороших слов» в адрес АОД. «Эти мерзавцы злоупотребили моим авторитетом», - сказал он и посоветовал, чтобы каждый человек занимался своим делом.

Спустя короткое время, дабы искупить свою вину, власти разрешили построить водохранилище, но поезд уже ушел: финансов не было, страну охватил энергетический террор ...

Как бы то ни было, соседняя республика нуждается в нашей воде. Мы могли оставить ее без воды в любой момент, если бы в свое время поступили разумно и не поддались эмоциям. Недальновидный шаг аодовских властей, их чрезмерный «патриотизм» слишком дорого обошелся нашей стране... Только открытие Атомной электростанции стоило $90 млн.

Все разрушить и начать сначала... Это был принцип АОД. Разрушить-то разрушили, да еще как… А строить оставили поколениям…

P.S. Сегодня строительство Егвардской и еще нескольких водохранилищ - вопрос актуальный, но об этом - в следующий раз.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

АМАЛИЯ ЕДИГАРЯН

«Уплывающие» воды

Говорят, XXI-й век будет также веком воды. Хотя бы в этом нам, похоже, немного повезло: Армения - страна горная, богатая водными ресурсами и источниками. Это - на первый взгляд. Но в республике, к нашему великому огорчению, остается лишь 30 процентов от 7,2 млрд кубометров воды. Она как приходит, так и уходит, утоляя томительную жажду полей наших «соседей». На этом фоне особая важность придается строительству Егвардского и других водохранилищ, которые должны накоплять текущие в соседние страны воды.

По поручению правительства, офис по оросительным системам и развитию реформ Государственного комитета Водного хозяйства рассмотрел возможность продолжения строительства Егвардского водохранилища. В старый проект были внесены изменения: был исключен вариант наполнения водохранилища водой из Сев Джура посредством насосных станций и разработан проект накопления 60 млн. кубометров воды (вместо прежних 228 млн.). Источниками воды для водохранилища в таком случае станут весенние ливневые воды рек Раздан и Касах. Программа есть, но финансовых средств нет. Для строительства таких объемов потребуется $120 млн. В Государственном Водном комитете разрабатывается перс- пективная концепция водохранилищ Армении, согласно которой еще раз будет изучена территория республики и выявлены те территории, на которых можно строить водохранилища (офис располагает картами 10 из 150 малых водохранилищ). Помимо Егвардского водохранилища, на которое были потрачены огромные суммы, есть еще 6 (оставшихся в советских времен) недостроенных водохранилищ, которые были включены в программу «Вызовы тысячелетия», но не получили экономического обоснования. Однако директор офиса Адибек Казарян не согласен с оценками, данными, в частности, Капскому, Агылджийскому и Артикскому водохранилищам.

По его словам, крайне важно также строительство Ведийского водохранилища: А. Казарян уверен, что оно будет построено, несмотря на сетования наших «соседей».

Араратский канал (который раньше назывался Сталинским) берет начало в Ереване. В свое время это был крупный канал с пропускной способностью 16,3 кубометров в секунду. Пропускаемая по этому каналу вода из Севана доходит до первых сел Араратской области, а крайние села области испытывают недостаток в воде и вынуждены вводить в действие насосные станции, что сегодня дорогое удовольствие для крестьянина. В то же время, по соседству течет река Веди, которая весной бывает довольно многоводной - на радость «соседям». Строительство Ведийского водохранилища приведет к экономии 12 млн. киловатт электроэнергиии, из эксплуатации будет выведено большое число насосных станций.

- Г-н Казарян, вы, как армянин, гражданин, ответственное лицо сферы, не ждете ли вы того дня, когда мы сможем поставить наших «соседей» на колени хотя бы той же водой?

- Армения - горная страна, и, естественно, у нас образуется много воды. Это наше национальное богатство. Мы должны сделать все, чтобы это богатство оставалось в Армении. Нас не раз обвиняли в том, что в советские годы по соседству с азербайджанской границей мы построили Джогазинское и Гергерское водохранилища, которыми мы пользуемся только посредством насосных станций. Может, в свое время они были построены для того, чтобы давать воду Азербайджану, но сегодня этого нет. Я уверен, что настанет время, когда мы будем продавать ее. Если мы создадим условия для того, чтобы накоплять воду в Армении, то вопросом ее транспортировки в другие страны займутся бизнесмены. Мы можем использовать половину из 7,2 млрд кубометров, а другую половину можем экспортировать.

- Г-н Казарян, много говорится о безопасности водохранилищ. Инцидент с Артикским водохранилищем - тому свидетельство … Они эксплуатируются уже много лет, не дает ли повода для беспокойства эксплуатация того или иного водохранилища?

- Водохранилища - сложные гидротехнические сооружения. К ним всегда должно быть повышенное внимание. Эксплуатировать их сложно. После распада Советского Союза эти системы технически износились. В 1994 г. плотина Артикского водохранилища обвалилась. Нам повезло, поскольку внизу было Вардакарское водохранилище вместимостью 1млн. кубометров, удержавшее эти воды, иначе последствия были бы тяжелыми. Вода затопила бы 6 сел. В 1999 г. был разработан план безопасности водохранилищ. Для 82 водохранилищ сегодня это уже прошедший этап. Вначале был произведен перерасчет стойкости плотин (по международным стандартам) крупных водохранилищ - Азатанского, Апаранского, Артикского, Манташского и на озере Арпи, в частности, была расчитана пропускная способность отводных каналов. Во многих водохранилищах этот показатель не соответствовал общепринятым нормам. В Апаранском водохранилище был построен еще один отвод, Сегодня все действия скоординированы, и сидящий перед компьютером оператор ежесекундно чувствует «дыхание» плотины. Компьютер регистрирует даже малейшее колебание, зафиксированное вокруг…

Программа по завершению строительства Капского водохранилища в начале реки Ахурян также оказалась в «черном списке» программы «Вызовы тысячелетия». Отметим, что 30 процентов строительства уже завершено. Соседняя Турция, в свою очередь, строит водохранилище на притоке Ахуряна. Под предлогом отсутствия технического обоснования, эта международная структура, возможно, не хочет портить отношения с другими странами, в частности, с Турцией. Ведь, помогая нам, она убавляет их воду …

А нам остается только поступить так же, как Иран, который, несмотря на все угрозы Турции, тем не менее, строит на реке Аракс, по соседству с историческим Худаперинским мостом, крупное водохранилище. Вот тогда и перестанем ждать «доброго дядюшку Сэма» и займемся своими делами…

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

Валерия ЗАХАРЯН

67% "армянской воды" утекает в Каспийское море

Еще в начале 80-х, когда о развале "единого могучего" еще никто и не помышлял, один из высокопоставленных аграрных аппаратчиков в беседе с автором этих строк сказал примерно следующее: "Мы живем в очень "уязвимой" республике. Пока этого не замечаем, а, не дай бог, Союз развалится, у наших соседей окажется много рычагов давления на нас, к примеру, транспортные пути — запросто можем оказаться в блокаде. Поэтому и нам нужно иметь свой рычаг давления, и он есть — это вода. Построив надежную систему водохранилищ и насосных станций, мы можем регулировать поверхностный сток воды в своих интересах".

Аппаратчик оказался неплохим пророком, правда, лишь в первой части своих прогнозов. Что же касается второй, то этим "рычагом" мы так и не воспользовались, хотя возможности для этого, безусловно, имели. В советские времена, естественно, этого никто бы не допустил — все водные ресурсы находились под неусыпным двойным контролем Госплана и Министерства мелиорации и водного хозяйства СССР.

На территории Армении, по которой протекают около 10 тысяч больших и малых рек, аккумулируется в среднегодовом исчислении около 10 миллиардов кубометров воды. Из них мы реально используем лишь 2,3-2,4 миллиарда, т. е. примерно 32-33% общего количества. Таким образом, 67% "армянской воды" утекает в Каспийское море. А главный наш водный "парадокс" состоит в том, что, позволяя воде утекать, мы при этом в полном смысле слова испытываем жажду у ручья. Достаточно сказать, что, имея такое избыточное количество воды, утекающей в не самое дружелюбное нам море, мы имеем при этом самый низкий в регионе показатель количества воды на душу населения. Если в Азербайджане в расчете на одного человека приходится 3800 куб. м, в Грузии — 11800, то в Армении — всего 2400.

Это создает нам множество проблем. Во-первых, продовольственную. По данным Минсельхоза, из-за нехватки воды площадь орошаемых земель за последние 20 лет сократилась на 126 тыс. га, а объем используемой воды — вдвое. Сегодня в Армении осталось 274 тыс. гектаров, эффективность которых всецело зависит от орошения. Однако из них реально орошаются лишь 165-175 тысяч, и это дает огромные потери в урожае всех видов сельскохозяйственных культур. Более того, полноценно задействуя водные ресурсы, мы можем поставить под орошение в общей сложности полмиллиона гектаров. Но при этом втрое увеличится потребность в орошаемой воде, которой нет, поскольку она продолжает утекать в соседние республики.

Не хватает "избыточной" воды и на решение гидротехнических проблем. Мы продолжаем делать основную ставку на АЭС, несмотря на очень противоречивые заключения экспертов. Между тем уже давно и многократно доказано, что гидроэнергетика втрое дешевле, значительно безопаснее и не имеет лимита использования. Мы же используем этот ресурс лишь на 75-80%.

На "сухом пайке" сидит и наша жилищно-коммунальная служба. Сегодня 520 населенных пунктов Армении не имеют постоянных источников питьевой воды. Иными словами, больше половины республики испытывает водный дефицит. Если же к этому добавить пресловутый и давно всем осточертевший график подачи питьевой воды во многих районах столицы, то положение с водой вполне можно назвать удручающим. И дело не только в дефиците, но и в качестве воды. Анализы, взятые из 1133 систем водоснабжения, показали — больше половины не соответствует установленным микробиологическим нормативам. Основной причиной этого является негерметичность и аварийное состояние систем водоснабжения, в результате чего сточные воды из поврежденных труб проникают в краны потребителей. И эту воду мы пьем. Плохое состояние систем приводит и к огромным утечкам воды как питьевой, так и орошаемой. В крайне разрушенном состоянии находится вся канализационная система, в итоге большая часть фекальных вод сбрасывается прямо в реки.

В угрожающем состоянии наши родники, вблизи которых размещаются всевозможные очаги загрязнения. Постоянному "натиску" промышленных и бытовых отходов подвергаются грунтовые воды и даже артезианские. Остро не хватает воды на проведение природоохранных мероприятий, в том числе и наполнение Севана.

Между тем очень важно на случай возможных ЧП иметь в стране стратегический запас воды в объеме 6-8 миллиардов куб. м. Где же аккумулировать этот запас? Разумеется, в прекрасно приспособленном для этого уникальном природном резервуаре пресной воды — Севане. И сделать это необходимо по двум причинам. Во-первых, имея в Севане 58 миллиардов куб. м, мы уже выкачали из него почти половину, так что пора вернуть хотя бы часть долга. А во-вторых, благодаря высокогорному расположению озера для забора воды не потребуется строить дамбы, плотины и прочие дорогостоящие сооружения. Но и это не снимет с повестки дня вопрос о строительстве новых водохранилищ.

В советское время в Армении строили много водохранилищ, но часть из них была, так сказать, с азербайджанским ориентиром. В частности, Джогазское водохранилище предназначалось не столько для Иджеванского и Ноемберянского районов, сколько для соседнего Казахского. Ради другого — Казахского водохранилища, из которого Армения не получала ни капли, были затоплены сотни плодороднейших гектаров Вазашенского совхоза. Взамен обещали переселить в Азербайджан анклавные села Бархударлу и Чафарлу, однако советская власть слово свое не сдержала... Переселение произошло много позже под давлением известных обстоятельств...

По поводу водообеспеченности Армении существуют два полярных мнения. Одни утверждают, что воды у нас избыточно много. Помнится, побывавший в конце 90-х в Армении гидростроитель из Германии все удивлялся, что в стране с таким мощным гидропотенциалом испытывали энергетический кризис даже после остановки АЭС. Наш потенциал при умелом расходовании воды не только позволяет нам обеспечивать себя полностью, но и продавать воду, цена на которую возрастает с каждым годом. Другие настаивают на том, что мы испытываем острую нехватку воды и потому должны беречь каждую каплю.

Интересно, что правы и те, и другие, потому что в соответствии с народной мудростью, "любое богатство легко обращается в прах, если его неправильно использовать". А мы расточаем наше богатство, позволяя огромным запасам воды "уходить" с наших территорий. Некачественное строительство туннелей, водохранилищ, плотин, дамб приводит к огромным потерям воды, а довершает этот водный разор плохое состояние наших водопроводных и ирригационных сетей, доводящих утечки воды до катастрофического уровня.

По мнению специалистов, для того чтобы на территории Армении можно было аккумулировать еще 2 миллиарда куб. м — количество, способное в значительной степени решить наши водные проблемы, нужно в дополнение к уже имеющимся 79 построить еще 120-130 водохранилищ. Однако до сих пор в этом направлении ничего не делается из-за отсутствия денег. И это при том, что на аграрные, в том числе водопользовательные программы, направляются огромные международные средства.

Сегодня управлением водных ресурсов занимается множество структур: Министерство охраны природы разрабатывает общую политику, предоставляет разрешения на водопользование, Госкомитет по водному хозяйству управляет водными объектами, Министерство сельского хозяйства занимается политикой распределения оросительной воды, Министерство здравоохранения контролирует качество, Министерство градостроения — снабжение населения питьевой водой, свои функции у Минэкономики и Минэнергетики. Однако у этих семи "министерских" нянек "дитя без глазу", т. е. население без достатка питьевой, а поля и сады — оросительной воды, стоимость которой буквально разорительна и для тех, и для других.

Между тем ООН, объявив XXI век веком пресной воды, тем самым признала ее главной ценностью столетия. И не случайно. Пресная вода может скоро стать раритетом во всем мире, ибо запасы ее составляют всего 2,6% всех водных ресурсов, причем 65% этого количества заморожено в ледниках.

Что из этого следует? Мы являемся обладателями величайшего богатства, стоимость которого растет не по дням, а по часам. Эксперты предсказывают, что цена на воду будет несопоставима со стоимостью самых дорогих энергоносителей. Словом, назад к банальному тезису — воду надо беречь! Правительство Армении разработало национальную программу использования водных ресурсов, которую парламент уже утвердил. Теперь дело за исполнением, а это, как известно, наш основной национальный изъян.

Edited by Pandukht

Share this post


Link to post
Share on other sites

Давид Бабаян

Водные ресурсы как рычаги воздействия

Гидрополитика – одно из ключевых направлений геополитики Турции

В последнее время наглядно проявляется геополитическая активизация Турции. Данное государство всеми способами пытается проникнуть в Закавказье, вклинивается в ближневосточные дела, что привело к напряжению во взаимоотношениях с Израилем. Политика Анкара дестабилизировала даже ситуацию в Синцзянь-Уйгурском автономном районе Китая, вызвав крайне негативную реакцию и достаточно жесткие действия Пекина.

Все эти действия наглядно проявили реанимацию ряда ключевых направлений турецкой геополитики, в частности усиление и симбиоз факторов ислама и пантюркизма. Однако эти направления, возможно из-за своей относительной идеологизированности, в какой-то степени, оттеснили на второй план другие, не менее ключевые направления турецкой геополитики.

Одним из таких направлений выступает гидрополитика, суть которой заключается в использовании фактора водных ресурсов во взаимоотношениях с другими государствами для достижения собственных целей. В данном контексте у Турции имеются как достаточные ресурсы, так и богатый опыт. Особенно эффективными в данном контексте выступает бассейн великих переднеазиатских рек – Тигра и Евфрата. Ряд специалистов считает, что до 98% водных ресурсов Евфрата и около 45% Тигра образуются в пределах территории Турции, а остальная часть - на территории Ирана. По другим данным, на долю Турции приходится 89% среднегодового стока Евфрата, составляющего 31 млрд. м3, на Сирию – 11%. Что касается Тигра, то 52% среднегодового стока реки, оцениваемого в 49 млрд. м3, приходится на Турцию, остальная часть – на Ирак. Страны бассейна Тигра и Ефрата распределяют воды рек по ряду соглашений. В апреле 1990 года Сирия и Ирак подписали соглашение, в соответствии с которым Сирия получала 42% стока Ефрата, а Ирак – 58%.

В сложившихся условиях страны бассейна сооружают водохранилища, строят оросительные каналы и проводят другие мероприятия по утилизации водных ресурсов Тигра и Евфрата. При этом от реализации тех или иных водных проектов на территории Турции и Сирии больше всего страдает Ирак, для которого реки Тигр и Евфрат имеют практически такое же значение, как Нил для Египта. Сирия уже построила ряд плотин на Евфрате, а плотина Табка является второй по размеру плотиной в регионе после Асуанской. В результате образовалось озеро Асад, а сток Евфрата в Ирак уменьшился с 920 м3/сек до 197 м3/сек. Это вызвало серьезные проблемы с водой в Ираке и в свое время чуть не привело к войне между двумя государствами, которые стянули свои войска к границам. В 1975 году Сирия урезала сток воды и восстановила его не раньше завершения посевных работ в Ираке.

Однако особое значение для бассейна Тигра и Евфрата имеет турецкий проект по развитию Юго-Восточной Анатолии (Guneydogu Anadolu Projesi) или ГАП. Данный проект является одним из крупнейших в мире и предусматривает использование гидроресурсов Тигра и Евфрата для орошения и производства электроэнергии, а также освоения земельных ресурсов Верхней Месопотамии. В результате предполагается, что районы Турции, находящиеся в пределах ГАПа, станут житницей не только Турции, но и Ближнего Востока. Общий объем инвестиций в данный проект оценивается в $30-35 млрд. В общей сложности в рамках проекта предусматривается построить 22 крупные плотины и 19 крупных гидроэлектростанций. Особое место занимает здесь плотина Ататюрка, посредством которой будут орошаться земельные угодья и производиться 8,1 млрд. кВт/ч электроэнергии в год.

Осуществление проекта сулит Турции хорошие перспективы развития экономики страны в целом и восточных регионов в частности. Особо сильный импульс придаст проект развитию сельского хозяйства. По некоторым данным, после завершения проекта ГАП площадь орошаемых земель в Турции увеличится на 40%. По другим данным, площадь новых орошаемых земель превзойдет площадь всех орошаемых до этого земель в стране. До орошения земельные угодья районов, подпадающих под ГАП, засевали лишь одной сельхозкультурой, в основном пшеницей, и с них собирали 20 центнеров пшеницы с га, да и то с чередованием в один год. После же осуществления проекта за тот же самый период времени сельхозугодия будут засеваться разными культурами, и с гектара планируется собрать до 4 центнеров хлопка, 100 центнеров пшеницы и 80 центнеров других видов зерновых.

Осуществление проекта даст достаточно сильный импульс и производству электроэнергии. Новые гидроэлектростанции будут производить четверть вырабатываемой в Турции электроэнергии. Построенные на Тигре и Евфрате гидроэлектростанции будут производить 27 млрд. кВт/ч электроэнергии, что больше совокупного производства электроэнергии в стране в 1983 году. В целом же осуществление проекта создаст 3,3 млн. новых рабочих мест и увеличит внутренний валовый продукт Турции на 12% в год.

Между тем Ирак и Сирия серьезно обеспокоены последствиями данного проекта. Эти страны заявляют, что их права на Евфрат и Тигр идут из глубины истории, и что эти реки являются международными. Следовательно, их ресурсы не должны использоваться одной стороной по своему усмотрению. Сирия уже заявляет, что из-за плотины Ататюрка собственная плотина Табка временами работает на 10% от мощности, и по некоторым подсчетам, после осуществления Турцией гидропроектов на Тигре и Ефрате, к 2025 году Сирия будет получать 16% того объема воды, который она получает сейчас, а Ирак – 27%. Турки всячески оправдывают осуществление проекта ГАП, приводя как объективные, так и субъективные доводы. Среди объективных доводов основной акцент ставится на развитие восточных регионов Турции. Юго-восточные регионы Анатолии, несмотря на наличие богатых природных ресурсов, в том числе воды, пахотных земель, остаются одними из самых экономически отсталых регионов страны. На долю шести из восьми восточных провинций Турции приходится менее 2% мелких и средних промышленных предприятий, занятых в промышленности и всего промышленного производства страны, и даже несмотря на наличие богатых водных ресурсов, здесь ощущается дефицит в воде.

Кроме того, Tурция сильно зависит от внешних источников энергии. Масштабные гидроэнергетические проекты уменьшат эту зависимость. На данный момент гидроэлектростанции Турции производят лишь немногим более трети всей производимой в этом государстве электроэнергии. Если в 2002 году потребление электроэнергии в Турции составляло 126,9 млрд. кВт/ч, то в нынешнем году ожидается, что этот показатель составит 260-280 млрд. кВт/ч, а к 2020 году – 528 млрд. кВт/ч. Понятно, что если Турция не предпримет меры по использованию энергетических мощностей на своей территории, то зависимость от внешних источников энергии еще более усилится. Ресурсы Тигра и Евфрата составляют около трети гидропотенциала Турции и их использование представляется безальтернативным.

Субъективные доводы Анкары по поводу использования вод Тигра и Евфрата сводятся к не подлежащему обсуждению праву Турции на это. Суть данного подхода можно передать словами бывшего президента этой страны Сулеймана Демиреля, произнесенными им в июне 1992 года в ответ на обвинения Дамаска относительно того, что использование Турцией вод Евфрата представляет угрозу водной безопасности Сирии. Демирель сказал буквально следующее: «Мы же не говорим, что должны разделить их нефтяные запасы. И они не могут требовать от нас раздела наших водных ресурсов. Это дело суверенитета. Мы имеем право делать все, что хотим».

Но кроме вышеуказанных объективных и субъективных доводов не менее важным, а в некоторых случаях и самым важным, фактором является то, что вода - весьма действенный политический механизм для достижения тех или иных политических целей. Контроль над истоками рек и обладание возможностями использования ресурсов этих рек дают очень сильный рычаг воздействия. Именно поэтому Дамаск и Багдад так нервно реагируют на действия Анкары в водном вопросе. Наглядным подтверждением важности воды в качестве политического рычага является намерение Турции поставлять воду странам, расположенным за пределами бассейна Тигра и Евфрата. Особого внимания здесь заслуживает предложенный в 1987 году турецким лидером Тургутом Озалом проект поставки воды в ряд арабских стран и Израиль, известный под названием Мирный трубопровод. Посредством одного трубопровода вода из Турции будет поставляться в Мекку и Медину через территории Сирии и Иордании, а по другому трубопроводу - в Кувейт и Объединенные Арабские Эмираты. Первый трубопровод будет поставлять 3,5 млн. м3 воды в день (1,28 млрд. м3 в год), а второй – 2,5 млн. м3 в день (0,9 млрд. м3 в год). Основными источниками доставки воды на Аравийский полуостров и Ближний Восток будут реки Джейхан (Ceyhan) и Сейхан (Seyhan), которые берут начало в горах Тавра. По оценкам специалистов, осуществление проектов обойдется в $17-20 млрд., но международные подрядчики заявляют, что доставляемая вода будет в 3 раза дешевле опресненной воды такого же качества, получаемой странами региона.

Турция разрабатывает также программу поставки за рубеж водных ресурсов реки Манавгат (Manavgat) около города Анталья. Работы по созданию инфраструктуры по очистке воды, ее хранению, и закачиванию на танкеры были завершены в 1997 году. Они обошлись в $147 млн. Инфраструктура по очистке воды имеет мощность в 500 тыс. м3 в день (180 млн. тонн в год), а среднегодовой сток реки Манавгат в целом составляет 3,6 млрд. кубометров. Это дает возможность увеличить в будущем объемы экспортируемой воды. Тель-Авив уже изъявил желание получать воду Манавгата. Предполагается, что Турция будет поставлять Израилю 50 млн. м3 воды в течение 20 лет. Воду в Израиль планируется доставлять посредством нескольких танкеров дедвейтом в 400 тыс. тонн, каждый из которых должен 65 раз в году перевозить воду из Турции. Учитывая возрастающие потребности еврейского государства в воде, можно предположить, что объем экспортируемой в Израиль воды возрастет. В Турции имеются и силы, которые выступают за поставку воды из реки Манавгат не в Израиль, а в Алжир и даже в Марокко.

Как видно Армянское нагорье занимает ключевое значение в гидрополитике региона. Еще в шумерских источниках об этом имеются прямые сведения. В данном контексте, изучая историю армянского народа, в частности, события 1915-1923 гг., необходимо рассматривать Геноцид 1915 года и с точки зрения гидрополитики. Вполне возможно, что осуществляя геноцид нашего народа, турки ставили перед собой также и цель взять под свой демографический контроль водные ресурсы Армянского нагорья – гидродонора всего Ближнего Востока. Они прекрасно понимали, что без Армянского нагорья Турция, попросту будет не в состоянии быть субъектом региональной и даже глобальной геополитики. Поэтому среди других целей, они, возможно, преследовали и гидрополитические цели. Но это предмет особого и достаточно глубокого исследования.

Другим важным и относительно молодым направлением турецкой гидрополитики предстает кипрский вопрос. В 2009 году турецкий премьер Эрдоган заявил, что в течение ближайших трех лет из Турции на турецкий Кипр будет построен трубопровод, доставляющий пресную воду в эту непризнанную республику. Общая протяженность водопровода должна составить около 110 км, из коих под дном Средиземного моря на минимальной глубине в 250 метров будет проложено около 80 км. По данному водопроводу на турецкую часть Кипра будет доставляться около 73 млн. кубометров воды из уже упомянутой выше реки Манавгат, расположенной в Киликии.

Данный водопровод турецкая сторона активно использует во взаимоотношениях с Республикой Кипр, утверждая, что он может стать водопроводом мира и способствовать реинтерграции греческой и турецкой частей острова. Республика Кипр, естественно, на данном этапе негативно относится к данному предложению. Но надо признать, что водный фактор может быть весьма действенным фактором для оказания давления на Республику Кипр (греческий Кипр). Например, в 2008 году из-за сильнейшей засухи Республика Кипр оказалась в катастрофической ситуации и была вынуждена танкерами импортировать воду из Греции, заплатив за это сотни миллионов долларов. Тогда в резервуарах этой страны осталось лишь коло 17-19 млн кубометров воды, что меньше объема одного из самых маленьких водохранилищ в Армении - Кечутского (Вайоцдзорский регион Республики Армения) и в 31,5 раз меньше объема самого крупного в армянских государствах водохранилища – Сарсангского (Мартакертский район Республики Арцах). По прогнозам экологов, со временем ситуация с водными ресурсами на Кипре будет еще более ухудшаться.

Понятно, что после введения в эксплуатацию данного трубопровода турецкая сторона еще активнее станет использовать его во взаимоотношениях с Кипром и Грецией.

Все эти тенденции лишний раз показывают возрастающеe значение гидрополитики в мире и в политике соседних нам государств. Армянские государства также должны уделять первостепенное значение гидрополитике, ведь у нас большие запасы пресной воды, которые мы в будущем будем в состоянии экспортировать их, например, в засушливые страны Персидского залива. Не надо забывать, что XXI век, как об этом заявляют многие ученые, политологи и аналитики, является веком водных ресурсов. И в данном контексте особое значение приобретают Карвачарский и Кашатагские районы Арцаха. Здесь сконцентрирована львиная доля водных ресурсов Арцаха. Без них водная безопасность Арцаха будет под серьезной угрозой. Под серьезнейшей угрозой будет и безопасность Республики Армения. Достаточно напомнить, что именно в Карвачаре берут начало реки Арпа и Воротан, без которых озеро Севан, на долю которого приходится около 80% поверхностных водных ресурсов Армении, попросту обречено. Мы должны сделать все возможное, чтобы исключить в будущем повторение трагических событий в нашей истории.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Армении тоже надо создать обширную сеть водохранилищ и водных резервуаров и очень активно стимулировать развитие рыбного хозяйства и индустрии по изготовлению кормов для этого хозяйства.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Нефть и вода

…Бог обделил Арцах углеводородами, из-за которых сталкиваются интересы крупных держав. Однако Бог дал Арцаху то, что в недалеком будущем, как предрекают ученые, станет ценнее углеводородов – воду.

Нефть — не топливо; топить можно и ассигнациями (Дм. Менделеев).

Нефть и демократия не смешиваются (Рамзи Кларк, экс-министр юстиции США).

Где нефть – там кровь. Это почти библейское высказывание принадлежит, если не ошибаюсь, одному из братьев Нобелей, известных нефтепромышленников конца позапрошлого века.

В Арцахе нефти нет, а вот кровь была. Потому что нефть была в Азербайджане. Она и сегодня есть. Конечно, запасы ее не бесконечны, но… пока есть. И пахнет она политикой. Но мы сейчас не о политике говорить будем. Об экономике. В ее чистом виде.

Считается, что в современном мире экономикой правят энергоносители. И они же решают все экономические проблемы. По большому счету это и в самом деле так. А поскольку нефть – энергоноситель, то выходит, что без нее не обойтись.

Между тем, не все так просто. Прежде всего потому, что запасы нефти и газа не бесконечны. Международные исследовательские центры приводят различные сроки властвования углеводородов над экономиками мира. Однако все они, в общем, сходятся в одном: в не столь далеком будущем человечество столкнется с проблемой нехватки этих самых углеводородов. И сразу же даст о себе знать так называемая Цена вопроса.

Уже сегодня страны, импортирующие энергоносители, стоят перед достаточно серьезными проблемами, связанными с динамикой цен на мировом рынке. Японская катастрофа еще более усугубила и без того сомнительное отношение к атомной энергетике, и уже многие страны предпочитают прекращение ее производства с учетом возможных опасных последствий.

Отсюда и тот неподдельный интерес к альтернативным источникам энергии, которые уже сегодня проявляют многие страны в поисках решения проблемы энергетической безопасности. Точнее, к разрабатываемым в целях решения этой проблемы программах энергетической независимости. Они, можно сказать, становятся для этих стран, лишенных собственных источников углеводородов, стратегически важными.

Арцах, как выше было отмечено, нефти лишен. И газовых месторождений тоже. Так распорядилась природа. Но та же природа распорядилась так, что в Арцахе нет недостатка в водных ресурсах. Это неудивительно, поскольку рельеф местности сложен из горных хребтов. С севера, запада и юга Арцах окаймлен высокими горами. Средняя высота над уровнем моря в Арцахе – 1100 метров. В отдельных местах вершины горных хребтов достигают отметки чуть менее 4000 метров.

Стекающие с горных вершин воды, сливаясь, образуют реки, которые текут к северу, на восток и к югу. Только основные водные артерии Арцаха – реки Тартар, Хачен и Каркар, общей протяженностью 420 километров, образуют водную поверхность площадью в 5500 квадратных километров. И это не считая тех мелких рек и ручьев, которые то тут, то там разбросаны по всей территории Арцаха и используются, в основном, для орошения сельхозугодий.

Тут следует отметить, что географически центральная часть Арцаха (территория бывшей НКАО) лишена обширных высокогорных влагозадерживающих районов, обеспечивающих бесперебойное питание рек, источников и естественных водоемов на протяжении всего года вне зависимости от колебаний климата. Основной влагозадерживающий участок, обеспечивающий водой территорию нынешней НКР, расположен на горном рельефе Карвачарского (бывшего Кельбаджарского) и Кашатагского (бывшего Лачинского) районов.

Суммарный среднегодовой сток воды рек Тартар и Хачен (соответственно 695 млн. и 136 млн. куб. м в год), берущих начало в Карвачарском районе НКР, превышает аналогичный суммарный показатель всех рек, берущих начало непосредственно в пределах территории бывшей НКАО почти в четыре раза. Так же и суммарный среднегодовой сток воды рек Ахавно (716 млн. куб. м в год) и Забух (723 млн. куб. м в год), берущих начало в Кашатагском районе, превышает этот же показатель для рек, берущих начало или протекающих по территории бывшей области (1051 млн. куб. м в год). Компенсация эта столь велика, что сегодня Арцах занимает чуть ли не первое место в мире по количеству воды на душу населения.

Так что, если Бог и обделил Арцах углеводородами, из-за которых сталкиваются интересы крупных держав, то крохотному по сравнению с ними Арцаху он дал то, что в недалеком будущем, как предрекают ученые, станет ценнее углеводородов – воду. Водные ресурсы.

Но весь парадокс сложившегося климатического и природного порядка вещей в Арцахе заключался в том, что имея достаточное количество воды в расчете на душу населения, Арцах все время испытывал нужду в ней. Все время, пока находился в составе советского Азербайджана. Территория тогдашнего Арцаха, усеченная до пределов бывшей автономной области, всегда испытывала, особенно в ее центральной части, недостаток водных ресурсов во всех сферах ее жизнедеятельности. Политика Азербайджана во всех вопросах административно-территориального управления, в частности, в вопросах использования воды, была составной частью курса на создание невыносимых условий жизни армянского населения Нагорного Карабаха, направлена на недопущение динамичного развития экономики тогдашней области и улучшения социальной среды.

Препятствование использованию автономной областью даже имеющихся на ее территории водных ресурсов в собственных целях являлось одним из рычагов проведения целенаправленного курса общей дискриминации.

Но сегодня ситуация изменилась в корне. Собственными водными ресурсами Арцах распоряжается сам. И Цена вопроса сразу же упирается в сакраментальное – как? Как сегодня Арцах использует собственные водные ресурсы на благо собственного же государства?

В одном из исследований этого вопроса, сделанных в первые же послевоенные годы обретения независимости, можно прочитать следующее: «Государство должно создать необходимую инфраструктуру для рационального распределения и использования существующих, а также новых водных ресурсов в целях удовлетворения возрастающих потребностей НКР в питьевой воде, воде для промышленных нужд и сельского хозяйства, а также для нерасходующих сфер экономики республики – как на данном этапе, так и в долгосрочной перспективе».

То есть то, что не делалось в Арцахе советского периода, находящегося «в составе Азербайджана», должно было делаться сейчас – «на данном этапе» и «в долгосрочной перспективе».

Разделение на этапы и перспективу – не только дань технологии реализации поставленных задач. Слишком много их накопилось за годы административно-территориального подчинения Азербайджану, и справиться со всеми ими в одночасье, конечно же, немыслимо.

Поэтому в предвыборной программе третьего президента НКР Бако Саакяна в разделе «Инфраструктуры» были отмечены такие задачи, как: использование собственного гидроэнергетического потенциала и реализация программ по строительству малых ГЭС за счет государственных и частных инвестиций; последовательное улучшение управления водными ресурсами и эффективности водоснабжения; обеспечение водоснабжения населенных пунктов.

По последнему пункту особенно актуально стояла и до сих пор стоит проблема питьевого водоснабжения столицы НКР – Степанакерта. В городе с водой всегда была напряженка. Чуть ли не единственный источник питьевой воды, названный горожанами «Три крана» (по числу кранов), находился в центре города и был удобен жителям, таскавшим домой воду в ведрах. Не удивительно, что у «Трех кранов» всегда скапливалась большая очередь. Но никто не толкался, не лез вперед – разве что кому-то надо было просто напиться, и тогда очередь сама приглашала жаждущего к воде. А старожилы, между тем, подтрунивали – то ли над собой, то ли над властями: «Степанакерт, окруженный живительными родниками, изнывает от жажды».

Впрочем, «жаждущий Степанакерт» – тема отдельная, и мы к ней обратимся попозже. Тем более, что сегодня весьма интенсивно реализуется намеченная программа по решению этой проблемы. Жаждущим Степанакерт уже назвать трудно, но и обеспеченным его водой в полной мере тоже не приходится. Словом, тема отдельная. О ней потом.

А пока о воде для иных ипостасей. Прежде всего, для нужд сельского хозяйства. Как известно, аграрная сфера – это основная сфера деятельности для экономики Арцаха. Это – как данность. Если внимательно приглядеться к экономическим показателям, ежегодно предоставляемым Национальной статистической службой Арцаха, то нетрудно заметить, что примерное равенство удельного веса промышленности и сельского хозяйства в структуре ВВП республики вовсе не означает их равенство по приоритетности. Арцах – край аграрный, и этим определяется эта самая приоритетность. Горнодобывающая промышленность, конечно же, звучит гордо и престижно для маленькой страны, однако же, будем откровенны, не налоговыми поступлениями от уходящих за пределы Арцаха медных с золотом концетратов жив сегодня арцахец. А теми дарами, которые ему предоставляют поля, сады и пастбища. «Достижение самообеспечения НКР основными продуктами питания является непременным условием обеспечения национальной безопасности», - читаем мы в том же документе-исследовании, составленном более десяти лет назад.

И там же: «Сельскохозяйственный сектор в силу географических и исторических факторов будет иметь приоритетное значение для НКР и в XXI веке». Между прочим, документ составлен со знанием дела, и на вопрос – в каком смысле аграрный сектор будет или должен иметь приоритетное значение? – отвечает следующим образом: «Соседство с государствами, имеющими развитый аграрный сектор и широкие экспортные возможности, станет серьезным вызовом становлению экономики НКР в целом». Здесь, прежде чем продолжить цитирование, остановимся и согласимся с тем, что предвидение десятилетней давности сегодня вполне оправдывается на городском рынке Степанакерта: сельхозпродукция там, в основном, привозная – от зелени до овощей и фруктов. Соседний, однако недружелюбный Азербайджан, конечно же, помидоры и баклажаны Арцаху не поставляет, хотя и мог бы при иных обстоятельствах, а вот соседняя и вполне дружелюбная Армения в этом деле очень даже активна вне зависимости от обстоятельств: рынок – категория экономическая. А коль скоро это так, то и выходит, что национальная безопасность Арцаха в плане продовольствия пока обеспечивается дарами Араратской долины, а не из собственных садов и огородов, как предполагается в принципе. Но это одна сторона вопроса. Другая, экономически более выдержанная и глубоко содержательная, - это ее экологическая составляющая. Поэтому продолжим цитирование: «Именно по этой причине экологическая направленность развития экономики республики с точки зрения обеспечения ее экономической безопасности в будущем будет иметь чисто практическое, а не декларативное значение. Повсеместная организация производства и переработки только экологически чистых продуктов питания, спрос на которые в мире постоянно будет расти, могут стать одним из важных направлений экономического развития».

Перспектива заманчивая, но ведь действительность диктует другое: не до жиру, быть бы живу. Формула жизни, которая не создает предпосылок для успеха и прогресса.

А предпосылки, между тем, имеются. И для успеха, и для прогресса. Прежде всего, это наличие благоприятных почвенных и климатических условий, которые позволяют на существующих земельных фондах Арцаха достигнуть и самообеспечения основными сельхозпродуктами питания, и последующего экспорта их, скажем так, элитных видов.

Предпосылки есть, а вот веры в эти самые предпосылки, кажется, нет. Причина пока одна – слишком долго многолетняя государственная политика Азербайджана препятствовала поступательному развитию аграрного сектора автономной области как источника доходов и сферы занятости ее населения. Уточним: армянского населения, поскольку для азербайджанского населения, в большинстве своем расселившегося на благодатных землях вокруг Степанакерта, а также азербайджанских крестьян соседнего Агдамского района основным источником доходов и сферой занятости было именно сельское хозяйство. Как необходимое и единственно верное средство самореализации и самосуществования. У армян же самореализация происходила в иных сферах деятельности. Меньше всего – в сельскохозяйственной. Что в то время было вполне оправдано по многим причинам. Одна из них – те же водные ресурсы. То бишь оросительные системы. Вернее, их дефицит, чтобы не сказать отсутствие. А когда основные земельные фонды не имеют оросительной системы, то это исключает активизацию сельскохозяйственной деятельности. Аксиома. Подумать только! С 1954 по 1988 годы, то есть за 34 года общая площадь орошаемых земель в бывшей автономной области с 21 тысячи гектаров была доведена лишь до… 25 тысяч гектаров. В год по менее чем сто гектаров.

Теоретически площадь орошаемых земель в Арцахе можно было довести до ста тысяч гектаров по состоянию на конец прошлого века. Но… Только теоретически. На практике же этим теоретическим расчетам не суждено было сбыться. Даже если бы не было войны. А война привела к еще худшему положению: 18 тысяч из тех 25 тысяч гектаров сегодня находятся на оккупированных Азербайджаном землях Мардакертского района. Остается одно: восстановить, задействовать и развивать оросительную систему Арцаха, как это и записано в правительственной программе. Это, опять же, в стратегических интересах НКР.

Недавно государственная комиссия по регулированию общественных услуг и экономической конкуренции НКР удовлетворила заявку ЗАО «Водное хозяйство» о расширении границ своих полномочий. Теперь ЗАО «Водное хозяйство» кроме Аскеранского, Мартакертского, Кашатагского районов будет обслуживать и Гадрутский район. Здесь начались работы по орошению пахотных земель из водохранилища Варанда. Согласно представленной программе, в 2011 г. в Гадрутском районе орошаемыми станут 100 га, в 2012 г. – 500 га, в 2013 г. – 700 га. Процесс пошел, а вместе с ним и появилась надежда, что карабахский крестьянин начнет вывозить свою собственную продукцию на экспорт.

Однако если экспорт сельхозпродукции из Арцаха все еще, надо признать, за горами, то экспорт электроэнергии, которая вырабатывается благодаря тем же водным ресурсам, вполне реален в самом ближайшем будущем. Гидроэнергетика Арцаха, не только согласно статистическим данным из Нацстатслужбы, но и воочию, развивается довольно ускоренными темпами.

Арцах может стать страной, экспортирующей электроэнергию.

Развитием энергетической отрасли Нагорного Карабаха в области производства электроэнергии посредством гидроэлектростанций занимается ОАО «АрцахГЭК». Это первое и в Арцахе, и в Армении предприятие, в работу которого вовлечено население – акционерами его являются, в основном, граждане Нагорного Карабаха и Армении. Первое публичное распределение акций открытого акционерного общества «АрцахГЭК» было произведено весной 2009 года. Было размещено 862074 акций, на которые подписались 1 111 акционеров. Номинальная цена акции была определена в размере 1000 драмов, цена продажи – 1050 драмов.

В следующем 2010 году было произведено второе публичное распределение акций ОАО «АрцахГЭК». По словам финансового директора компании Жана Оганесяна в 2010 году было распределено уже 1 млн. 400 тысяч акций на сумму 1 млрд. 554 млн. драмов. Эта сумма позволит завершить строительные работы гидроэлектростанций и приступить к новым строительным работам.

Пока в Нагорном Карабахе действуют две гидроэлектростанции - Сарсангская ГЭС и малая ГЭС «Трги-1» – вместе они обеспечивают около 60 процентов потребляемой в республике электроэнергии.

Сегодня внутренний объем потребления электроэнергии в Арцахе составляет порядка 250 млн. кВт/час. Значит, нужно и далее развивать производство – строить малые гидроузлы на реках в соответствии с утвержденной правительственной программой. Сразу же заметим, что это не простая программа. В правительстве рассчитали: общий потенциал республики позволяет вырабатывать ежегодно до 700 млн. кВт/час электроэнергии.

А это, в свою очередь, означает, что реализация разработанной правительством программы строительства малых ГЭС позволит Нагорному Карабаху не только обеспечить энергетическую независимость, но и стать экспортером электроэнергии. Идея, которая с самого начала была заложена в энергетическую программу Арцаха, сегодня получает вполне ощутимые очертания ее реальности.

Это подтверждается и теми показателями производственной деятельности ОАО «АрцахГЭК», которыми предприятие завершило 2009 и 2010 годы. Сказать, с хорошими показателями, ничего не сказать. Так, если в 2008 году взамен предусмотренных 100 млн. кВт/час электроэнергии было произведено 97,1 млн. кВт/час, то в 2009-ом «АрцахГЭК» не только наверстал упущенное, но и добавил к нему – произвел 119,3 млн. кВт/час электроэнергии.

Существенное увеличение объемов производства произошло и в 2010 году, производство составило 177,6 млн. кВт/час электроэнергии. Доходы компании по сравнению с 2009 годом увеличились на 61,6 процентов, а активы общества (со строительством новых мини-ГЭС) выросли на 44,8 процентов.

Поэтому объяснять, почему с каждым годом акционеров у предприятия становится все больше и больше, нет смысла. Растет уставной капитал Общества (сегодня он превышает 7,3 млрд. драмов), растут доходы предприятия. Почему бы и не покупать акции? Пока 69,3 процентов акций принадлежат Правительству Арцаха, а остальные 30,7 процентов – физическим и юридическим лицам. Как обещано финансовым директором Жаном Оганесяном, очередное публичное размещение акций произойдет осенью этого года. Ожидается, что соотношение между акционерами должно измениться в пользу физических и юридических лиц. На страницах газет и электронных порталов запестрели заголовки типа: «В Нагорном Карабахе раскупают акции энергетической компании», «Нагорный Карабах выставляет на открытую продажу акции своей единственной ГЭС», «Российские компании изучают энергетику Нагорного Карабаха».

Это и понятно. В 2010 году доходы ОАО «АрцахГЭК» составили 1 млрд. 635 млн. 937 тысяч драмов (более 4,4 млн. долларов США), расходы составили 478 млн. 510 тыс. драмов (около 1,3 млн долларов США). Чистая прибыль компании составила 1 млрд. 98 млн. 854 тысяч драмов (около 3 млн. долларов США), рост по сравнению с 2009 годом составил 71,7 процентов.

Еще в начале года исполнительный директор ОАО «АрцахГЭК» Ваграм Бегларян на заседании Совета директоров компании сообщил, что строительство малых ГЭС будет продолжено. Только в текущем году на это предусмотрено около 1 млрд. 700 млн. драмов (порядка 4 млн. 600 тысяч долларов США).

Но уже в самом начале этого года была открыта гидроэлектростанция «Сюник-1», построенная, правда, на средства частного инвестора ООО «Изотоп-дельта». Что вовсе не умаляет значения и важности «АрцахГЭК» в энергетической сфере НКР. Компания продолжает строить мини-гидроэлектростанции, начало которым было положено сооружением на возвышенности у села Атерк станции «Трги-1».

В 2011 году должны завершиться сооружения гидроэлектростанций «Мадагис-1», «Мадагис-2» и «Трги-2», планируется начать строительство гидроэлектростанции «Трги-3».

Словом, малые гидроэлектростанции для Арцаха - это в своем роде бренд. Именно малыми ГЭС будет «произрастать» Арцах электроэнергией. Для собственных нужд и на продажу. Флагман и держатель этого бренда – ОАО «АрцахГЭК».

Но тут самое время отдать компании должное: она не является монополистом в деле производства электроэнергии. Недавно Государственная комиссия по регулированию общественных услуг и экономической конкуренции НКР дала разрешение еще одному хозяйствующему субъекту на производство электроэнергии в республике. Это ЗАО «Протон», которое начнет сооружение малой ГЭС «Сюник-2». Ее строительство планируется в общине Цицернаванк Кашатагского района, на реке Забуг, которая является одним из крупных притоков реки Агари, принадлежащей Воротанскому бассейну. «Сюник-2» разместится на 500 метров выше от «Сюник-1», будет иметь четыре агрегата, общая мощность которых составит 3,255 МгВт, а годовое производство составит 25 млн. 119 тыс. кВт/ч электроэнергии. В проект вложены капиталовложения на сумму более 2 млрд. драмов.

Но и это не все. Как отметил министр производственных инфраструктур при правительстве Нагорного Карабаха Карлен Петросян, водные ресурсы республики будут максимально направлены на производство электроэнергии. В планах правительства строительство гидроэлектростанций на реках Ишханагет и Каркар.

Надо ли говорить, что помимо самой электроэнергии строительство и эксплуатация гидроэлектростанций в Нагорном Карабахе создаст сотни рабочих мест. В этом также проявляется Цена вопроса по использованию водных ресурсов Республики Арцах.

Остается добавить, что все до сих пор сказанное – это всего лишь часть Национальной программы НКР по использованию водных ресурсов. Правительство уже обсудило и одобрило ее, и вскоре в виде законопроекта Программа будет внесена на рассмотрение Национального собрания НКР. В Программе затронуты вопросы сохранения и увеличения национальных водных ресурсов, применения мер по их целевому использованию, модернизации водных систем и т. д. Разработаны поэтапные – краткосрочные (до 2015 г.), среднесрочные (2015-2020 гг.) и долгосрочные (2020-2025 гг.) программы. Принятие подобного документа в виде закона является необходимостью, считают в Правительстве НКР.

defacto.am

Share this post


Link to post
Share on other sites

Азербайджан в заложниках у армянской воды

То, что вода - источник жизни на Земле, известно всем. В засушливых странах или в тех географических зонах, где в силу природных условий нет значительных запасов воды, ее ценили и ценят дороже золота. Сегодня это как никогда актуально, учитывая, что в современном мире назревает новый глобальный кризис - дефицит воды. По оценкам экспертов, уже в этом десятилетии каждый третий землянин будет страдать от недостатка в употреблении дневной нормы пресной воды, а в последующее десятилетие ситуация еще более ухудшится. Глобальное потепление, затронувшее землю, вынуждает таять северные ледники, вода которых смешивается с соленой морской водой, в результате чего население планеты теряет огромное количество пресной воды. Поднимающийся уровень океана также сужает реки с питьевой водой, уменьшая их бассейны. Ситуация не была бы столь печальной, если бы ее можно было исправить, однако вода - это природный продукт, который нельзя заменить абсолютно ничем. Водоочистительные и иные технические сооружения также не смогут обеспечить все страны мира чистой питьевой водой, а у некоторых стран просто не хватит финансовых ресурсов на приобретение и эксплуатацию этих сооружений.

Страны, которые страдают из-за большого отбора воды соседними странами

К числу стран, традиционно сталкивающихся с дефицитом воды, можно отнести африканские страны, некоторые страны Ближнего Востока. Однако если эти страны страдают из-за плохой природной гидрографии, то есть страны, которые страдают из-за большого отбора воды соседними странами. К примеру, Ирак испытывает острейшую нехватку воды, из-за того, что Турция построила более десяти дамб по реке Евфрат. Ситуация дошла до того, что приграничные с Турцией региона Ирака, практически опустели.

К таким категориям «ущемленных» в скором времени можно будет отнести и Азербайджан. Как известно, более 50% рек, протекающих по территории современного Азербайджана, берут свое начало в армянских горах. Армянские реки, по сути, кормят всю западную часть Азербайджана, и являются основным (!) источником жизни для сотен тысяч, а то и миллиона азербайджанцев, проживающих на этой территории.

Напряженные отношения между Арменией и Азербайджаном из-за Нагорного Карабаха создают для Азербайджана серьезные угрозы в плане забора на армянской территории воды рек, текущих в Азербайджан, тем более что армянская сторона имеет полное право распоряжаться своими гидроресурсами на собственной территории. Ситуация осложняется и тем, что Азербайджан закрыл границы с Арменией, и уже более 20 лет держит Армянское государство в условиях блокады. Блокада, конечно же, не поставила на колени армянский народ, но создала неблагоприятную атмосферу в плане развития экономики Армении и отрицательно влияет на инвестиционную привлекательность республики. Тем не менее, армянская сторона в ответ на блокаду, ни разу не пыталась воздействовать на Азербайджан путем забора воды из своих рек.

Впервые мыcли по этому поводу были озвучены политологом Левоном Мелик-Шахназаряном, по словам которого Агстафа, Товуз, Газах, Геранбой, Тертер, Барда, Агджабеди, Бейлаган, остающиеся под оккупацией Азербайджана части Агдама и Физули полностью, а Шамкир, Гядабек, Бейляган, Имишли - в значительной степени зависят от вод армянских рек. И этим преимуществом Армении необходимо было воспользоваться, так как именно в этих районах сегодня производится значительное количество сельскохозяйственной продукции Азербайджана.

Армения и, частично, Грузия - это единственные страны, которые не испытывали дефицит пресной воды

В действительности, если Армения сможет снизить поток воды текущий в Азербайджан, то это уже серьезно ударит по последнему. Армения, и частично Грузия - это единственные страны в Закавказье, которые не испытывали до сих пор и не будут испытывать в будущем дефицит пресной воды. В Азербайджане же ситуация совершенно противоположная.

Единственные крупные речные артерии Азербайджана - это реки Аракс и Кура. Но реки эти сильно загрязнены, и для их использования необходимы водоочистительные сооружения. В случае если Армения перекроет хотя бы половину того объема воды, что течет в Азербайджан, то для обеспечения всех населенных пунктов водой Азербайджану потребуется проводить трубопровод, вплоть до границы с Арменией, что, помимо больших затрат, потребует время на разработку и непосредственно осуществление этих проектов. Но даже в этом случае Азербайджан не избавится от нехватки воды, т.к. уровень в Араксе и Куре резко упадет.

На днях стало известно, что две армянские реки (Воскепар и Дебед) перестали течь в Азербайджан, что стало тревожным сигналом для этой республики. Так, воды реки Воскепар, протекающей по Тавушской области Армении, отныне будут течь не в Азербайджан, а орошать земли нескольких армянских сел. На средних течениях реки Воскепар на высоте около 1200 м построена бетонная дамба со всеми необходимыми механизмами приема воды.

Ранее воды реки Воскепар вливались в водохранилище Джогаза, которое находится на армяно-азербайджанской границе. Но в результате действий азербайджанских снайперов подойти к водохранилищу было невозможно. Отныне воды реки будут использоваться для орошения 1100 га земли в общинах Воскепар, Ваганист, Воскеван и Коти. Отметим, что для работ на реке Воскепар потрачено 3,5 млн долларов и еще 2 млн долларов пошло на работы на протекающей поблизости реке Дебед. Программа реализована в рамках кредита Международного фонда развития сельского хозяйства. «Это не единственные дамбы» - заявил президент Армении во время торжественного открытия насосной станции на реке Воскепар. «В скором времени планируется постройка еще восьми дамб, которые обеспечат население Армении непрерывной питьевой водой» - сказал Серж Саргсян

Как ни странно, но новость об утрате вод двух этих рек в азербайджанской прессе практически не упоминались. Причины подобной «реакции» азербайджанских СМИ понятны - после 20 лет блокады Армении власти соседней республики всерьез заволновались и приняли выжидательную позицию.

Vodainfo.com

Share this post


Link to post
Share on other sites

Что такое водная блокада врага и что означает использовать природные «крепости» в противостоянии с врагом

Уже сообщалось, что в конце ноября текущего года Центр стратегических исследований (ЦСИ) при президенте Азербайджана и Институт географии им. академика Г. Алиева Национальной Академии наук Азербайджана (НАНАз) провели научно-практическую конференцию на тему «Гидротеррор и гидродиверсии Армении как угроза региональной безопасности». Были различные отклики, и с армянской стороны фактически констатировалось, что азербайджанские докладчики, по сути, делились между собой тем, что Армения и Арцах абсолютно бездействуют в направлении региональной политики, внесенном в заголовок указанной конференции…

Миру известны многочисленные факты того, когда права той или иной страны в природопользовании, тем более, в водопользовании, становились причиной для резких политических, а то и военных шагов. К резкости и бескомпромиссности Турции в вопросах водопользования на реках Тигр и Евфрат, причем в ущерб интересам соседних Сирии и Ирака, даже не стоит обращаться. Мы вполне можем вспомнить, как в 1993 году соседний Иран, обосновывая свои действия эскалацией военных действий в зоне арцахско—азербайджанского конфликта, ввел свои войска на территории вокруг двух водохранилищ на Араксе - в том числе и на территории Нахиджевана. И никто не посмел ничего возразить: Иран действовал строго в рамках международного права, закрепляющего, в том числе, и право стран на использование военной силы для защиты пунктов совместного водопользования в приграничных зонах.

Самое главное: даже международное право признает, что та же Турция, в принципе, имеет право ограничивать соседние государства в водопользовании, если считает, что воды рек Тигр и Евфрат должны, в первую очередь, служить ей. Ну и что, что Тигр и Евфрат – можно сказать, армянские реки и, вообще, теснейшим образом связаны с Армянским нагорьем?! Реки Западной Армении утрачены… А турки готовы пользоваться водами и мощью наших рек. То же самое можно сказать и в отношении прав Ирана на воды реки Аракс.

Да что там – Турция и Иран! О том, что природу вполне можно использовать для защиты своих интересов от врагов, говорит даже лидер Запада – США. Правда, в информации, посвященной переходу американцев к так называемому «природному оружию», речь идет не о реках и о праве водопользования на приграничных реках. Для интереса сообщим об этом читателям: ещё 26 июня 2012 г. американское научное издание «LiveScience» сообщило, что США будут широко использовать силу природы против своих врагов. Издание поясняло, что военные США тестируют новое супероружие: на этот раз речь идет не о боевых лазерах и рельсотроне, чьи успешные испытания наделали много шума, и не о новейших самолетах или подлодках, ракетах и т. д., а о самых настоящих молниях. Как пишет «LiveScience», оружие будущего может в буквальном смысле вызывать молнии на поле боя. С его помощью военные смогут, например, подрывать спрятанные неприятелем мины или даже уничтожать бронетехнику противника. Работает оно таким образом: с помощью лазера создается специальный канал в воздухе, по которому проходит электрический разряд. Военные, по сути дела, теперь могут управлять молниями и направлять их туда, куда им нужно. «Нам никогда не надоедает смотреть, как удары молний уничтожают наши цели в ходе экспериментов», – цитирует издание Джорджа Фишера, ведущего специалиста Центра исследований, развития и проектирования вооружений армии США на военной базе Пикатини, штат Нью-Джерси. Он объяснил, что новое оружие использует особенность физики молний. Как известно, это мощный электрический разряд, который возникает между грозовыми облаками и землей. Молния образуется там, где сильнее всего разница электрических потенциалов, и идет по пути наименьшего сопротивления. В случае с новым оружием такой путь для нее создается искусственно…

И разве кто-нибудь имеет юридическое или даже моральное право «запрещать» Армении и Арцаху пойти по пути и Турции, и Ирана, да и США? То есть использовать свои природные преимущества, не говоря уже о силе природы, в борьбе с противником. Мы, как и иные авторы, еще раз хотим заострить внимание любой читательской аудитории на названиях некоторых из звучавших в Баку антиармянских докладов: «Водный фактор в зарождении региональных конфликтов»; «Возможные акты гидродиверсии на оккупированных Арменией территориях Азербайджана и пути их предотвращения», «Гидродиверсионные акты Армении против Азербайджана в плоскости международного права» и т. д., и т. п. Разве эти заголовки не свидетельствуют о том, что в то время как, допустим, международные посредники из Минской группы ОБСЕ кричат о необходимости мирного урегулирования Арцахской проблемы и нормализации армяно-азербайджанских отношений в целом, в Баку только и делают, что еще больше разжигают в обществе враждебность в отношении армянской нации?! Ну, а с врагом надлежит поступать так, как поступают с не сдавшимся на поле боя врагом. В том числе, использовать против него все то, что враг использует против нас или же планирует использовать.

Мы также можем вспомнить, что летом 1992 года, когда после падения Шаумянского и захвата Азербайджаном большей части Мардакертского района ситуация в Карабахе резко ухудшилась, и в Ереване, и в Степанакерте были люди, предлагавшие использовать в целях пресечения наступления азербайджанцев, образно говоря, «водяную мину». Речь шла о подрыве плотин на Сарсангском водохранилище, что привело бы к долговременному заболачиванию очень и очень значительных территорий, находившихся под контролем врага. И это, разумеется, внесло бы перелом в ход военной кампании лета 1992-го. Более того, наиболее «резвые» умы задумывались и о диверсионных операциях на Мингечаурском водохранилище, что вообще бы привело к крупной экологической катастрофе в Восточном Закавказье… Всего этого, слава Богу, осуществлять не пришлось. Армия обороны НКР сумела остановить наступление врага в конце лета 1992-го. Ну а в 1993-ем начался процесс вытеснения азербайджанских агрессоров и возвращения оккупированных районов. Жаль, что не до конца…

Указанная «водная» конференция в Баку и принятое инициаторами решение о проведении в Баку в будущем году уже международной (!) конференции по данной проблеме имели цель предупредить возможный отвод текущих в Азербайджан армянских рек. Как отмечал, например, мой коллега Левон Мелик-Шахназарян, речь идет именно о том, что, к сожалению, ни Армения, ни Арцах практически не делают. Л. Мелик-Шахназарян недавно справедливо заметил: «Пальцев одной руки хватит для того, чтобы посчитать реальные шаги армянских государств в этом направлении. Да и из того, что сделано, действительно значимыми можно посчитать лишь рациональное использование вод Сарсангского водохранилища и перекрытие реки Воскепар, в результате чего 1100 га сельскохозяйственных угодий Армении перешли в разряд орошаемых. Вот, пожалуй, и все, ибо остальные работы, как правило, проводились на реках, впадающих в Аракс, и практически не нанесли ущерба Азербайджану». С ним следует согласиться: при работах на наших реках следует исходить не только из резона полезности для сельского хозяйства армянских государств, но и из резона степени возможного ущерба экономике нашего врага. Ведь примерно до 50% водных ресурсов Азербайджана формируется именно в Армении и НКР. Кроме того, согласно оценке Института мировых ресурсов (США) за 2011 г., Азербайджан входит в первую десятку государств, страдающих от недостатка воды. Нехватка воды у Азербайджана в основном ощущается на левобережье Куры. Потому что правобережье Куры питают воды наших армянских рек!

Хватит играть в «толерантность» и «готовность к диалогу». Хватит бояться, что наши резкие шаги «сорвут переговоры». Не сорвут, если международные посредники в лице сопредседателей МГ ОБСЕ под нашим давлением (или же согласившись с нашими доводами) сами дадут понять Баку, что он, как говорится, «за что боролся, на то и напоролся». Как известно, Азербайджану совершенно не мешает в переговорах то, что он, по сути, с 1988 года осуществляет блокаду и Арцаха, и Армении. Разве мы забыли, что блокада продолжалась даже в дни Спитакского землетрясения и после этой катастрофы?! Разве не помним «разобранные» вагоны и контейнеры, шедшие с помощью для Армении в те дни? С похабными и богохульствующими надписями от «друзей»? Не пора ли понять, что ответные меры, связанные с мерами ограничивающего характера, нам даже не только необходимы, но и требуются и будут оправданы? В мире все знают, что блокада – одна из форм участия в войне. И мы всегда доказывали миру, что и Турция – прямой участник антиармянской войны, поскольку не только целенаправленно отправляет своих наемников в Азербайджан, но и участвует в сухопутной блокаде Армении! Поэтому, если Армения и Арцах, наконец (!!!), перейдут в отношении официального Баку к адекватному ответу на коммуникационную блокаду, в частности, в виде ограничения его возможностей в водопользовании на наших реках, никто в мире не посмеет нас в чем-либо обвинять. Тем более, никто в мире не посмеет «нажимать» на то, что «блокады запрещены международным правом» и так далее. Во-первых, запрещение – с оговорками. Блокада допустима, если необходимо, например, и даже следует (в морском деле) реально препятствовать доступу агрессора к тем или иным пунктам на морском побережье. Во всяком случае, современное международное право содержит соответствующие оговорки. И блокада допустима, если под нею понимается система не запрещенных современным международным правом насильственных действий против агрессора.

Мы говорили и говорим, что агрессором являлся и является Азербайджан, что, кстати, признается и Минской группой ОБСЕ, и документами ООН по Арцахской проблеме. Напомню, что когда Израиль, например, начал морскую блокаду сектора Газа, то ведущие западные державы (при молчании, допустим, России и Китая) посредством специальной международной комиссии, в которую входили барон Уильям Дэвид Тримбл (юрист, первый премьер-министр Северной Ирландии, лауреат Нобелевской премии мира) и бригадный генерал запаса канадской армии Кен Уоткин, эксперты по международному военному праву, участники ряда международных расследований профессор доктор Вольфф Хейншель фон Хейнегг (Германия, Европейский Университет Виадрина) и профессор Майкл Шмитт (Великобритания, Даремский Университет), признали ее легитимной! Основаниями для такого вердикта послужили: 1) необходимость борьбы с террористической угрозой; 2) необходимость учета угрозы безопасности Израиля и «усилий его правительства по выполнению своих гуманитарных обязательств».

Действия Азербайджана по осуществлению блокады – это же не только глумление над Арменией в дни Спитакского землетрясения, не только затруднение доставки гуманитарных грузов для пострадавших в те тяжелые и горькие дни. И это не только проявление дикой злобы и досады вследствие военных поражений 1992-94 гг. в Арцахе и приграничных районах Армении. Это и осуществление политики государственного терроризма. А разве не Азербайджан устами своего президента и высокопоставленных чиновников постоянно угрожает нам новой агрессией и предъявляет претензии на всю территорию обоих армянских государств? Это и есть государственный терроризм. Разве не американский эксперт Конгресса Иосиф Бодански еще в 2000-01 гг. указывал, что Баку и территория Азербайджана давно стали базами для международных террористов, в том числе и из «Аль-Каиды»? И это тоже государственный терроризм. И поэтому наши действия оправданы. Более того, они необходимы, как необходимо пресечение государственного терроризма вообще. И если именно Армения и Арцах возьмут на себя геополитическую ношу по минимизации негативных последствий от государственного терроризма Азербайджана в регионе, думаю, что мировое сообщество рано или поздно признает правоту армянских государств. Вопрос лишь: имеем ли мы такие власти, которые реально готовы и хотят защитить интересы и безопасность Армении и Арцаха?!.

Османские турки превратили воды рек Тигр и Евфрат в фактическое оружие (если и не оружие, то рычаг давления) против Сирии и Ирака. Запад и Восток на это молчат. При этом сильные мира сего отлично знают, что у турок есть территориальные претензии к Сирии и Ираку… Азербайджан вот уже 25 лет осуществляет сухопутную блокаду Арцаха и Армении, не прекращая выдвигать к нашим государствам территориальные претензии и не прекращая вооруженные провокации в виде обстрелов, убийств ни в чем не повинных гражданских лиц, подрывных диверсионных актов, похищений гражданских лиц и военнослужащих, и т. д. Это разве не описание спонсирующегося именно апшеронским государством неприкрытого терроризма? Великие державы знают все это, но дальше призывов и увещеваний к Баку дело никогда не идет. А Баку плевать хотел на призывы США, России и Франции.

И поэтому я поддерживаю позицию всех тех армян, которые выступают за применение против Азербайджана всех наших ресурсов так называемой «природной военной крепости». В этих условиях мы просто обязаны подорвать продовольственную безопасность Азербайджана и резко повысить степень социальной напряженности в соседней республике. Армянские реки питают всю западную часть Азербайджана и являются основным источником жизни как минимум полутора миллионов человек. Лишение воды западных регионов Азербайджана уничтожит сельское хозяйство этого выморочного образования и вынудит население, лишенное пастбищ и орошаемых полей, покинуть эти районы. Речь идет не только об укреплении военной безопасности, но и об орошении ныне лишенных воды огромных пространств Армении. Задача перекрытия рек представляется не столько сложной, сколько дорогостоящей и, следовательно, выходящей за рамки возможностей бюджета наших государств. Однако данный вопрос откладывать нельзя, а соответствующие возможности могут быть найдены. Уверен, что специалисты Армении и Арцаха сами подскажут, какие из рек можно перекрыть и, тем самым, заставить агрессоров нести тяжелые экономические и социальные потери в приграничных зонах и в зоне конфликта. Кроме того, мы имеем шанс и обязаны резко усугубить положение Нахиджевана. Говорят, что режим АОД вместе с Тер-Петросяном давал какие-то «гарантии ненападения» на Нахиджеван, да еще лично Гейдару Алиеву. Гейдар давно умер, и не стоит давать прежних гарантий его отпрыску.

А пока наше руководство будет выискивать лживые оправдания для того, чтобы ничего не предпринимать в плане мер против Азербайджана в водной сфере, бакинцы будут и будут проводить конференции, на которых публично и на весь мир будут нас обвинять в том, чего мы никогда не делали! Наши враги откровенно боятся, а мы бездействуем. Фактически и проведенная в Баку ноябрьская конференция, и будущая международная конференция – это обвинение азербайджанцев в наш адрес… в бездействии, в нежелании принимать ответные (!!!) меры.

Уверен: если мы всем армянским миром сумеем аккумулировать и справедливо распределить наши усилия и средства, Азербайджан будет поставлен на колени, и довольно быстро. Шаги, направленные на усиление безопасности Арцаха и Армении, на предотвращение возможных рецидивов войны со стороны Азербайджана, являются нашей общенациональной заботой. Заметим, не только Армении и Арцаха как государств, но и всей нации. Поверьте, настало время для новейшей консолидации армянского народа вокруг единой цели, во главе угла которой не что иное, как усиление мер по безопасности армянской государственности в Закавказье.

Сергей Шакарянц

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0